что произошло?
Не знаю, зачем я вообще завела этот разговор?…
- Артур изменяет Самире, - шепчу еле слышно, а потом поднимаю глаза и хмурюсь, - Очень жестоко. Ты знал?
По глазам и выражению лица вижу, что да.
Дамир крепко сцепляет челюсти, потом переводит взгляд в потолок и говорит холодно.
- Нас это не касается.
- Я и не говорю, что касается, Дам.
- Тогда к чему эти вопросы?!
- Ты знал, да?
- Знал, и?
Не знаю я, что «и». Ничего, полагаю?
- Ничего.
Мне нечего больше ответить, да и как-то расхотелось вести любой разговор таким тоном.
Странная реакция.
Снова ложусь ему на грудь боком, но Дамир тихо вздыхает, накрывает мою руку своей и шепчет.
- Они помолвлены и поженятся через несколько месяцев, но он этого не хочет.
- В смысле?
- Традиции. Их родители сосватали, соскочить - не вариант.
Хмурюсь и поворачиваюсь обратно лицом.
- Ты его оправдываешь что ли?
- Я никого не оправдываю, но могу его понять, Катя, - чеканит он холодно, - Если бы меня заставили жениться на женщине, которую я не люблю, а ту, что люблю - послать нахуй. Прости, конечно, я бы возненавидел свою невесту.
Он нежно касается моей щеки и грустно улыбается.
- Если бы я был на его месте, а ты на месте этой девушки…
- Не надо.
Отстраняюсь, Дамир сразу же начинает хмуриться и злиться.
- Пожалуйста, только не начинай, Католик. Только не проповеди об изменах. В некоторых случаях…
Не хочу этого слышать.
Резко встаю, жмурюсь и шепчу.
- Я имела в виду, что я не хочу, чтобы ты сравнивал меня с этой…блядью.
- Катя.
- Что, Дамир?! - резко поворачиваюсь и дергаю головой, - Самира виновата в этом?!
Муж закидывает руку за голову и усмехается.
- А ты думаешь, что нет? Самира - принцесса, Катя. Она захотела, топнула ножкой и вынудила Артура согласиться на брак под давлением ее папаши.
- Это тебе Артур сказал?!
- Не повышай на меня голос. Ты перебарщиваешь.
- А ты нет? - роняю тон до шепота, - Даже если так…ты не слышал, что написала «любимая» твоего Артура.
- А ты бы что написала, будь мы на ее месте? М? Молчишь? Потому что…
- Я бы написала что-нибудь гадкое, а может быть, и нет. Но я бы не опустилась до такой жестокости и уж точно не стала бы говорить женщине, что сейчас трахну ее мужика, а когда он захочет получить от нее минет, она помнила: вкус моей блядской вагины сладкий, а не он сам!
Пылю жестко, повышаю голос и резко вскакиваю, выдернув плед из-под Дамира.
Не знаю, почему я так реагирую. Самира - не моя близкая подруга, но…она женщина. Какой бы принцессой ни была, я ни одной женщине не пожелаю оказаться на ее месте.
Это жестко.
Каждый раз думать, что он приходит к ней после какой-то швали. Занимается с ней сексом. И даже если исключить минет! Разве этого достаточно? Губы тоже могут быть сладкими, как пепси-кола.
А еще меня дико бесит, что он встает на их сторону! На их! После того как его отец поступил с тетей Ингой! Где мой Дамир? Тот, кто ненавидел изменщиков и не признавал никаких оправданий для адюльтера? Где он?!
Конечно! Я знаю! Это сучий Золотов! Его влияние! А знаешь что?!
- Кстати! - прижимаю плед к груди и рычу, - Это твой любимый Золотов припер мне те цветы, ясно?! Нравится?! Он все еще твой герой?! Так, может быть, мы позвоним им? Пригласим? Они трахаются с другими людьми на глазах друг у друга! Присоединимся?! А?!
Я, правда, не хотела этого говорить, но в этот момент…мне становится дико страшно, что он слишком глубоко пустил корни.
Мне страшно. Правда. Что все может рухнуть, ведь я вижу, как Дамир реагирует на Даниила. Он, как старший брат, которого у Никеевского никогда не было.
Старший брат с абсолютно ублюскими, кончеными моралями в башке, которые меня пугают! Потому что я не Настя! Я этого выдержать не смогу!
Я не смогу…
Подхожу к кухонному гарнитуру, беру трясущейся рукой стакан и наполняю его водой. Реакция Самиры так и стоит перед глазами, но знаете, что хуже? Во всем этом аде я вижу и себя. Там, в уголке. Разбитую вдребезги…
Клянусь, я почти ощущаю эту боль по телу, которая проходится волнами. И мне страшно…мне страшно, что она станет реальностью.
Закрываю глаза, выдыхаю шумно. Сама слышу тихие шаги в мою сторону, а потом чувствую и руки. Дамир крепко сжимает мои плечи, упирается лбом в макушку и хрипло шепчет.
- Почему ты мне не сказала?
- Я не знаю, - шепчу жалобно, - Ты был так рад, и я не хотела портить тебе настроение.
- Когда?
- После нашей ссоры. Мы поцапались в салоне, я свалила, а утром он приперся с цветами. Сказал, что от тебя. И это он просил мой номер, Дам. Он его Насте передал…
Пальцы сильнее впиваются в мою кожу, а я шепчу.
- Ничего такого, но…мне не нравится этот Золотов, Дам. С ним что-то не так.
- Чего ты боишься конкретно, Кать? - отвечает в тон, - Озвучивай.
- Мне не нравятся его мысли.
- И ты боишься, что я вдруг начну думать так же.
- Да.
- Считаешь, что я телок, которого можно увести и внушить что-то?
- Нет, но...с ним что-то не так, родной. С ним что-то не так...
Мы молчим пару мгновений, а потом Дамир сильнее прижимает к себе, оплетая руками, кивает.
- Этого больше не повторится, клянусь. Я с ним поговорю…
- Дам…
- Просто поговорю, Католик. Без глупостей.
А он может. В смысле, глупости совершить - и это была одна из главных причин, почему я молчала…
- Он привык так со всеми общаться, но я обозначу границы. Хорошо?
Я немного разочарована. Мне бы хотелось услышать, что ты ограничишь наше с ним общение…но…этого не происходит.
Дамир целует меня в макушку, а потом отходит, но раньше, чем он возвращается к дивану, я шепчу еле слышно.
- Если ты когда-нибудь изменишь мне…- проглатываю сухую, огромную таблетку, - Пожалуйста, не давай своей бабе писать мне такие сообщения.
Муж застывает на одном месте, а я медленно поднимаю на него глаза и смаргиваю слезы.
- Я просто не вывезу их, Дам.
