Читаем без скачивания Убийство на Неглинной - Фридрих Незнанский

– Коля, исполняй! А ко мне Яковлева, – и посмотрел на своего помощника выразительно. Саватеев умчался под арку.

– Тебя зовут-то как?

– В крестные напрашиваешься? Так нам без надобности.

– Дурак ты, – мягко сказал Грязнов. – Надо ж мне знать, какое имя на камне вырубать. Могильном. Ты вот тут, – он показал на свой рукав, – черного такого зверя видел когда-нибудь?

– Ну, – без всякого интереса сказал парень.

– А чего ну? – скучно сказал Грязнов. – Это тебе не в ножички играть, – он показал парню на его эмблему, – раз не знаешь, значит, теперь уже и не успеешь. Ну, где твой начальник? Долго еще ждать?

– А разве ты ему нужен? – совсем по-хамски ухмыльнулся охранник. – Жди, раз тебе приспичило.

В это время из-под арки вышел Володя Яковлев. Шагал он грузно и чуть вразвалку, что всегда вводило в заблуждение не знающих, какая взрывная сила таилась до поры до времени в этом ленивом с виду человеке.

– Вячеслав Иванович, – добродушно начал он, подходя почти вплотную, – у тебя тут, сказывают, трудности?

– Пока только непонимание. Я Колю за зверем послал, сейчас кликнет, и все сразу станет на свое место.

– А чего ждать-то? Время, говорят, деньги! – и коротким, почти неуловимым движением он скрючил охранника и вторым молниеносным ударом сверху отправил его в глубокий нокаут. После чего неторопливо обшарил карманы лежащего, вынул документы, бумажки какие-то, а заодно и «макарова», оказавшегося на спине, под поясным ремнем.

– Ишь ты, в копа играет! Ну пошли? – Володя за шиворот втащил парня в подъезд и привалил его к стене.

В пролете второго этажа встретили спускающихся охранников – Степу и человека постарше. Грязнов показал вниз:

– Он там, у двери, вас дожидается. Свое оружие и документы он нам передал. На сохранение. Я себе не возьму, у меня свое есть. А вот его «макарова» проверю и, если все в порядке, верну. – Грязнов вынул и показал муровское удостоверение. – А теперь попрошу ваше… Так, Синицкий Иван Порфирьевич, ясно, охранное агентство «Евпатий». Ага, теперь понятно, почему ножички. А чего ж это вы, Иван Порфирьевич, таких грубиянов воспитываете? Ведь этак и лицензии можно запросто лишиться. Хотите, поспособствую?

Старший оказался умнее своих кадров. Он лишь развел руками:

– Учим помаленьку, стараемся, да не всегда получается. Вы, господин полковник, извините дурака. Если можно, обойдемся без конфликтов. Чем могу служить?

– Владимир Михайлович, – Грязнов, обернувшись, незаметно подмигнул Яковлеву, – отмени «Пантеру». Так, вижу, договоримся.

– Слушаюсь, – Володя вынул из кармана трубку радиотелефона, включил и сказал: – Саватеев, слышишь меня? Зверя домой.

– Теперь с вами, – сказал Грязнов. – Прошу коротко, что здесь происходит?

Иван Порфирьевич повторил сказанное прежде охранником. В этом подъезде жильцов нет. С первого по пятый этаж идет ремонт помещений, приобретенных фирмой «Юнона», – собственно, это акционерное общество закрытого типа. Остальное охране знать не положено. На верхних этажах квартиры пустуют, и что там будет в дальнейшем – тоже офисы или жилые помещения, известно одному Богу. Туда особенно никто и не ходит.

– Особенно в каком смысле? – уточнил Грязнов.

– А ими, по-моему, сам мэр распоряжается. Жилье-то получается суперэлитное, – охотно ответил старший охраны. – Нам с вами такое не по карману.

– Но кто-то все-таки появляется здесь? Сегодня, к примеру, был кто?

Старший быстро переглянулся со Степой, потом отрицательно покачал головой:

– Не было. Никого.

– А чего так неуверенно?

– Так ведь… за всем уследить невозможно. Но про сегодня могу сказать с уверенностью.

– Понятно. Ваше агентство находится в Рязани? А зачем «Юнона» усложняет себе жизнь? Что, московские ей уже не подходят?

– У нас давнее сотрудничество. Наверное, устраивает качество работы.

– Оно и видно. Последний вопрос: что это за форма такая странная? В «Память», что ль, играете?

– Нет, просто наше агентство является коллективным членом военно-патриотического общества «Евпатий». Тоже наше, рязанское.

– Сейчас мы с вами пройдем по всем этажам, и, если потребуется, я вызову сюда группу. Надеюсь, ключи от всех помещений у вас имеются?

