эта практика будет продолжаться долго, божественное созерцание станет частью вашей природы. Как только привычка установится, будущий ход вашей жизни станет довольно легким. Вы почувствуете поток таинственной божественной благодати, питающий все ваши мысли и действия и дающий вам новую силу. Вы получаете пенсию или награду после многих лет тяжелой работы, так что вам больше не нужно зарабатывать себе на жизнь. В духовном царстве награда за хорошую, искреннюю и самоотверженную работу даже намного больше и может быть получена легче.
«Ваша земная пенсия истекает вместе с вашей жизнью, но Божественная пенсия продолжается долго, очень долго после смерти. Те, кто собирает деньги, хранят их в скрытой комнате своего дома, добавляют в это хранилище то, что они могут время от времени экономить, постоянно следя за своим сокровищем. Подобным образом оставьте маленький уголок вашего ума для Бога и всегда похищайте возможность пополнить свой запас в форме призыва Его имени или какой-нибудь благочестивой работы или Божественной мысли».
Однажды Мать показывала различные способы приветствовать Бога и сказала: «Терайте себя полностью, поклоняясь Богу с целеустремлённой преданностью, и вы получите пропорциональную радость и силу. Если вы не сможете сделать что-то еще, по крайней мере, утром и вечером в назначенное время сложите свое тело, ум и лежите перед Ним в приветствии и немного подумайте о Нем». В связи с этим Она добавила: «Есть два вида пранам (способ приветствия): подношение Ему всего вашего тела и ума со всеми мыслями, желаниями, чувственными впечатлениями, любовью, привязанностью и преданностью, подобно очистке содержимого полного кувшина до последней капли. Другой способ – это как разбрызгивать пудру через мелкие отверстия в ящике для пудры: большая часть ваших мыслей и желаний удерживается в скрытой камере вашего ума и лишь немного пыли может отделиться.
Праматха Бабу был переведен из Дакки в качестве генерального почтмейстера. Он пошел к Матери, чтобы попрощаться с Ней. Мать сказала ему: «Кто кого приветствует? Вы склоняетесь перед Собой». Он был поражен удивлением и радостью, услышав такое замечание.
Однажды профессор Атал Бехари Бхаттачарджи заболел в Шахбаге во время праздников пуджи. Он остро желал, чтобы Мать спустилась к нему и, как его собственная мать, помассировала его больную голову. Мать пошла и провела руками по всему телу с головы до ног. После выздоровления он вернулся в Раджшахи, место его работы. Через несколько дней этот инцидент обсуждался в Шахбаге. Я заметил: «Мужчине не хватало здравого смысла, его ум был столь же слабым. Я не понимаю, с какой целью он заставил Мать выполнять эту работу за него во время болезни». Как только Мать услышала мое замечание, Её лицо изменило цвет. Она сказала: «Помассировать ли мне твои стопы?» С этими словами Она подошла ко мне. Я начал уходить, а Мать следовала за мной. Питаджи вмешался и остановил Ее. Даже сейчас я помню дитяподобное лицо Матери, пылающее материнским теплом, всегда стремившееся воспитывать, успокаивать и служить всем Своим детям. В этот момент Шри Шашанка Мохан Мукерджи закричал: «Ма, Ма» и упал к Ее стопам.
В связи с этим Мать сказала: «Подобно тому, как человеческое тело имеет различные части, такие как голова, кисти, бедра, ступни, пальцы рук и ног, я нахожу всех вас, представляющих мои различные конечности. Вы все принадлежите одному телу, каждому приходится делать работу равной важности».
В другой раз покойный Нирмал Чандра Чаттерджи из Бенараса предложил цветы у стоп Матери. В этот момент мимо проходил человек, неся цветы в корзине для поклонения своему божеству в другом месте. Мать взяла цветы, которые были предложены у Её стоп, и положила их в корзину. Нирмал Бабу поинтересовался у Матери, почему Она это сделала. Она ответила: «Все люди поклоняются только Одному Существу; все руки и ноги принадлежат Одному Телу».
В другой раз я наблюдал, как Мать била по земле бамбуковой тростью, когда муха была случайно убита ударом. Мать с большой заботой и интересом подняла её и держала в закрытом кулаке. Многие люди присутствовали. От четырех до пяти часов прошло в разговоре. Затем Мать раскрыла свой кулак и сказала мне: «Можешь ли ты сделать что-нибудь для блага этой мухи, которая перешла в другой мир?» Я сказал: «Я слышал, как люди говорят, что в теле человека есть небеса». Сказав это, я проглотил муху.
Мать начала смеяться и спросила: «Что ты наделал? Разве человек не болеет, когда ест муху?» Я ответил: «Если благодаря твоей доброй воле муха встретится с лучшей жизнью, то это мне не причинят вреда». Я не заболел.
Говоря об этом инциденте, Мать сказала: «Насекомые, мухи, пауки и люди принадлежат к одной семье, никто не знает, кем они были или будут и как они стали взаимосвязаны друг с другом».
У меня был очень благочестивый друг-мусульманин, покойный Мулви Джайнуддин Хоссейн. Он проводил почти всё свое время в божественном созерцании. Однажды вечером в четверг я пошел в Шахбаг с ним и Ниранджаном. Киртан был в полном разгаре в Нат-мандапе[30]. Мы трое стояли на некотором расстоянии под деревом, чтобы нас не было видно с места киртана. Примерно через полчаса мы с удивлением обнаружили, что Мать внезапно вышла из зала, и Ее почитатели последовали за Ней с фонарем. Быстрым шагом Мать подошла к нам, коснулась моего друга правой рукой и пошла дальше. Мы трое пошли по Её следам. В углу Шахбага была очень хорошо сохранившаяся могила мусульманского святого. Мать пошла туда и приняла обычные для мусульман позы во время их молитвы, произнося при этом все конкретные слова, которые они используют. Мой мусульманский друг тоже присоединился к Ней. После возвращения оттуда, киртан возобновился, и мой друг тоже пел с группой, хлопал в ладоши с ними и двигался по кругу. Случилось так, что человек, ответственный за могилу, отсутствовал в тот вечер и не зажигал свечи и не предлагал сладости, как обычно. По указанию Матери мой друг-мусульманин предложил баташу[31] у могилы и зажег свечи. У него было желание увидеть, как Мать съела немного сладостей. Когда он принес Матери тарелку с ними, Она открыла рот, и он бросил в него несколько конфет. Он сам принял прасад, предложенный в конце киртана. Он был ортодоксальным мусульманином, но имел высокое мнение о Матери, и после этого он стал испытывать непоколебимое уважение к Ней.
По просьбе мусульманки Бегумы Мать совершила намаз (молитву) у той же могилы. Бегум была образованной женщиной. Она сказала, что между тем, что говорила Мать, и священными текстами, использованными во время намаза, было замечательное соответствие. Мать сказала: «Около четырех или пяти лет назад, когда я была в Баджитпуре, я увидела эфирное тело факира, могила которого была там. После того, как мы пришли в Шахбах, я встретила его и некоторых его учеников. Он был стойкой фигурой, арабом по происхождению». По запросу это оказалось правильным.
Однажды
