— Нет, — отрезала Изабелла.
— Но Кея Овальда нет среди живых!
— Тогда поищи среди мертвых. — С этим советом Каль вышла из рубки. Ей понравилось работать с Номачи — он нуждался лишь в общих указаниях, после чего с терпением силикоида доводил дело до конца. Самой Изабелле никогда не хватало упорства… Жаль, что Луиса придется ликвидировать.
Челнок выбросило в реальный космос. Легкая дрожь корпуса, перепад гравитации, и пилот весело объявил из своей кабинки:
— Граждане Империи, мы в пространстве Догара. Полет до орбитальной базы займет шесть-семь часов. Расслабьтесь и наслаждайтесь пейзажем.
Наслаждаться было нечем, разве что оранжевым диском звезды на экране. Но Кей и Артур сидели в конце салона, так что даже это сомнительное удовольствие было отделено двадцатью рядами кресел.
— Теперь все в порядке, сын? — спросил Кей. Артур покачал головой.
Челнок гасил скорость, сближаясь с планетой. Кое-кто встал и направился к бару-автомату в поисках выпивки. Кей разглядывал дверцы сейфа, размещенного у дверей шлюзовой камеры. Там хранилось оружие пассажиров, пока еще недоступное. Сейф выглядел достаточно простым.
Кей Овальд похлопал Артура по плечу и подошел к сейфу. Несколько человек встретили его движение удивленными взглядами, но промолчали. Единственный пилот был слишком занят управлением, чтобы наблюдать за салоном.
— Я нашел его, — сказал Номачи. — Его зовут Кей… Кей Альтос. Он профессиональный телохранитель, имел патент и гражданство Империи. Погиб две недели назад на Каилисе. Не успел продлить аТан, и кто-то пришил его в гостиничном номере.
— Не слишком впечатляет.
— Он входил в первую сотню два года назад. Потом немного съехал…
— Странно. Ван Кертис мог найти для сына и лучшего охранника. А почему у него гражданство Империи? Особые заслуги?
— Нет, Альтос с «Трех Сестер».
— Бродяга, значит…
Изабелла прошлась по своей каютке, присела на кровать.
— Что-то мы еще упускаем, Номачи. Или с Кеем, или с Артуром не все так просто.
— Щенок Ван Кертиса простым быть не может.
— Хотела бы я поглядеть на него, когда он вырастет. — Каль улыбнулась. — Жаль, что у него это не получится… — Она перевела взгляд на Луиса. — Иди ко мне.
Сейф действительно оказался простым. Будь у Кея хотя бы «Конвой» или обычное сверло… У него не было ничего внушительнее выданной к завтраку зубочистки. Взяв в автомате стаканчик джина с тоником, Кей вернулся на свое место.
— Скоро прилетим, — пообещал он Артуру. И в этот момент снова ожил громкоговоритель:
— Граждане Империи, с нами сближается карантинный корабль Догара. Небольшие формальности… посадка незначительно задерживается.
Пилот старательно пытался скрыть удивление — и это ему удалось. Только в первых рядах заплакал маленький ребенок, для которого тон был пока важнее слов. Кей положил руку на плечо Артура и закрыл глаза.
Крупные неприятности часто начинаются с небольших формальностей.
3
Маржан, опустившись на колени, молилась. Изабелла приостановилась на пороге каюты, наблюдая за ритуалом, — ее служебный жетон позволил открыть дверь без сигнала.
Со спины и в одежде старший оперативник Службы Маржан Мухаммади ничем не отличалась от человека. Темные распущенные волосы закрывали шею, сложенные на груди руки были не видны. Лишь легкий шум, сопровождавший каждое движение, не мог принадлежать человеку.
— …ибо плоть слаба, и нет иного пути, и наш путь для тебя… — Маржан замолчала. — Чем я могу быть полезна, заместитель Командующего Каль?
— До прихода в Службу вы были телохранителем, Маржан?
Мухаммади поднялась — плавным движением, одновременно разворачиваясь, словно гибкий винт, выкручивающийся из резьбы.
— Да.
Вот теперь она перестала выглядеть человеком. Кисти рук слишком большие, и плоти в черно-зеленых пальцах было не больше, чем в тефлоновой сковороде. Лицо — чеканная маска из серебра и хрусталя, — почему-то механисты всегда начинали переделку организма с лица. Шея — кольца темного металла, из-под которых проглядывала пластиковая основа.
— Маржан, что вам говорит имя Кей Альтос?
— Очень многое. — Мягкие человеческие губы на серебряном лице приоткрылись. Мухаммади еще не сменила гортань на речевой синтезатор.
Каль почувствовала воодушевление. Соратник, знающий противника, — это огромная удача. Порой большая, чем взвод Имперской пехоты.
— Он — объект нашей операции. — О мальчишке Каль пока решила не говорить.
— Понимаю. — Если Маржан и удивилась, то серебряная маска скрыла эмоции.
— Что вы о нем скажете?
Хрустальные линзы потемнели, оставляя Маржан наедине с памятью.
— Кей Альтос… он был очень интересен… я видела его трижды. Хорошие физические данные, великолепно владеет синтез-йодо и поверкиллингом, отличная реакция, постоянный самоконтроль. Высокие… высочайшие способности к языкам, в том числе иных рас. Как следствие — умение налаживать контакты, когда он в этом заинтересован. Пси-сила близка к нулю. Скрытен, не афиширует возможностей, хотя может раскрыться и поговорить по душам.
— За исключением пси-возможностей — великолепные данные.
— Пси-сила телохранителю не нужна, — презрительно ответила Мухаммади. — Особые, но нестабильные возможности — это только расслабляет.
— Ты считаешь Альтоса серьезным противником? — продолжала расспросы Каль.
— Нет. — Линзы на лице Маржан просветлели. — В нем есть обреченность.
— Что?
— Ущербность, обреченность, — терпеливо повторила Мухаммади. — Это характерно для людей, чьи планеты погибли. Ему помогло бы совершенствование тела, но он предпочитает аТан.
— Спасибо, Марж. Представь свои соображения в рапорте. Вечером расскажешь всем то, что вспомнишь о Кее.
Выходя из каюты, Изабелла пожала плечами. Ей Овальд не показался обреченным. Совсем нет.
Может быть, он забыл свою планету?
Челнок дернулся в объятиях стыковочного поля. Слегка изменилась гравитация — их подтягивали к карантинному кораблю. На экране по-прежнему был космос, великолепный и равнодушный. В салоне повисло напряженное молчание — люди вспоминали свои прегрешения. Кей Овальд думал о Ван Кертисе и обещанной ему вечности.
Кертис Ван Кертис умел держать слово.
— Артур…
— Нет, — даже не оборачиваясь, ответил мальчишка. Повел плечом, сбрасывая руку Кея. — Нет. Ты обещал.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
