Читаем без скачивания Грабители - Алекс Орлов

Монро осторожно приподнял голову и, посмотрев на небо, понял, что опасность миновала. Он хотел тут же связаться с полковником, но, взглянув в сторону лагеря, увидел, что там тоже идет бой. Над карьером носились зловещие силуэты дольтшпиров, а по ним били все огневые средства. В небо поднимались черные столбы копоти – это горели подожженные танки. Чуть в стороне отбивались два "скаута", но чьи это машины, понять было невозможно.

Дольтшпиры, будто почувствовав слабину, старались любой ценой одержать победу. Они нарывались на ракеты, разлетались снопами искр, но снова и снова накатывались волнами, поскольку их было не меньше ста штук.

Жаку оставалось только смотреть. На таком расстоянии его винтовка была бессильна.

Вскоре упал один из "скаутов", затем еще один, но, к счастью, в этот момент дольтшпиры снова убрались, расстреляв весь боезапас.

Все еще надеясь, что это страшный сон, Жак потряс головой.

– У нас потери, сэр. Пять человек... – сообщил подошедший сзади рядовой Лутц.

– Ты видел, что там происходило? – Монро словно не слышал Луща. – Ты видел? Они просто обезумели... – Жаку хотелось говорить и жаловаться еще, но он взял себя в руки и, обернувшись, спросил: – Раненые есть?

– Только убитые.

– Только убитые, – повторил Монро. – Давай уложим их возле скалы. Оружие можно оставить – у нас его достаточно, а боеприпасы нужно забрать.

Пока солдаты стаскивали к скале тела своих товарищей, Жак наконец решился вызвать на связь полковника:

– Сэр?

Он боялся, что ему никто не ответит или ответит какой-нибудь солдат и скажет, что полковник погиб. Жак успел привыкнуть к. Вильямсу и постоянно чувствовал его поддержку.

– Сэр? Вы живы?

– Я жив, Монро! – крикнул в ответ полковник – Давай, возвращайся скорее, нам тут нужна помощь. На этом связь оборвалась.

– Все готово, сэр, – услышал Жак голос рядового Лутца.

Монро обернулся. Все пятеро павших лежали у закопченной скалы, и их изрешеченная пулями броня была напитана кровью. Жак подошел ближе и поправил на погибших складки одежды, словно это имело сейчас какое-то значение.

Отойдя от них на несколько шагов, Жак встал по стойке смирно и громко произнес:

– Отделение!

Оставшиеся пятеро бойцов и он сам вытянулись в струнку и последний раз отдали честь своим товарищам.

– Вольно, – скомандовал Жак – А теперь быстро спускаемся вниз.

39

"Агентство свободной информации" – гласила яркая неоновая вывеска, которая даже днем светилась на полную мощность. Под вывеской располагалась массивная дверь с глазком и двумя объективами видеокамер, а на противоположной стороне улицы, в кафе на открытом воздухе, сидели два человека. Они не отрываясь смотрели на дверь агентства, при этом один все время нервно сучил ногами и крошил круассан, а другой не переставая клал и клал в кофе сахар.

– Ну и что, долго мы здесь будем сидеть? – спросил Фредди Чингис, помешивая пальцем остывший кофе. В отличие от Михеля, он жевнул травки и чувствовал себя превосходно.

Его напарник жевать траву отказался, боясь, что, будучи под кайфом, не сумеет удержать нужную цену.

– Нельзя так сразу, нельзя. Речь идет о миллионах... – твердил Царик и продолжал крошить хлеб.

На дармовое угощение с крыши дома слетел воробей. Он проскакал у Михеля под ногами и стал быстро долбать крошки

Заметив краем глаза какое-то движение, Царик посмотрел вниз и от неожиданности жутко заорал.

Воробей тут же улетел, дама за соседним столиком пролила на себя чай, а официант едва не уронил три порции мороженого. Хозяин заведения выбежал из конторки, но, не обнаружив никакой опасности, пожал плечами и вернулся обратно.

Только Фредди невозмутимо обсосал сладкий палец и уже в который раз спросил:

– Ты идешь или не идешь?

– Я иду

– Ну тогда встали и пошли. Нам еще дорогу переходить.

– Пошли, – наконец решился Царик и отбросил в сторону остатки круассана.

– Вот это по-мужски, – похвалил Царика Фредди и, встав на нетвердые ноги; поставил в карман куртки недопитую чашку кофе.

Затем они взялись за руки и смело пошли через улицу прямо к двери агентства.

Подойдя вплотную, друзья остановились и стали осматриваться, пытаясь найти если не ручку, то по крайней мере сигнальную кнопку.

– Эт-то просто безобразие, – произнес Фредди и уже замахнулся кулаком, чтобы как следует двинуть по двери, как вдруг она открылась.