– Вообще-то я имею право располагать ключами только от нашей фирмы…

– Значит, так, – сухо сказал Грязнов. – Недавно – речь идет о минутах, а не о часах, понимаете? – из этого дома, предположительно из помещений, расположенных в данном подъезде, были произведены выстрелы, в результате которых убиты двое, в том числе вице-премьер правительства Нечаев. Третий в тяжелом состоянии, и за исход никто не ручается. Я и так потерял с вами слишком много драгоценного времени. Если не пожелаете дать ключи, я прикажу взломать все двери, и ответственность ляжет на вас. Быстро принимайте решение!

– Но ведь, насколько я знаю, ваши люди уже работают в соседнем подъезде?

– У них своя задача. Ну?

– Я поищу ключи. Вы можете пока обойти все помещения нашей фирмы. Они не закрыты. Посторонних там тоже нет.

– Хорошо, я вас жду наверху. А Степа пусть поможет очухаться своему напарнику. И вообще, постарайтесь не делать лишних движений…

– Слушаюсь, – старший не без иронии приложил два пальца к козырьку своей фуражки.

Этажи обследовали поочередно: Яковлев стоял на площадке, а Грязнов обходил одну пустую комнату за другой. В общем, скорее для очистки совести. Если бы киллер находился здесь, он был бы полным идиотом. Но он мог оставить после себя следы – бросить оружие, другое снаряжение, не закрыть окна, не поднять с полу гильзы. Да мало ли, какие следы оставляет после себя уходящий в спешке убийца! И Грязнов опытным глазом быстро и оценивающе окидывал помещение и следовал дальше, держа пистолет перед собой.

На следующем этаже все повторялось с точностью до наоборот: ждал на лестничной площадке уже Грязнов, а в помещение, заставленное строительными материалами, ящиками, бочками, входил Яковлев. Пока никаких результатов не было.

На шестом этаже их догнал Синицкий – старший охраны.

– Ну, пусто, я ж вам говорил.

– Ваше счастье, – буркнул Яковлев. – Ключи принесли?

– Вот, пожалуйста, – и он быстро открыл левую квартиру.

Очередь была Володи, и он исчез за дверью. Грязнов же задумчиво разглядывал стены, потолок, шахту неработающего лифта.

– Включаете? – кивнул на лифт.

– Только когда идут работы.

– А сегодня у вас что?

Синицкий пожал плечами:

– Сегодня, сказали, руководство фирмы отправило строителей на какой-то другой объект.

«Ловко, – подумал Вячеслав Иванович. – Лучше и не придумаешь! Будто все нарочно подготовлено…»

Вернулся Яковлев, кивнул охраннику на противоположную дверь.

– Этого ключа у меня нет, – показывая зачем-то связку, ответил тот. – Дверь вообще не открывается. Вход в квартиру, говорят, из следующего подъезда. Тут вообще-то евроремонт делали. С месяц назад закончили, то ли студия какая-то, то ли еще чего, не знаю. Нас эта квартира совсем не касается.

– А дверь тогда зачем? – Яковлев толкнул ее плечом. – Да, капитально! Ни замка, действительно, ни ручки. И все-таки ее открывают… – Яковлев опустился на корточки и внимательно осмотрел пол перед дверью. – Вот, гляди, Вячеслав Иванович, скребок, видишь? Железо, – он щелкнул по металлической обшивке двери, – царапало. Эксперта сюда надо.

– Давай кликни, – сказал Грязнов и отправился на следующий этаж. – А что, Иван Порфирьевич, – обернулся на ходу к Синицкому, – вы-то сами где тут обитаете? В той каптерке на первом этаже? У вас что, вахтовый метод?

– Примерно, – охотно откликнулся тот. – По две недели. В принципе фирма нам квартиру снимает. Не здесь, в Сокольниках. А здесь только дежурная группа. Старший и двое. Извините, Вячеслав Иванович, – кашлянув, понизил голос Синицкий. – Мне, конечно, как вы понимаете, очень неприятен этот инцидент… Молодые еще, необученные.

– Зачем же таких держите?

– Другие достоинства имеют. Этот, к примеру, стреляет хорошо.

– В кого? – быстро среагировал Грязнов, и тот запнулся.

– Да что вы! Если вы подумали чего?… Нет, вообще говорю. Однако вы его крепенько уделали.

– Оклемается…

– Видите ли, конечно, сопротивление при исполнении… Такое пятно! Может, мы как-нибудь сами?

– Вот давайте закончим работу, а потом можно будет и поговорить. Володя, – крикнул в лестничный пролет, – дождись эксперта и догоняй! Открывайте, – приказал Синицкому.

Так они прошли все помещения до последнего этажа. Узкая металлическая лестничка вела к люку на чердак. Замка в петлях не было.

– Почему люк открыт? – спросил Грязнов.

– Жильцов-то нет, – неуверенно ответил Синицкий. – Возможно, строителям зачем-нибудь понадобилось. Там же лифтовое хозяйство. И все такое прочее.

– Поглядим, – сказал Грязнов, осматривая железные перекладины. – А вас, Иван Порфирьевич, я больше не задерживаю, поскольку на дальнейшее ваша епархия не распространяется, так?