Экстравертированный мыслительный тип характерен для людей, которые принимают важные решения на основе рассудка. Люди этого типа склонны создавать схемы объективной реальности и руководствоваться этими схемами в своей жизни как непреложным законом бытия, не терпя никаких отклонений и требуя полного подчинения этим схемам от всех окружающих. Они точно знают, как надо. Если эти схемы являются результатом глубокого понимания реальности, то люди этого типа предстают перед обществом в виде новаторов и социальных реформаторов. Однако чем уже схема, тем больше вероятность, что представитель этого типа превратится просто в брюзгу. Для экстравертов мыслительного типа характерна неполноценность эмоциональной сферы. Они редко сочувствуют людям и не ценят дружбы, им чужды эстетические переживания, и поэтому они не интересуются искусством.
Экстравертированный эмоциональный тип характеризуется склонностью к эмоциональной оценке всего того, что его окружает и одновременно – к правильным эмоциям. Поскольку общей установкой экстравертов является направленность на объект, то и эмоции их обусловлены объектом. Они любят подходящего партнера, ходят в театр и испытывают те эмоции, которые надо испытывать в театре. Их чувства воспринимаются скорее как притворство, нежели как истинная эмоция.
Экстравертированный сенсорный тип определяет ценность объектов по силе ощущения: те объекты, которые производят наиболее сильные ощущения, оказываются и наиболее ценными. Люди этого типа ориентированы на поиск удовольствия и наслаждения. Они производят на окружающих впечатление эстетов, в более примитивном варианте – людей, предающихся простым радостям жизни (как то хороший обед, обустроенный быт). При сильном преобладании ощущений представители этого типа делают только то, что может дать им приятные ощущения.
Экстравертированный интуитивный тип стремится к открытию возможностей в окружающих его объектах. Постоянно с энтузиазмом берется за что-то новое, но как только объект его привязанности исчерпывает свои возможности к развитию, без сожаления забывает его и переключается на что-нибудь другое. Поскольку при этом его никогда не заботят нравственные аспекты, окружающие считают его человеком легкомысленным, даже авантюристом. Люди этого типа вносят неоценимый вклад в общественную жизнь, находя все новые объекты и заражая своим энтузиазмом окружающих.
Интровертированный мыслительный тип характеризуется тем, что его суждения определяются субъектной направленностью. Его мышление – это доведение неясного образа до понятной и четко сформулированной идеи. Поэтому он склонен игнорировать факты и создавать многочисленные теории. В отличие от экстравертированного мыслительного типа он стремится не к расширению знаний о мире, а к их углублению. Представители этого типа не стремятся увлечь окружающих своими идеями, завоевать их поддержку. Они плохие учителя. Окружающими воспринимаются как люди неприятные, высокомерные и властные.
Интровертированный эмоциональный тип характеризуется внешним спокойствием, даже холодностью, хотя его эмоции просто незаметны для окружающих, даже достигая необычайной глубины.
Интровертированный сенсорный тип, в отличие экстраверти-рованного сенсорного типа, ориентируется не на объекты, вызывающие интенсивные ощущения, а на интенсивность ощущений, вызванных объектами. Поэтому как только ощущение возникает, объект теряет ценность. На окружающих люди этого типа оказывают угнетающее воздействие.
Интровертированный интуитивный тип порождает фантастов и художников, а при отклонении от нормы – мистиков. При выраженном преобладании интуиции над другими процессами и сами представители этого типа, и продукты их творчества становятся непонятными для окружающих.
К. Г. Юнг видел различия между экстраверсией и интроверси-ей в том, что экстраверты устремлены во внешний мир, а интроверты ориентированы на себя. В современном представлении различие между ними заключается в ориентации на разные объекты: экстраверты направлены на людей, а интроверты – на вещи, на неодушевленные предметы.
