Как называется Ваша диссертация?
‑ 'Как решетом воду носить'.
– Ну, что Вы, голубчик! Кто же так диссертацию называет? Назовите ее так: 'Анализ проблем транспортировки вещества в жидком агрегатном состоянии в сосудах с перфорированным дном'.
– Профессор, а как называлась Ваша диссертация?
‑ 'Влияние русских народных музыкальных кнопочных инструментов на развитие религиозно‑философской мысли России конца ХVIII начала ХХ века'.
– То есть, 'На хрена попу баян'?..
Тут же… Ведун искренне считал, что если человек не может грамотно и ясно рассказать о своем предмете – то и учить ему никого нельзя. И тем более – книги писать. Кесс рассказал, что каждый преподаватель проходит собеседование с Ведуном и его берут на испытательный срок. Потом Ведун просматривает тетрадки УМов, расспрашивает самых бестолковых – и если всем все понятно – преподаватель остается на своем месте.
Если же нет…
Вот тот самый анализ кнопочных. То есть – на хрена попу баян? А Универу такой преподаватель?
Так что на занятиях было весело и интересно.
Не на всех. Но большинство уроков я посещала бы, даже если за это потребовали бы доплату.
– Ёлочка, очнись, – магистр пощелкал пальцами перед моим лицом.
Я тряхнула головой.
– Я слушаю. И даже внимательно.
– Рад безмерно. Так вот. Заклинание, которое я тебе покажу, позволит тебе перекрыть все силовые каналы у парня.
– А если…
– блокировать его ничем нельзя. Есть только одна оговорка. Это болезненно не только для него. Для тебя тоже.
– Насколько?
– Я тебе дам одну вещицу. Проглотишь за час до поединка.
– Допинг?
– Что‑то вроде. Снимет боль.
Я кивнула.
– А потом?
– Потом у тебя наступит что‑то вроде ломки. Так что сразу после дуэли ко мне. Буду выводить тебя из шока.
– А эта штуковина, она… оно не…
– Выйдет, как обычная монетка.
Я с подозрением уставилась на профессора.
– А не запрещено вообще‑то? Как‑то нечестно…
– А вызывать на дуэль соплюшку, которая и круга не проучилась – честно? Это же просто убийство.
Я пожала плечами.
– Никто меня не заставлял рот открывать. Могла бы и стерпеть.
– Ты, потом кто‑то другой… твое чувство чести сильно пострадает, если ты поставишь мерзавца на место?
Вообще не пострадает. Ни капли.
Магистр кивнул.
– Эту штуковину никто не обнаружит. Она станет частью твоего тела. А в нужный момент ты просто произносишь заклинание, она активируется – и перекрывает твоему сопернику все силовые каналы.
– Ясно.
– Тебе останется только подобрать палку потяжелее и как следует его треснуть.
– Я вздохнула.
– Не слишком честно, но по‑другому я не выживу.
– Играть честно с подлецами – глупо. А теперь читай заклинание.
Две строчки магистр Истрон заставил меня вызубрить, как фамилию – имя – отчество. Ночью бы проснулась – не забыла. И настал черед жеста. Сложить руки горстью, потом сомкнуть их, а потом свести ладони. И все это – к определенным словам заклинания.
Тяжело…
А потом – главное. Магистр стал учить меня вкладывать в заклинание – силу. Хотя бы каплю. Для активации больше и не нужно.
В нужный момент и в нужной дозе.
Скажете – пустяк?
Даже для второкурсника это будет не так сложно. Но для меня… я еще и месяца толком не отучилась. Я едва‑едва начала что‑то чувствовать…
Магистр остался мной доволен только часам к одиннадцати вечера. И разрешил идти, погрозив на прощание пальцем.
– Ни капли алкоголя. Никому не показывать амулет. Никому не рассказывать заклинание. Вопросы есть?
– Нет.
– После дуэли…
– Сразу к вам. Рысью.
– Умница.
Я улыбнулась. Хорошо, что есть такие магистры…
***
В моей комнате было людно. Даже – многолюдно. А еще оборотно, эльфично, вампирно и гномно.
Я даже подумала на секунду, что не туда попала. Но потом из кучи лиц вынырнул Лютик и цапнул меня за руку.
– Ты где шлялась, паршивка!?
– Медитировала, – отрезала я. – Чего надо? Что тут вообще за общий сбор?
– А ты еще не поняла? – один из парней помахал мне рукой с кровати. – Вирт Хелмстрон – скотина. Он специально подставился. И если бы ты его вызвала, он бы даже бил первым. А это убийство. И мне это не нравится.
– А мне? – поинтересовалась я.
– Вот! Поэтому мы решали, что делать. Ты ведь вообще не маг.
– Пока нет.
– А если Вирт тебя завтра прикончит, то и не станешь.
– А если не прикончит?
– На что ты надеешься?
Я пожала плечами. Не настолько я глупа, чтобы раскрывать все карты.
– На свое неотразимое обаяние.
Судя по фырканью, обаяния не заметили. Ну и зря.
– Ёлка, я предложил рассказать все Директору. Это не дуэль, это убийство, – вмешался Лерг.
Я сверкнула глазами.
– Только рискни! Пусть Вирт подлец! Я ему уподобляться не буду!
– Ты не понимаешь? Ты завтра умрешь! Он настроен тебя убить!
Я фыркнула.
– Лучше умереть стоя, чем жить на коленях!
А как звучит… И кстати говоря – можно и на колени встать. Иногда. Чтобы когда не ждут броситься и вцепиться туда, куда побольнее! Ниже пояса.
Я смогу.
Я смогу разыграть из себя героическую дуру. Сегодня. А завтра – выиграю!
– Ребята, вы не могли бы все пойти погулять? – попросила я. – Мне завтра вставать в четыре утра. И еще в пять вашего героя пинать… И уроки я пока еще не делала… вот где кошмар‑то!
– Ты что – не понимаешь?! – возмутился Эвин.
Я посмотрела ему прямо в глаза. И чуть заметно покачала головой.
Оборотни отлично разбираются в запахах людей. А от меня не пахло страхом. Возбуждением перед дракой. Усталостью. Весельем. Но – не безнадежностью! Никак не безнадежностью.
Я справлюсь.
А вот делиться планом ни с кем не буду.
Во‑первых, не хочу подставлять магистра Истрона.
Во‑вторых, не факт, что здесь нет друзей Вирта. Наверняка ведь донесут.
А значит – никакой информации! Фиг им! И с кисточкой!
Оборотень чуть опустил веки. А потом поднялся с кровати и ухватил за локти соседей.
