– В том-то и дело, – мрачно ответила Кармен. – Завтра.
– Но я не доберусь до Оахаки к завтрашнему дню!
– Знаю. Я звонила в Санта-Крус, пыталась заказать билет – все места распроданы за месяц вперед. Письмо задержали на почте, и…
– Не надо, Кармен, я знаю, как работает местная почта. Знали бы американцы, как им повезло! – Эйприл тяжело вздохнула и плюхнулась в кресло напротив стола. Уже не в первый раз она пожалела о том, что не завела себе вертолет. (Вертолетная площадка позади гостиницы предназначалась только для гостей, предпочитающих пользоваться этим видом транспорта.) – Черт побери! Ты представляешь, что будет, если я там не появлюсь?
– Где не появишься?
Знакомый глубокий голос заставил Эйприл буквально подпрыгнуть в кресле.
– Джек!
Трудно поверить, но при одном взгляде на него она забыла обо всех своих неприятностях. Впрочем, выцветшие черные шорты и рубашка, сквозь расстегнутый ворот которой виднелась загорелая грудь, вполне могли вызвать кратковременную потерю памяти.
Эйприл заморгала, соображая, о чем это он спрашивает.
– Привет! Представляешь, завтра в это время мне нужно быть в Оахаке, а билетов на самолет нет.
Джек отлепился от косяка и вошел. Эйприл с трудом отвела взгляд от его мощных бедер, пробуждающих в ней сладкие воспоминания. Кармен окинула Джека восхищенным взором и, выждав, пока он отвернется, подмигнула Эйприл. Та предпочла бы не заметить этого подмигивания, но, к сожалению, заметила. Похоже, слухи разлетаются еще быстрее, чем она думала.
– Думаю, я смогу тебе помочь. – Джек улыбнулся, кивнув в сторону кабинета, и самообладание Эйприл разлетелось вдребезги. – Кармен пусть идет работать, в мы с тобой зайдем в кабинет и все обсудим. – Джек не предлагал и не задавал вопросов, он отдавал приказания. – Дело как-то связано с этим письмом? – спросил он, обернувшись к Кармен и указывая глазами на письмо у нее в руке.
Кармен молча кивнула. Джек взял у нее письмо и, не разворачивая, передал Эйприл.
– Мы с Эйприл во всем разберемся. – С этими словами он подарил Кармен свою убийственную улыбку и добавил: – Уверен, у вас своих дел хватает.
Кармен растаяла, словно лед под палящим мексиканским солнцем.
– Si, сеньор Джек. Разумеется.
Джек отворил дверь и скрылся в кабинете, а Эйприл, открыв рот, уставилась ему вслед. Только чувствительный толчок в бок от Кармен вернул ее к реальности. Черт побери, как он смеет врываться к ней в кабинет и командовать ее секретаршей! Эйприл вскочила: она уже совершенно забыла, что Джек предложил ей помощь. Бросив суровый взгляд на Кармен (и напрасно – кто же может устоять перед улыбкой Джека?), она ворвалась к себе в кабинет. Но дверь за собой закрыла аккуратно, хоть и очень хотела ею хлопнуть.
Джек сидел в кресле возле дверей. Эйприл нависла над ним, уперев руки в бока и радуясь, что его положение дает ей преимущество в росте.
– Черт побери, что ты о себе воображаешь? Только потому, что мы… – Благожелательная улыбка Джека сделалась еще шире, и Эйприл запнулась посреди фразы.
– Так что же ты хотела сказать, mi tesoro?
– Не называй меня так! – Эйприл сама понимала, что переходит всякие границы. Ей нравилось, когда Джек называл ее «сокровищем», и он прекрасно это знал. Глубоко вздохнув, Эйприл начала снова, тщательно сдерживая свой гнев: – Благодарю за предложение помощи, но, извини, Джек, мне не нравится, когда ты вмешиваешься в мою работу. Тем более – на глазах у подчиненных. Я десять лет зарабатывала себе безупречную репутацию, и будь я проклята…
– Подожди-ка! – Улыбка на лице Джека сменилась искренней заботой. Он встал и потянулся к ней, но Эйприл отступила назад, и руки его упали вдоль тела. – Я не собирался позорить твое доброе имя. Ни вчера, ни сегодня. И потом, твои служащие тебя уважают. Не думаю, что мне удастся опорочить тебя в их глазах, даже если я этого захочу. А я этого совсем не хочу, – добавил он с нажимом.
Эйприл почувствовала, как ее гнев бесследно улетучивается. Однако все же попыталась настоять на своем:
– Знаю. Но ты не представляешь, как трудно женщине в Мексике добиться авторитета. Чем бы ты ни занималась, каких бы успехов ни достигла, мужчины смотрят на тебя с недоверием просто потому, что женщине доверять нельзя… Прости, что накричала на тебя. Я понимаю, ты просто хочешь помочь.
Джек слушал ее молча и задумчиво. Может быть, только сейчас он понял, каких трудов стоило этой женщине добиться нынешнего положения. А что ей пришлось пережить в прошлом… И Джека вновь охватило страстное желание узнать об Эйприл Морган все.
Его лицо озарилось улыбкой. Может быть, решая ее проблему, он решит заодно и свою?
– Я понимаю, что за это предложение ты меня просто пристрелишь: но, может быть, поедем вместе?
С этими словами он распахнул на груди рубаху, как бы предлагая стрелять, и Эйприл невольно улыбнулась.
– С удовольствием, – честно ответила она.
Гнев ее исчез, уступив место желанию; Эйприл вновь захотелось прикоснуться к Джеку.
– Твое желание для меня закон. Сегодня в полдень мы отправляемся в Оахаку.
Эйприл непонимающе уставилась на него, затем на ее лице отразилось недоверие.
– И как? Ты отвезешь меня на личном самолете?
– Что-то вроде того, – подозрительно серьезно ответил Джек. – А теперь не будем терять время. Отдавай последние распоряжения и собирай вещи. Встречаемся в холле ровно в полдень. – Эйприл изумленно подняла брови, и Джек, сделав вид, что неправильно понял ее удивление, добавил: – Нам ведь потребуется, целый час, чтобы добраться до того заасфальтированного клочка земли, что именуется в Санта-Крус аэропортом.
Эйприл невольно рассмеялась. Сказать ему, что все билеты проданы? Да нет, он тут же найдет какую-нибудь отговорку.
– Тебе никто не говорил, что ты неисправим?
Джек мило улыбнулся в ответ:
– Говорили. Два или три раза. Так я тебя жду.
Эйприл поняла, что выиграть в этой перепалке ей не дано – и с улыбкой сдалась:
– Хорошо, но, может быть, ты мне объяснишь?..
– Доверься мне. – С этими словами он двинулся к дверям.
– Подумать только! – пробормотала Эйприл. Она уставилась на стол, пытаясь сообразить, что нужно сделать до отъезда, но вместо этого перед ее глазами всплывали картины прошлой ночи.
– Послушай, если ты не перестанешь смотреть на стол такими глазами, мы останемся здесь до обеда.
Эйприл вздернула голову:
– Я вовсе не… – Она отбросила эту бесполезную ложь на полуслове. – Так вот зачем ты привел меня сюда!
Джек медленно подошел к столу. Остатки благоразумия, разрушенного прошлой ночью, требовали держать Джека на расстоянии. Эйприл отступила, но Джек пригвоздил ее к месту взглядом.
