мне распихать всю эту груду? Торпеды выгрузить?!
– Торпеды у тебя все тоже срать как секретные, – довольно оскалился Зелёнка. – Нам их даже хранить негде, нет подходящих условий. Про то была отдельная телега сверху: если, мол, в ходе перехода обнаружится какая-то неисправность торпедного вооружения, на базу не выгружать.
– Курва!
Фон Хартманн посмотрел на брезентовую гору, затем перевел взгляд на «Имперец», где на палубе наблюдалось подозрительное шевеление… Впрочем, какое там подозрительное?! Просто весь экипаж без команды вылез наверх, подышать свежим воздухом. Детский сад на выгуле, как есть, спасибо хоть по всему пирсу не разбрелись…
– Мои… матросы эти ящики вчетвером… даже вшестером не поднимут.
– Слабосильная команда?! – по-своему истолковал слова Ярослава корвет-капитан. – Угу, нам тоже таких задохликов через одного присылают. Через одного, потому что деревенские поздоровей городских, зато тупые – лом давать страшно: или потеряет, или сломает сдуру. Ладно, чего уж там… насобираю тебе бригаду в два десятка рыл, с допусками. Не за твои красивые глаза, не думай, просто надо, чтобы ты со своим белым сверхсекретным чудом побыстрее отсюда слился. И так пришлось две лодки с этого пирса спешно перегонять в отстойник, а у них по графику «еще вчера должны быть в море на позиции». Так что давай, загружайся – и ходу. Мешки с мукой и рисом пихай унутрь, остальное пусть прямо на палубу крепят.
– Горючее и боеприпасы?
– А ты догадливый, – фыркнул Зелёнка. – И, предупреждая твой следующий вопрос: чего делать, если вас загонят под воду и начнут бомбить, я не знаю. Никто не знает. Ты же у нас Хан Глубины, придумай что-нибудь.
Глава 8
Я не желаю иметь никаких отношений с кораблём, не способным идти быстро, поскольку собираюсь идти навстречу опасности!
Капитан Джон Пол Джонс, письмо Жаку-Донатьену ле Рэй де Шомону, отцу Революции, от 16 ноября 1778 года
Капитан Такэда, гость архипелага
– Командиру судна от лётного центра, – голос квазиесаула ломался от волнения первого настоящего боевого доклада. – Командиру судна от лётного центра.
– ЛЦ, слышу вас, продолжайте. – Такэда отжал кнопку настольного микрофона.
– Одиночный бобёр на радаре, командир. – Збых Кащенюк немного успокоился. – Входящий один-триноль, семнадцать ангелов, удаление тридцать шесть.
– Принял. – Такэда поднялся из-за стола в своей каюте и с наслаждением скинул опостылевшие бумаги в ящик стола. – Сейчас буду.
Для перекованной из орала в меч Конфедерации гражданской лайбы, ВАС-61 досталось удивительно приличное рабочее помещение закрытого боевого информационного центра. Просторное, грамотно спланированное и с хорошим видом на экран позиционного индикатора полярного. Как ни крути, главного рабочего инструмента ударной полусотни войска морского… и в подкреплении современным радаром удивительно эффективного.
Обещанная квазиесаулом ещё на первом рабочем совещании экипажа «девятка» в полной рабочей сборке и впрямь словно перекочевала на борт из фантастической повести о межпланетной войне. Машина оказалась удивительно компактной – без антенн, периферии и электрики едва с хороший платяной шкаф размером – и занимала скромные несколько футов у одной из переборок.
В хорошую погоду хитрая штуковина видела на добрых пятьдесят-восемьдесят миль. Для умелого оператора почти не составляло труда отделить реальный отклик и ложные эхо воздушных целей от морской поверхности. Отдельная электронная пушка могла проецировать точки сразу на двухфутовый полярный экран.
Оставалось только перенести данные восковым стилом на прозрачный двусторонний главный позиционный индикатор, в той же полярной системе координат, и для опытного наблюдателя многое становилось ясным с первого же взгляда.
– Янтарный рыбак, – определил Такэда по куцему отрезку подтверждённого курса и скорости. – Опять в побережье мазать полетел. В журнале контакт отметили? Передайте дальше шифрограммой по флоту, пусть без нас уже за него с береговой охраной торгуются.
– Айвен… сан, – квазиесаул так и не смог определиться, достаточно ли боевая сложилась обстановка, чтобы перейти на старую флотскую традицию коротких обращений по именам без чинов. – У нас патрульная двойка Верзохиной-Джурай и Анны Тоямы на палубе. Может…
– Изобразим служебное рвение, Збых-сан? – усмехнулся Такэда. – Ну допустим. А командир экипажа «рыбака» лениво вспомнит, что его именованное чудовище может давать не только перегонные двести, но и предельные триста семьдесят узлов хода. Сейчас он идёт на семнадцати тысячах футов; поддав гари, сделает тридцать пять. Выйти за нашу радарную дальность ему даже с набором высоты хватит. На чём вся погоня и закончится. А возвращать из этого бессмысленного преследования наших золотых девочек будете вы и Харальд-сан.
– Принято. – Збых скривился. Предоставленная себе, Верзохина-Джурай летала за горизонт без ориентиров куда хуже, чем ездили по боярским кварталам машины с гербовым плетением каллиграфических «В-Д» на капоте. Все без исключения дежурные смены лётного центра уже выяснили это на собственном печальном опыте.
– При всём уважении к вашей с ним квалификации, вторая сторона раньше чем за несколько часов утомительной возни не справится, – добил его Такэда. – Что напрочь сорвёт нам своевременное прибытие в порт. Я не могу себе позволить, чтобы мой адмирал потерял из-за этого лицо. Мы не корабль, а я не родовитый дуб Конфедерации с мощными имперскими корнями. Такая репутационная потеря нам просто не по чину.
– Мостик запрашивает разрешение ввиду контакта с противником сменить курс на зигзаг, – замер с трубкой в руках вестовой.
– Отказать, – решил Такэда. – Если Харальд-сан желает проявить служебное рвение, пусть доведёт нас в порт согласно установленному времени прибытия. Это сейчас нужнее.
Вестовой послушно забубнил в трубку ценные указания командира. Такэда чувствовал себя не вполне правым, когда отдавал такой приказ, но вероятность того, что имперский сверхдальний бомбовоз попытается уронить на них свой драгоценный груз с горизонтального полета, а потом уходить на посадку из обидно короткого вылета с опасно полными баками топлива, оценивал как околонулевую.
Шанс, что тот наведет каким-то чудом царя морского пробравшийся на коммуникации подводный рейдер, – и того меньше. Времена резни, устроенной имперскими субмаринами в первые годы войны, остались в прошлом – многомоторные патрульные самолеты с радарами сделали путь к архипелагу относительно безопасным. Пока. О том, что следующий ход в этой игре за Империей, Такэда предпочитал пока не задумываться.
* * *
Долгожданный заход в порт Такэда наблюдал, как и положено, с ходового мостика судна.
– Харальд-сан, – поинтересовался он. – Скажите, из порта нас точно отправили куда надо? Это не отстойник для старой небоеспособной посуды?
В момент этой судьбоносной реплики ВАС-61 «Кайзер-бэй» на самом малом неспешно полз мимо ржавого остова, затопленного под гнетом на скуле волнолома с осадкой на корму. Из волн ещё торчал нос и огрызок названия «…рывый Риг».
– «Подснежник», – определил Харальд Бьорн Катори. – Надорвался и опустился ещё в годы китобойного