И. П. Павлов и его сотрудники в ходе своих научных исследований по изучению условно-рефлекторных реакций собак обращали внимание на индивидуальные различия в их поведении, которые проявлялись в первую очередь в таких аспектах поведения, как скорость и правильность образования условных реакций (положительных и тормозных), их интенсивность, способность к адекватному реагированию на изменения раздражителей, общее поведение в условиях эксперимента. На основании этого И. П. Павлов выдвинул теорию о том, что различия в поведении подопытных собак не могут быть обусловлены только условиями экспериментальных ситуаций. В их основе лежат некоторые основополагающие свойства двух противоположных нервных процессов – возбуждения и торможения. К этим свойствам относятся силы возбуждения и торможения, их уравновешенность и подвижность.
И. П. Павлов различал два независимых свойства нервной системы – силу процесса возбуждения и силу процесса торможения.
Сила процесса возбуждения – наиболее важная характеристика нервной системы, отражающая работоспособность нервной клетки. Она проявляется в функциональной выносливости, т. е. в способности выдерживать сильное возбуждение, кратковременное или длительное, не переходя в состояние охранительного торможения. Мерой силы процесса возбуждения является способ реагирования на сильные, продолжительные или часто повторяющиеся раздражители.
Сила процесса возбуждения зависит от трех факторов:
1) от силы раздражителя, вызывающего данное возбуждение;
2) от актуального состояния коры мозга, т. е. от ее тонуса или уровня активации;
3) от свойств нервной системы, определяющих индивидуальные различия в интенсивности процесса возбуждения, вызванного раздражителем одинаковой силы и на фоне равного тонуса коры мозга.
Именно этот третий фактор, образующий отличительную особенность нервной системы и в то же время определяющий интенсивность возбуждения, является тем, что И. П. Павлов назвал силой процесса возбуждения, или силой нервной системы по отношению к возбуждению.
Между интенсивностью процесса возбуждения (как состояния активации) и силой возбуждения (как свойства нервной системы) существует обратная зависимость. При прочих равных условиях чем сильнее нервная система (чем больше ее выносливость при воздействии сильных или длительных раздражителей), тем слабее процесс возбуждения (как состояние коры мозга), и наоборот. Слабость (небольшая сила) нервной системы выступает как условие большой интенсивности процесса возбуждения, вызванного тем же раздражителем.
Сила процесса торможения играет второстепенную роль, понимается как функциональная работоспособность нервной системы при реализации торможения, причем речь идет об условном, выработанном в результате обучения торможении в отличие от безусловного торможения. Сила процесса торможения проявляется в способности к образованию различных тормозных условных реакций, таких как угасание, дифференцировка или запаздывание. Сила процесса торможения всегда проявляется там, где имеют место запреты, воздержание от определенных действий или отсрочка реакции. Чем адекватнее реакция в таких ситуациях, тем большей выносливостью относительно торможения обладает нервная система и, таким образом, тем сильнее процесс торможения.
Уравновешенность нервных процессов подразумевает под собой равновесие процессов возбуждения и торможения. Отношение силы обоих процессов решает, является ли данный индивид уравновешенным или неуравновешенным, когда сила одного процесса превосходит силу другого. Для определения уравновешенности нервных процессов И. П. Павлов сравнивал результаты исследований силы процесса возбуждения с результатами опытов по определению силы процесса торможения.
Позднее других было открыто третье свойство нервной системы – подвижность нервных процессов. Подвижность нервных процессов – это быстрота перехода одного нервного процесса в другой, быстрота реагирования на положительные или отрицательные раздражители. Внешне подвижность нервных процессов проявляется в способности человека приспосабливаться к меняющимся условиям жизни. Подвижность выражается в быстроте перехода от пассивного состояния к активному, от одного действия к другому.
Противоположностью подвижности является инертность нервных процессов. Инертность нервной системы характеризует время и усилия, затрачиваемые для перехода от одного нервного процесса к другому. Крайними степенями нарушения подвижности нервных процессов являются патологическая инертность и патологическая неустойчивость. Перечисленные свойства нервных процессов могут встречаться в разных комбинациях, формируя таким образом тип нервной системы или тип высшей нервной деятельности.
