Она была во власти любви.
Этим было сказано все. Но даже такими словами невозможно было описать то всепожирающее пламя, которое сжигало ее изнутри и направляло все ее мысли и движения.
Энн стоило немалых усилий закончить свою работу. Наконец она собрала сумку и направилась к двери. Зазвонил телефон.
Сердце ее сильно забилось. Может, это Дрю…
Энн поспешила к телефону.
— Алло…
— Энн, это вы?
Хотя Энн была разочарована, что звонил вовсе не он, ее волнение не стихло. Это была Дороти Сэйбл из бюро по усыновлению.
— Я позвонила не вовремя?
— Нет, конечно же, нет, — торопливо ответила Энн. — Я уже собиралась домой.
— Так мне, наверное, лучше перезвонить вам домой.
— Нет, что вы…
— Хорошо, я отниму у вас всего минуту.
— Я всегда рада вас слышать, — заверила Энн, от волнения барабаня пальцами по маникюрному столику.
— Я звоню, чтобы спросить, — продолжала Дороти, — не согласитесь ли вы взять ребенка постарше. Скажем, двухлетнего. Я знаю, вы предпочли бы младенца, но я уже предупреждала вас, что их мы, как правило, отдаем супружеским парам.
— А я ответила, что могу подождать.
— Верно. Вы по сей день стоите на своем? Энн ответила почти без колебаний.
— Нет. Я готова усыновить и более старшего ребенка, особенно если это позволит ускорить решение вопроса.
— Не могу обещать, но думаю, что ускорит.
«Какой бюрократизм! — подумала Энн. — И сколько еще предстоит волокиты!» Но когда имеешь дело с официальными учреждениями, без этого не обойтись. Неприятно, что и говорить. Но выбора у нее нет. Либо играть по их правилам, либо выходить из игры.
— Энн?
В голосе Дороти слышались вопросительные нотки.
— Все отлично. Честное слово.
— Ну вот и хорошо. Я свяжусь с вами. Положив трубку, Энн рухнула в кресло. Она была очень взволнована и жаждала поделиться новостью с Дрю. Но при мысли об этом она горько усмехнулась. Во-первых, ему нет до этого дела. Усыновление он считает глупостью. Во-вторых, сомнительно, что они вообще увидятся.
Если б она не отреагировала так остро на ту безумную гонку… Надо было сдержаться. Но нет! Энн не умела скрывать свои чувства. Если она была счастлива, ее друзья знали об этом. Была огорчена — это тоже ни от кого не скрывалось. Энн умела быть только самой собой.
Энн погасила свет и вышла на улицу. Еще никогда в жизни она не чувствовала себя такой одинокой.
* * *
— Ты меня, кажется, не слушаешь.
Дрю поднял туманный взгляд на Хола Аккермана, своего управляющего. У того на лице играла саркастическая улыбка.
— Честно говоря, я немного отвлекся, — признался Дрю.
Ход почесал свой огромный живот.
— Из-за клиентов вроде тебя я концы отдам.
— Из-за меня — вряд ли. А вот если будешь есть столько жирного и сладкого, тогда…
Хол страдал лишним весом. Впрочем, сказать так было бы, пожалуй, еще слишком деликатно. Дрю подозревал, что точный вес его друга установить просто невозможно, потому что его едва ли выдержали бы обычные весы. Но ожирение нисколько не сказалось на мыслительных способностях Хода. Его ум был проницательным и острым.
— Может, обсудим все в другой раз? — спросил Хол.
Дрю поежился, чувствуя себя неуютно под его напором.
— Ни в коем случае. Я специально приехал в Хьюстон ради этого разговора.
— Знаю, но тебя, как видно, заботит что-то другое.
— Не лезь не в свои дела, хорошо? Хол ухмыльнулся.
— А ты ни капельки не изменился.
— Ты тоже.
Хол и Дрю вели дела довольно независимо друг от друга и даже встречались нечасто. Но с давних пор они были близкими друзьями и в общении могли себе позволить некоторые вольности.
Хол рассмеялся:
— Это не похоже на комплимент.
Дрю фыркнул.
— Должно быть, тут замешана женщина, — Хол ехидно взглянул на друга. — Так, по крайней мере, всегда бывает.
Дрю не нашел, что ответить, поскольку Хол был прав. Целая неделя, проведенная вдали от Энн, показалась ему пыткой. Ни о чем другом он не мог думать. Чем сильнее он корил себя за потерю самообладания, тем хуже себя чувствовал. Влечение к ней овладело им настолько, что грозило перерасти в манию. До сих пор он серьезно относился лишь к гонкам, но уж никак не к женщинам. Энн внесла сумятицу в сложившуюся систему его ценностей.
— Да, наверное, дело в женщине. Это по твоему лицу видно.
— Отвяжись, Аккерман, — буркнул Дрю, но в его голосе не было злости.
— Как тебе будет угодно.
— Так о чем мы говорили? — Дрю снова был собран и деловит.
— Я спрашивал, проверил ли ты банковские счета Полларда, чтобы выяснить, не вносил ли он в последнее время крупных вкладов.
— Кроме того факта, что он путается с кассиршей, я не выяснил ничего особенного.
Хол усмехнулся:
— Он куда-то тайно вкладывает деньги. И могу поспорить, что его подружка из банка угождает ему не только одним способом.
Дрю кинул на него проницательный взгляд.
— Ты имеешь в виду: удалось что-то установить?
Хол нерешительно почесал в затылке.
— Да, есть кое-что.
— Будь я проклят. Значит, этот сукин сын действительно не без греха.
— Похоже, его грех измеряется кругленькой суммой.
— Но как ему это удалось?
— Махинации с накладными, — Хол кивнул на бумаги, доставленные Дрю.
— И когда я смогу официально выдвинуть обвинения?
— Скоро, — ответил Хол. — Я, так сказать, пока прицеливаюсь.
— Скажешь мне, когда надо будет нажать на курок, — Дрю поднялся и направился к двери.
— Куда ты так заторопился?
Дрю остановился на полпути и обернулся к Холу.
— Обратно в Макмиллан. У меня там не закончено одно дело, не терпящее отлагательства.
— Опять женщина?
— Какой же ты все-таки несносный болтун, ей-богу.
Хохот Аккермана еще долго стоял в ушах у Дрю.
— Иду, иду.
* * *
Дверной звонок надрывался, но Энн на секунду остановилась у зеркала и взглянула на свое отражение. Она обнажила зубы, дабы убедиться, что едва законченный завтрак не оставил неопрятных следов.
Довольная своим видом, она направилась к двери и открыла ее. На пороге стоял Дрю. Энн застыла в оцепенении. Во рту у нее пересохло, она не могла произнести ни слова.
— Могу я войти?
Неужели его голос звучит неуверенно? Или ей это только показалось?
— Конечно, — произнесла она и отступила, давая ему пройти.
Энн прислонилась к дверному косяку, ища опоры. Легкий запах его одеколона коснулся ее ноздрей. Дрю выглядел прекрасно, и она была так рада его видеть, что готова была простить ему что угодно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
