И я решилась.
Я снова замахнулась мечом, и он с противным хлюпающим звуком вошел в тело поверженного дракона. Его жизнь остановилась, а у меня внутри что-то надломилось. Я убила дракона. Убила. Я не знала ни кто он, ни его имени, ни что им двигало, когда он нападал на гвардейцев Империи, и вот сейчас он мертв, потому что у меня не осталось выбора. Или его жизнь, или моя. Я выбрала свою.
Внутри меня затрепетала магия, и я не стала сдерживать ее, хочет вырваться наружу, пожалуйста. Мне все равно. Я только что хладнокровно убила дракона, какое мне дело до причуд моей неконтролируемой магии?
В миг меня окутал огонь, в эту же секунду магия противника все же достигла меня, но не причинила никакого вреда, просто впиталась в мой огонь, и все. Глаза дракона в страхе округлились, когда он увидел, как его силу поглотила моя магия, уже расходящаяся волнами от моего тела. Он попятился, и кинулся наутек.
Еще никогда я не применяла магию, никогда не пользовалась ею осознанно, и сейчас я наслаждалась своей силой. Сердце сдавливало в тиски любовная привязка, но сейчас мне было все равно на эту боль и на Адриана, меня полностью поглотили новые ощущения силы. Кровь кипела от адреналина и мощи магии, которая волнами проходила по всему телу.
Обычно магия становится подвластной дракону только через неделю после пятнадцатилетия, но сейчас я полностью контролировала магию огня, полностью повелевала ею. Я направила свою силу на убегающего дракона, и она накрыла его, сжигая заживо. Умирая, он кричал от боли, и я чувствовала его страдания, но они меня не трогали. Мне было все равно на эту боль.
Впереди сражались гвардейцы с другими отступниками, и моя сила устремилась к ним. Приказав магии не трогать гвардейцев, я направила ее вдоль границы, накрывая огненной волной всю территорию. Я не боялась причинить вред своим, магия полностью подчинялась мне и послушно исполняла мои желания. Сейчас моя сила была продолжением меня самой, моего разума и тела. Во все стороны от меня расходились огненные волны, и кроме огня больше ничего не было видно.
Я чувствовала, как сгорают заживо отступники, чувствовала их боль и страдания, слышала их крики, но все это не лишало меня трезвости рассудка. Я не испытывала ни жалости, ни сожаления, ни вины. Когда последнее сердце отступника перестало биться, я отозвала силу, потушив огонь.
Как только магия погасла, меня накрыло слабостью. И самое страшное, боль от любовной привязки ударила с небывалой силой. Я не смогла устоять на ногах и упала на колени, мир закрутился перед глазами, но я не позволила себе отключиться. Никто не должен видеть меня слабой! Хватит того, что я уже опозорила себя с проклятой любовной привязкой, заявив о ней на всю Империю Альдерамин. Воспоминания об этом болью отозвались в сердце. Тогда я тоже стояла на коленях, как и сейчас! Но никто больше не увидит меня на коленях! Умру, но не допущу этого!
На чистом упрямстве я заставила себя встать и увидела, что ко мне спешат гвардейцы, шокировано переглядываясь.
Первым около меня оказался Эдвин Нарийский, он подхватил меня под локоть.
— Ты можешь сама идти? — с тревогой спросил он, оглядывая меня.
— Да, — твердо сказала я, собирая остатки сил. — Я в порядке.
Он кивнул, принимая мой ответ, но не перестал поддерживать под локоть. Видимо понял, что я храбрюсь.
— Как у «белой» драконицы может быть такой магический потенциал? — спросил командир. Он сверлил меня взглядом, но мне нечего было ему ответить. Я неопределенно повела плечами. Не говорить же ему, что кто-то намерено подставил меня с определением уровня магии?
Думаю, сейчас и так всем стало ясно, что мой истинный уровень, никак не «белый». Вспомнив свой план отмщения кронпринцу Империи Альдерамин, я спросила командира:
— Я могу рассчитывать на то, что о моем магическом потенциале не станет известно за пределами отряда номер десять?
