в чем-то клясться перед ней. Ну и что? Если об этом станет известно, то Жуань Су просто скажет, что ее не так поняли. Теперь, с поддержкой второй мисс, ей нечего было боятся. А если она и немного приструнит гордячку Лю Сяо? Это почти можно считать за доброе дело. Всем только станет легче, если гонора у старшей мисс поубавится, — если вы хотите, чтобы я открыла эту дверь…
— Уходи.
— То вам нужно поторо… Что вы сказали?
— Ты можешь уйти. Скажи мадам, что мне не нужна такая снисходительность.
Не важно сколько правил придется нарушить Лю Сяо, сколько дорогих людей она обидит и как сильно разрушит свою репутацию. Это была горькая цена, которую ей все равно придется заплатить.
— Мисс, что вы такое говорите?! Разве… Разве вы не понимаете, что этим вы лишь разозлите всех сильнее?!
Да, Лю Сяо знала, что так оно и будет.
— Почему вы продолжаете так упрямится? Господин Жуй так старается ради вас! — Жуань Су искренне считала что Боги несправедливы! Да если бы не клан Лю, кто бы посмотрел на эту неудачницу! Это она, Жуань Су, должна была бы родится богатой госпожой, а эта неумеха влачить жизнь слуги!
Жуань Су до боли прикусила губу. Ей нельзя было сейчас давать волю своим эмоциям. Как жаль, она была уверенна, что девченка с радостью уцепится за любую возможность выбраться из этой заброшенной лачуги. Но старшая мисс оказалась слишком упряма.
Ну ничего, ничего! Неумеха все равно не сможет остаться тут навсегда. Да и куда ей деваться, даже такая избалованная мисс, как эта Лю Сяо, не сможет долго перечить воле старейшин.
Нужно только найти способ, как бы управится с этой девченкой.
Вдруг младшая служанка рядом то ли споткнулась, то ли наступила на что-то. Девушка неловко пошатнулась и слегка задела рукав Жуань Су.
Ну что за идиотка! Жуань Су уже хотела накричать на нерадивую служанку, как взгляд ее упал на корзину. От туда до сих пор шел пар, а запах просачивался даже сквозь закрытую крышку.
В тот день Жуань Су вместе с другими слугами помогала собирать провизию для изгнанной старшей мисс.
Слуги строго следовали приказу и положили настолько скромную еду насколько это было возможно.
Правда только, даже пыль от риса в кладовых достопочтенной мадам могла бы считаться сокровищем.
Так что слуги просто… Несколько уменьшили количество провизии.
Ха! Было ли в этом проклятой резиденции даже место, где можно было бы готовить? Эта старшая госпожа наверняка питалась одними горькими пилюлями все эти дни!
О. Это должно подойти.
— Эта Жуань Су понимает. Как жаль, наложница Бай была так счастлива узнав, что ваше наказание может закончиться раньше… Ах, да, как же эта скромная могла забыть! Госпожа Бай велела передать вам кое-что. Открой корзину! — Жуань Су приказала младшей служанке.
Вскоре воздух заполнил густой ароматом свежей выпечки.
— Эти османтусовые пирожные были лично приготовлены госпожой Бай. К сожалению мы не можем их передать вам. Но и пренебречь приказом эти скромные слуги не смеют. Мы оставим корзину здесь, что бы госпожа смогла хотя бы насладиться их ароматом.
— Зачем? Забери их! — Лю Сяо попыталась звучать как можно тверже. Запах и вправду был очень сильный. Девушка вдруг поняла, что, хотя она только недавно заставила себя проглотить целую миску риса, чувствует она себя так, будто голодала уже несколько дней.
— Но ведь это добрые пожелание вашей матушки. Разве не было бы преступлением этим слугам не позаботится о них? — Жуань Су тщательно контролировала свой елейный голос. — Мы лишь скромно молим, что бы старшая мисс не расстраивала госпожу Бай слишком долго и поскорее приняла верное решение.
Глава 5
Смеркалось и на небе одна за другой загорались звезды.
Маленькие лапы ловко перебирали землю, духовный зверь бесшумно бежал сквозь заросший сад.
Достигнув края каменной брусчатки, крыса замерла, притаившись в высокой траве. С этого места она уже могла разглядеть человеческое жилище.
Людям, казалось, нравились их странные квадратные гнезда, раз уж они их повсюду строили, но это они изо всех сил старались избежать.
Ничего удивительного, впрочем. Все знали, что это место не было хорошим. Если остаться тут слишком надолго, то начнешь слабеть, чахнуть, а некоторые и вовсе засыпали беспробудным вечным сном.
Никто в крысином племени не захотел бы лишний раз приближаться к этому жуткому месту.
И все же эта крыса вновь сюда пришла.
Все потому, что духовным зверям было так сложно устоять перед духовной энергией. Человеческое существо, что здесь поселилось недавно точно не было простым, а духовной энергии у него должно быть предостаточно. Ах, как же восхитительно было ощущать эту теплую крупицу силы недавно!
Духовный зверь бросил еще один жадный взгляд на жилище и осторожно покинула свое укрытие.
Даже если бы человек был больше ее и такой же духовной силы, крыса бы все равно рискнула.
Соблазн был слишком силен.
Вдруг какое-то неясное светлое пятно шелохнулось впереди. Ведомая подсознательным, звериным инстинктом крыса замерла пристально глядя вперед.
Белый змей лениво приподнял голову. Золотистые глаза без особых чувств поглядывали на темноту. В какой-то степени это была очень мирная картина.
Этот духовный зверь вовсе не казался грозным. Он был даже не таким большим как человеческое существо и энергии в нем не очень-то и много. Едва ли опаснее обычной змеи.
Или так казалось на первый взгляд.
Маленькое сердце застучало вдвойне усерднее, все чувства крысы были настороже. Она действительно надеялась, что змей не заметит ее в темноте или не обратит внимания.
Змеиная морда чуть наклонилась вперед и страх взял верх над жадным желанием.
Крыса скрылась назад в траве так быстро как только могла. Знакомые места проносились у нее перед глазами и крыса петляла по самым укромным, самым безопасным местам.
Итак, если бы крыса была обычным животным она бы и близко больше не подошла к белому змею. Но она — духовный зверь с неплохим потенциалом и она была близка к пробуждению сознания. Мысли ее были слишком сложны и расчетливы, чтобы быть движимой только звериными инстинктами.
Их племя было слабым и еды никогда не было слишком много. Но с тех пор как Король запретил им охотится в Великом Лесу их дни стали еще тяжелее. Крыса хотела стать сильнее, не только потому что это было естественное желание всех духовных зверей, но и потому, что так она бы могла помочь своему племени.
Если бы это была не только она, подумала