Охранник в красивом, похожем на смокинг мундире улыбнулся им, как старым знакомым:

– Прошу вас, господа, проходите.

Фредди и Михель протиснулись сквозь узкую щель, которую охранник оставил такой намеренно, но, едва они попытались пройти дальше, их остановил голос второго стража:

– На месте стой! Раз-два! Кру-гом!

Царик два раза повернулся вокруг своей оси, а Фредди недоуменно уставился на человека, обладающего фельдфебельским голосом:

– Чего орешь? Это, вообще, агентство? Человек-фельдфебель несколько растерялся и ответил вопросом на вопрос:

– А в кармане что такое?

При этом он подался вперед и, прищурившись, повернул голову, словно хотел, чтобы Фредди сообщил ему ответ на ухо.

– Я вообще не здешний – я проездом, – заявил Чингис, не совсем понимая, о чем его спрашивают. Недавний прием травы все еще имел свое действие.

– Ага. Так вот мы сейчас проверим. – Охранник подскочил к правому карману Чингиса и молниеносно засунул туда руку. – Это что такое, твою мать, ублюдок?! – воскликнул он, доставая чашку с остатками кофе.

– О! Ты отнеси ее в кафе напротив, а то официант будет искать, – разъяснил ситуацию Фредди.

Напарник приставучего охранника стоял в стороне и злорадно улыбался. Было видно, что своего коллегу он недолюбливает.

– Зирвиц, они пришли не к тебе, – тихо напомнил он.

– Знаю, – после некоторой паузы ответил Зирвиц. – Но требования безопасности, а также... – Не договорив, он с деланной небрежностью махнул рукой и сказал: – Ладно, идите. Вы вообще к кому пришли?

– Нам нужен самый главный, – ответил Царик. – Руководитель...

– Самый главный? Тогда спросите мистера Филсберга, если он, конечно, захочет с вами разговаривать.

40

Как оказалось, само агентство было небольшим – всего десяток дверей, однако деньги здесь определенно водились. Свидетельством тому была и отделка коридора, и нежный спрей, добавляемый в систему воздухоочистки, и увесистая тропическая лиана, украшавшая одну из стен.

Царик остановился и втянул воздух ноздрями – запах денег становился все отчетливее.

– Но куда же нам идти? – спросил Фредди.

– Сейчас сориентируемся. Нужно войти в какую-нибудь комнату и спросить.

– Что спрашивать?

– Где мистер Филсберг.

– Тогда давай войдем. Например, сюда. – Фредди потянул за ручку, но дверь не подалась.

– Закрыто, – удивленно сказал он.

– Как это закрыто? Они обязаны ждать клиентов – каждый час, каждую минуту может прийти кто-то, кто принесет информационную бомбу.

Фредди видел, что, несмотря на внешнее проявление гнева, Царик продолжал трусить и возмущался только для того, чтобы прибавить себе решительности.

Неожиданно одна из дверей все же открылась, и в коридор вышел коротко стриженный мальчуган. Повернувшись к двум незнакомцам, мальчуган затянулся толстенной сигарой и вопросительно поднял брови. Теперь это существо больше походило на невысокого роста женщину со слаборазвитой грудью.

– Нам нужен мистер Филсберг... – робко начал Царик и после некоторого раздумья добавил: – Мисс...

– Тогда вы не по адресу, – с легкой хрипотцой профессионально курящего человека ответила женщина. – Я Зизи Стриж. Настоящее имя – Ксюглав...

– А я и так понял, что вы не Филсберг, – заговорил Михель, – потому что...

Но Ксюглав его тут же перебила, продолжив свой монолог, тяжелый, как траектория асфальтового катка.

– ...ничто не может оторвать мастера Филсберга от воспитательного труда. На этот раз его жертва – Малыш Шварцвальд. Тема беседы: "наплевать на этические нормы при сборе ценной информации". Впрочем, вы и сами можете послушать. Это поучительно – уверяю вас.

С этими словами мисс по имени Ксюглав подошла к двери босса и приоткрыла ее, давая возможность Фредди и Михелю послушать поучительную беседу.

– Сосать! Сосать, я сказал! – запальчиво выкрикивал кто-то. – Добрался и сосать, как нефтяная скважина! Иначе нам крышка! Ты понял?

В ответ кто-то тихо всхлипнул.

– Ты должен возвращаться, как пчела в свой улей, насосавшись всякой гадости, которой мы торгуем. А он, видите ли, стал помогать пострадавшим! Да кто ты такой?! Ты врач?! Ты брат милосердия?! Ты хотя бы патологоанатом?!

– Нет, – всхлипнул Малыш Шварцвальд, – но они истекали кровью...

– Наплевать! Пусть сдохнут на твоих глазах, а ты должен заснять все это и принести сюда! Чем дольше они подыхают, тем дороже я продам эту запись! Это ты понимаешь!?