Рядом с нами приземлились драконы, и стали воплощаться в человеческую ипостась. Это были наши гвардейцы, которые одержали победу в небе, и я с облегчением увидела, что Алекс жив и не ранен. Теперь вокруг нас собрались все гвардейцы, и они смотрели не на командира, их взгляды полные удивление, недопонимания и глубокого уважения, были прикованы ко мне.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Белла, пусть здесь Армия, и командиром отряда номер десять считаюсь я, — тихо сказал Эдвин, чтобы его слышала только я. — Но сейчас для них, — он кивнул на своих подчиненных, — ты — не гвардеец, а принцесса Королевства Стальных Клинков. Попроси их сама сохранить это в тайне. Каждый из них, прежде всего твой подданный.
Я шокировано посмотрела на командира, и тот подмигнул мне. Вот уж не думала, что этот непробиваемый тиран, позволит мне вести себя, согласно титулу! Но отказываться от такой возможности я не стала. Мне на самом деле важно, чтобы никто из них не проболтался о моем магическом потенциале.
— Гвардейцы отряда номер десять! — громко обратилась я ко всем присутствующим. Здесь были все двенадцать гвардейцев и мой наставник Уолтер, который стоял за их спинами, но судя по его всклокоченному виду, участие в сражении он принимал наравне со всеми. — Я обращаюсь к вам, ни как принцесса Королевства Стальных Клинков, а как ваш товарищ по оружию и друг. В газетах писали, что у меня «белый» уровень силы, но сейчас вы все стали очевидцами моего истинного магического потенциала. Прошу вас, сохранить это в тайне. В свое время все станет на свои места, но сейчас мне важно, чтобы все в Империи Альдерамин считали меня слабой драконицей. Я не могу назвать истинные причины, по которым я скрываю силу своей магии, но, поверьте, они есть, и они в основном личные. Могу ли я рассчитывать на вас, гвардейцы отряда номер десять, что моя тайна не станет достоянием общественности?
Алекс первым вышел вперед. Он преклонил передо мной колено и произнес:
— Я, Александрин, герцог Крофордский, клянусь Вам, принцесса Королевства Стальных Клинков Арабелла Шергонская в верности и преданности отныне и вовеки веков. Обещаю, никогда, ни при каких обстоятельствах, не выдавать Ваших тайн и секретов. Чтобы Вы ни доверили мне, принцесса, эта тайна умрет вместе со мной. Я всегда буду предан Вам, не пойду против Вашей воли, и никогда не совершу ничего, что навредит Вам. Обещаю, следовать за Вами до конца. Ваша цель, станет моей целью. Признаю Вашу власть и заверяю свою клятву кровью.
Пока я смотрела на него, остолбенев от происходящего, Алекс порезал свою руку о лезвие меча и у него на запястье появился герб моего рода — алая роза, ознаменовав завершение ритуала с его стороны. Он только что принес мне присягу в верности на крови. Следующий ход за мной, если я приму клятву, то он станем моим сателлитом, и не сможет нарушить ничего из своей клятвы, иначе магия убьет его. Несмотря на то, что принимать такую присягу могут все члены правящих династий, обычно присягают на крови только правителям, поскольку лишь в их власти обеспечить надлежащие привилегии своим сателлитам.
Однако, друг только что принес мне присягу, и магия подтвердила ее законность. Вот только, что я могу дать своему сателлиту, если даже мое право на престол еще не подтверждено?
— Алекс, я благодарна тебе за поддержку, но это слишком. Я не имею права принимать такие клятвы, мое право на престол не подтверждено, — произнесла я. — Мне достаточно простого обещания не выдавать мою тайну.
— Белла, я знаю тебя всю свою сознательную жизнь, — твердо сказал друг, не поднимаясь с колена. — Ты самая смелая и храбрая девушка, и достойна стать королевой своих земель. Все присутствующие видели твою магию, и она определено не ниже «черного» уровня. И говоря начистоту, мы оба знаем, что ты имеешь все права на престол и добьешься своего, а я хочу быть рядом и помочь тебе в этом. Одной, без союзников, будет очень тяжело противостоять всей Империи. Это мой выбор — стать твоим сателлитом, не отказывай мне в этом. Магия приняла мою клятву, дело за тобой. Подтверди ее, Белли, просто подтверди.
Он прав, я хочу стать королевой Стальных Клинков, а для этого мне нужны союзники. Если Алекс принял осознанное решение стать моим сателлитом, пусть так и будет. А если он когда-нибудь захочет освободиться от своей клятвы, я отпущу его. Это в моей власти.
