Эта мысль не принесла должной радости. И бесполезно было спрашивать у себя — почему? Не было ответа. Как не было ничего на свете, что могло бы примирить ее с несбыточностью мечты сидеть в парижском кафе и точно знать, что через пару мгновений наступит счастье.
…А утром Алексея не оказалось дома. На прикроватной тумбочке под будильником лежала записка: «Уехал в командировку. Буду в понедельник вечером. Люблю. Муж».
Он всегда так подписывался. Муж. Как будто она могла не узнать его каракули и, не дай Бог, подумать, что писал — любовник. Что за хрень лезет в голову?! О Господи, это не ее мысли, она просто не могла думать такими словами! Да что вообще происходит, черт побери?!
Ташка уже проснулась, стояла босиком на кухне и задумчиво пила воду из чайника. Выражением веснушчатая мордочка походила на утенка.
— А что, у нас чашки кончились? — спросила Алена.
Дочь пробормотала что-то нечленораздельное.
Алена быстро зашла в ванную, пустила воду на полную мощность и хотела заплакать. Но плачут от горя. От обиды, боли, разочарования. Ничего подобного она не чувствовала, только полную растерянность. И, пожалуй, досаду на саму себя. Что она себе еще напридумывала? Лешка осознал, что вел себя по-свински, и решил устроить ей праздник в номере люкс. Классная фантазия!
Она сидела на бортике ванны, подставив руку под холодную струю воды, и смотрела, как брызги летят в разные стороны.
Может быть, его вчерашний разговор по телефону ей просто приснился?!
Если нет, тогда она выдумала не только романтические выходные, но и всего Лешку. Целиком и полностью он был плодом ее воображения, как в юности, когда она все сочинила про своего первого мужа и истово полюбила собственную фантазию.
Но сейчас ей почти тридцать. Она вполне отличает реальность от вымысла. Она научилась разбираться в людях. Или это только кажется?! Но тогда… тогда никакого мужа у нее нет. Есть человек, проживший с ней три года, которому она привыкла доверять и который ее обманывал. Впервые или все это время — неважно. Номер люкс в неизвестной гостинице предназначался вовсе не ей. С нее хватит и записки.
А вдруг он действительно в командировке? И вчера просто не стал ее будить, чтобы предупредить заранее. Заказал себе номер на двоих чисто для понта, как сейчас принято выражаться.
— Мам, ты скоро? Я умыться хочу!
Сколько она здесь сидит? А главное — зачем?
Ничего особенного не произошло. В ее жизни вообще ничего не происходит. Только в последнее время все чаще возникает ощущение пропасти под ногами. И туда, в эту пропасть вот-вот полетит весь ее мир — стабильный, комфортный, с мелкими неурядицами и хлопотами, с маленькими радостями и победами. Полетит — и разобьется вдребезги!
И она не сможет спасти его.
Никто не сможет.
* * *
Выходные прошли просто отлично, и возвращаться обратно в скучную семейную жизнь совсем не хотелось.
В понедельник он не вышел на работу, предупредив, что возьмет недельный отгул. Типа, по семейным обстоятельствам.
В конце концов, он заслужил настоящий длительный отпуск. Где-нибудь в подмосковном пансионате, как белый человек.
Состоятельный, свободный мужчина в полном расцвете сил.
Не с Беллкой же ехать, право слово! Одному дешевле и вообще… Где только раньше у него глаза были?! Эта самая Беллка оказалась вовсе даже не «девушкой из высшего общества», а обыкновенной шлюхой. Пардон, профессиональной содержанкой. По поводу разницы понятий она его достаточно просветила. Одно дело на улице околачиваться, и совсем другое — ждать принца на «мерседесе» в каком-нибудь шикарном кабаке. Воспитание опять же, манеры, фасад вполне приличный, конфиденциальность и качество обслуживания. И тому подобный бред.
Впрочем, на качество действительно грех жаловаться.
Балашов расслабленно потянулся, стоя в очереди к кассе.
В Москве наверняка найдется кто-нибудь на смену Беллочке. Выбор за ним.
— Алексей, отойдемте, пожалуйста, — вдруг раздался совсем рядом задушевный шепот.
Ах, черт!
За ним стояли двое накачанных ребятишек в деловых костюмах, которые выглядели на них так же уместно, как рабочая роба на премьер-министре.
Грабеж посреди бела дня на людном вокзале?!
Или чего хотят от него эти ряженые урки?!
— Нужно поговорить, — прошелестело над ухом. Он позволил отвести себя в сторону, лишь испуганно озираясь в надежде на чудо.
Что им надо? На ментов совсем не похожи. Конкуренты его заказчиков? Но какое им дело до него?
— Куда вы собрались, господин Балашов? — с неуклюжей любезностью осведомился один из братков.
— Я еду в отпуск, — покрывшись испариной от дурного предчувствия, доложил Алексей.
— Извините, но вы еще не выполнили свою работу.
— Ка-какую работу?
— Вы нужны нам здесь, — проникновенно сказали ему. — Отпуск придется отложить.
Честное слово, он и не предполагал, что все так серьезно!
Он провернул нехилое дельце и намеревался лишь оттянуться немного на свои кровные! Он заслужил это, в конце концов! Что же происходит?!
Растерянность, вероятно, отчетливо проступила на его физиономии. Ребятки переглянулись и доверительно проинформировали, что отдыхать он по-прежнему сможет в «Тарханах».
— Что?! — пискнул Балашов.
Откуда они знают про заповедник? Стало быть, за ним следили?! Зачем? Почему?
— Вы не волнуйтесь. Мы просто обеспечивали вашу безопасность. Но уезжать из города вам ни в коем случае не рекомендуется.
Суки! Грязные твари! Что они себе возомнили?! Что купили его с потрохами и теперь вправе командовать, указывать, куда ходить, что делать и с кем играть в песочнице?!
Весь ужас заключался в том, что именно так и обстояли дела.
Он понял это неожиданно и обомлел от догадки.
Это все было известно с самого начала. Им, но не ему. Все заранее продумывалось как раз таким вот образом.
У него был выбор только тогда, в кафе с красоткой. Он мог сказать «нет», но сказал «да», и теперь выбора не осталось. Бумаги с подделанной им панинской подписью и действительной печатью «Русского дома» в руках этих бандюков. Или кто они там?! Он даже не удосужился это выяснить. Впрочем, такие задачки явно были ему не по зубам.
К тому же, обезумев от открывшихся перспектив, он совершенно не вникал в суть дела. Он знать не знал, зачем им понадобились эти документы. Доверенность, пара договоров, что там было еще? Какое им найдут применение? Ему недосуг было раздумывать об этом, он считал свои денежки и мечтал о Багамах. О собственном доме с джакузи и подогревом пола, идиот!
В считанные секунды ему вспомнилось все — и встречи с девицей, и собственная безрассудная смелость вперемешку с приступами головокружительного страха, и кабинет шефа, и свет фонаря, и триумфальное шествие по парку Белинского с пачкой баксов в кармане.
