Когда уже подходил к дому, навстречу выбежал Андрей, старший сын экономки, Анны. Он ему по хозяйству помогает, и по уходу за живностью в частности. Заводного, что привели воины, уже обиходил, вот теперь спешит за Орликом.
- Здравия, Михаил Федрович.
- И ты здрав будь. Как тут у вас?
- Слава богу.
- Дома-то чего. Проезжал мимо учебного поля, новики все еще там занимаются.
- Так, лошадей обиходить ведь надо. Вот и отпустил меня дядька Богдан.
- Гляди, Андрей, отстанешь от других в воинской науке, попрощаемся.
- Не отстану. У дядьки Богдана спросите.
- Спрашивал уж. И еще спрошу, - подпустив строгости, произнес Михаил. А потом шутливо толкнул паренька в плечо, - иди уж, гроза бассурман.
Оно и поесть с дороги не грех. Но в то же время и до ужина вроде как время есть. Так отчего бы и не провести его с пользой для дела. Давно уж собирался. И сегодняшний день ничуть не хуже любого другого.
Обернулся на церковь, что практически напротив. К ней уже подтягиваются прихожане, к вечерней. Ежедневно на службы ходят только совсем уж набожные. А так-то посещение не обязательно, за исключением воскресных служб. Что при отношении Михаила к церкви, ему и так за глаза. Но сегодня решил все же сходить.
Зашел в дом, поздоровался с Анной. Моложавая вдова окинула его внимательным взглядом. Что-то там для себя решила. Тихонько вздохнула. Вручила полотенце и пошла заниматься по дому.
Михаил только покачал головой. Не девочка. Понимает, что как бы не нужно ей было крепкое мужское плечо, Романов не тот случай. Если подвернется кто, то он возражать не станет, и даже наоборот, сделает се, чтобы посодействовать. Но какой бабе понравится, что мужик от нее скачет по другим постелям. Как она это поняла? Да кто же его знает. Женщина, для мужчины вообще одна сплошная загадка.
Наскоро умывшись, полез в свой сундук с навощенными табличками. Там же у него хранился футляр в листами бумаги. Дорогой товар. Поэтому на ней он рисовал и чертил уже законченные проекты, которые вынужден был отложить до более благоприятных времен. Как уже говорилось, благодаря переносу сознания и способности управлять телом со стороны, у него получалось хорошо рисовать и чертить.
Забрав два листа, он вложил их в папку, и прибравшись поспешил на выход. Если уж собрался в храм, то нехорошо опаздывать. Конечно отец Нестор знает о своеобразном отношении к церкви со стороны Михаила. Тут у них полный консенсус, так как и Романов старательно подбирал священника прагматика, а не фанатика. Но это нужно не для попа, а для людей.
При всем своем критическом отношении к церкви, он не собирался отрицать важность ее роли в воспитательном процессе. Как и того, что нужно держать их в ежовых рукавицах. А то повадятся, как у католиков раздавать анафемы, да подбивать подданных свергать правителей. Ну и вообще, тормозить прогресс.
Дай священникам волю, так они всему новому палки в колеса вставлять станут, а то еще и каленым железом выжигать. И Византия яркий тому пример.
Ладно Рим. Там варвары постарались, уничтожая достижения цивилизации. Попы уже после подключились. Пусть и рьяно. У ромеев же государство устояло. Да толку от этого чуть. В лучшем случае, они топчутся на месте, но во многом наблюдается упадок. И в немалой степени тут роль именно церкви.
Самый яркий пример это медицина. Здесь всякий прогресс закончился почти три века назад и теперь идет медленный, но верный откат. Все передовые умы в этом направлении покидают пределы империи, дабы избежать гонений. Пока на Ближний восток. Но и там им становится все менее комфортно, из-за набирающего силу ислама.
Поэтому Михаил и вцепился в прагматика Нестора. Умный, начитанный и образованный, точно знающий чего именно желает, он отлично подходил Романову для задуманного им. Остается только, чтобы и святого отца устроили предлагаемые ему условия.
