она. — Вроде всё нормально, — Сложив конверт, она убрала его под одежду. — Довези меня до Лейзен-9.
— У вас свой паромобиль позади? — Заметил Рудольф.
— Если ты не видишь, я еду в твоём Просто довези меня уже.
За такую наглость Рудольф хотел выкинуть эту женщину, желательно под колёса кого-то паромобиля. К несчастью для него, её статус был выше, что обязывало его подчиняться. Но самым неприятным было то, что Эда Вайленфорд была частью заговорщиков. Если сравнивать с Рудольфом, она была одной из ключевых фигур по сбору информации. Именно благодаря ей началась война герцогского рода Вайзмен с княжеским домом Лок-мод. Эда смогла скомпрометировать результаты расследовательского бюро, где виновниками были выставлены Лок-мод. А также были уничтожены и саботированы доказательства превышения насилия во время войны. Убийство младших детей почти всего мужского населения от 16 до 50 лет. Похищения девушек, женщин от 16 до 30 лет. Всё было сфабриковано благодаря этой женщине.
Где-то взяткой, где-то убеждением и шантажом, а где-то и своим телом. Она не брезгует применять все методы для достижения цели. Если ей надо будет построить лестницу из трупов младенцев, она это сделает. Жадная, корыстная и очень мерзкая женщина. Не удивительно, как ей удалось подружиться с Литарией, при этом скрыв свою гнилую натуру настолько, насколько это возможно. Не надо забывать, что именно эта женщина в свои школьные годы довела до самоубийства многих девушек из младших родов. Очернила некоторых из постарших. Хоть сейчас многие восстановились, но есть те, кто прозябают жизнь в глухих деревнях, в старых обшарпанных домах. Страшная женщина, не иначе.
По-хорошему от этой женщины надо избавиться, желательно сразу как их план придёт в действие, иначе она может выкинуть свои козыри. Но об этом потом. Сейчас ему нужно следовать плану, а хозяева сами придумают что с ней делать. Вайзмен довёз женщину до нужного место.
— Позвольте спросить, зачем вам на китобойню?
— Нужно подмять её под себя. — Спокойно ответила она.
Рудольф лишь слабо улыбнулся. Всё-таки жадность этой женщины не знает границ. Вообще странно что она не захватила семью Вайленфорд. Она могла стать графиней, подмяв под себя всю семью. Но она не строила против них заговоров, не шла против своих братьев и сестер. Все её силы уходили на поддержания семьи. Даже грязные слухи не мешали ей. Она принесла в семью много денег, но является при этом черным пятном. Если Рудольф боялся бросить тень на свой род, то Эде было плевать. Она шла за своей выгодой, больше её ничего не волновала. Власть, богатство, это её ориентиры в жизни. Они у всех такие, но у неё они более извращённые. Но видимо даже у такой стервы, которая идёт по головам, есть такие чувства как долга перед семьёй. Она знает своё место в семье, поэтому не идёт на конфликт, выстраивая свой путь. Такие были мысли у Рудольфа, только он не знал, правда это или вымысел. Да и не нужно это ему. Попрощавшись с Эдой, Рудольф поехал домой, предвкушая удовольствие от подготовленных сюрпризов для Лок-мод.
* * *
Вайзмен не соврал. Когда паромобиль приехал к гостинице, их уже ждали. Группа из 5 человек в одежде работников стояли в два ряда и один по середине. Стоило им подъехать, как работники поспешили помочь Литарии и её дочери. На удивление Литарии, они подготовили даже коляску. Она была чище, чем её и не такой громоздкой. Двое слуг помогли Литарии сесть в неё, а другие двое снимали её коляску, увозя её в сторону. На вопрос, куда увезли её коляску, работник ответил, что её увезли на чистку и обслуживание. Лойз встал рядом с Литарией, ведя её в сторону гостиницы. Апартаменты, которые были выделены Литарии и её дочери, оказались достойны. Для своего стыда комната Литарии выглядела куда бедно.
Номер располагал двумя большими кроватями, двумя трёх секционными тумбами, зеркалом, диваном, рядом с которым был стол для чаепития со всеми принадлежностями. Даже вазочка к набором конфет имелась, что Литария и Розали не видели уже долгие годы. Здесь так же была проведено электричество. На потолке была широкая шести ламповая люстра. В номере ещё была своя моющая комната, куда Розали вместе с Констанцией повели Литарию. Лойз, который вошёл в комнату, оставил в ней сумку с запасной одеждой, удалившись в комнату выделенную для прислуги. Ванная-комната предстала в виде небольшого помещения, где стояла широкая ванна сделанная из камня. К ней шёл большой медный кран, который нависал над ванной. Ещё здесь была большая бадья, в которой мог с легкостью поместиться человек. Над ней стоял такой-же кран. Была полка с мыльно рыльными принадлежностями. В них входило большой кусок мыла, который не очень приятно пах, жесткая мочалка в виде рукавице, простая мочалка, несколько пар полотенец, которые все были подписаны. Волосы, тело, интимные места и лицо. Все они были разного размера, от длинного метрового, до совсем коротких.
Литарию вытащили из коляски, раздели и усадили в бадью. Констанция с помощью Розали намывала госпожу, деря её жесткой мочалкой, от чего та немного корчилась. После её аккуратно переложили в ванну. Надо признать, что двум женщинам давалось не просто, таскать и перетаскивать свою госпожу. Уже не молодая Констанция и хрупкая Розали, которая на первый взгляд могла сломаться как тростинка от любого прикосновения. Усадив Литарию, они поставили заглушку и включили воду для наполнения ванны. Розали поблагодарила Констанцию и решила сама принять ванну, отдав служанке их с матерью вещи, та вместе с коляской удалилась.
— Позовите когда закончите. — Бросила она перед выходом, поклонившись, удалилась.
Проведя туже процедуру что и её мать, только уже самой, Розали уселась в наполняющуюся ванну. Напор воды неприятно бил, отдавая девушке брызгами, но как только ванна была наполнена, Розали перекрыла вентиль. Размер ванны позволял двум женщинам улечься, при этом не мешая друг другу. Так они и лежали, наслаждаясь приятным теплом, слушая звук капающей воды. Первой тишину прервала Литария.
— Хорошо то как — Довольно умиротворённым голосом, а на её лице лежала умиротворённая улыбка. Впервые, за долгие годы, что-то кроме её дочери смогло выдавить приятные эмоции.
— Хорошо. — Скомкано повторила Розали. — Не как в бане. — Розали вспомнила их баню. Небольшая коробка с печью. Там было одна большая бадья и несколько вёдер. Ещё была лежанка, на которой можно было греться. К несчастию воду туда приходилось таскать вёдрами, что было тяжело и долго. Уж о каком-то комфорте речи не шло. Так полежать и насладиться водой не получиться. В бане часто