Отстояв службу, Михаил не торопился покидать церковь. Скромно стоял в сторонке, ожидая, когда святой отец выпроваживал прихожан. В смысле, отвечал на множество вопросов, беседовал с кумушками и наставлял на путь истинный. Такая работа.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Ты хотел поговорить, сын мой?
Ага. Папаша. Он старше Романова всего-то лет на десять. Так что, при всем его желании в роль родителя не годится. Ну да, чего уж, либо играй по правилам, либо проваливай. Вообще-то, отправка стол молодого священника это своего рода пренебрежение к Пограничному. Хотя для самого молодого человека, неслабый такой скачок вверх по карьерной лестнице.
- Да, святой отец.
- Слушаю тебя.
- Ты же знаешь, что по весне мы отправляемся в Таматарху.
- Да. Мне это известно. Как и то, что это селение не осиротеет. Тем более, при наличии вокруг возделанных полей. Император обещал заселить его колонами.
- Знаю. Но я не о том. Не хотел бы ты отправиться с нами. Не спеши отказываться, святой отец. Быть может мы сумеем понять друг друга. Взгляни сюда, - открывая папку и показывая рисунки в разных ракурсах, предложил Михаил.
- Что это?
- Это КАМЕННЫЙ храм, который я собираюсь возвести на территории поселения, уже через десять лет. Обрати внимание на людей, что изображены рядом. На этих рисунках строго соблюдены все пропорции.
- Такой большой храм невозможно построить за десять лет.
- Я хотя бы раз солгал, святой отец?
- Ты всегда держишь свое слово. Но это…
- Десять лет, это крайний срок, на случай, если что-то будет мешать. На деле, я собираюсь управиться за пять. И ты будешь настоятелем храма, равного которому пока еще нет.
- Но что это за формы? Какие-то необычные купола
- Такие купола строят русичи. Что же до всего остального, это придумал я. Соблюдены все каноны. Но архитектура… ТЫ будешь ее родоначальником.
Было чем удивить. Потому что Михаил разом выдал на гора то, к чему русское православное зодчество шло веками. За основу он взял храм построенный в его родном городе. Ему и самому довелось участвовать в строительстве. Причем, на благотворительной основе.
При всем его негативе по отношении к священникам, есть среди них, которые вызывают уважение. Вообще-то, куда проще было дать деньги. Но он с бригадой предпочел отработать. На поднятии стен. Во всяком случае, пока имелся в наличии кирпич. Так что, чертежи видел и изучал их. А так как это связано с его профессиональной деятельностью, то и отложилось в памяти куда больше, чем в иных областях.
- Я должен подумать.
- Думай, Нестор. Думай. А еще, помни, что мы всегда найдем общий язык. И такой храм я просто так строить не стал бы.
- Я об этом помню. Ты оставишь мне это? – указал он на листы.
- Разумеется. Ты можешь оставить чертежи у себя. Только учти одну маленькую деталь. Никто другой не сможет воплотить это в камне.
- Откуда ты знаешь?
- А ты покажи архитекторам. Они непременно ткнут тебя сразу в несколько несуразиц, разрешить которые им не под силу.
- Тогда откуда тебе известно как справиться с этим?
- Был у меня один учитель. Не важно. Главное, что я даю тебе слово и сдержу его. Доброго вечера, святой отец.
Когда вернулся домой, уже стемнело. Анна встретила его недовольным взглядом, ткнув при этом пальцем в водяные часы. Угу. Научил пользоваться, теперь вот тыкает. Едва закончил ужинать, как в гости заявился Зосима.
- Квас будешь, - встретил его Михаил, указывая на стул за столом.
- Не откажусь, - присаживаясь, без энтузиазма ответил управляющий.
Наблюдавшая за этой сценой эконома, фыркнула, и скрылась на кухне. Но уже через минуту появилась с краюхой хлеба и кашей обильно сдобренной мясом. Поставила угощение перед гостем. А там и кувшинчик со столовым вином выставила. Знает, что управляющий к русским напиткам так и не привык, не то что остальные греки, что имели дело с пограничниками. Пить-то конечно пьет, но без удовольствия.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Кхм. Спасибо Анна, — смутился Михаил по поводу собственной недогадливости.
— Я не голоден, — возразил было грек.
