Читаем без скачивания 1937. Контрреволюция Сталина - Андрей Буровский

Становилось все очевиднее, что Мировой революции не будет. Троцкий стремительно утрачивал влияние, авторитет. Сталин блокировался с Каменевым и Зиновьевым против Троцкого и отстранил его от власти с 1925 года. Затем он блокируется с Бухариным и Рыковым против Каменева и Зиновьева. К 1929 году ему просто нет альтернативы. Ведь его и враги, и союзники намного ничтожнее и мельче.

Переворот 1929 года — это время, когда дал плоды серый, незаметный труд Сталина. У партийных историков выходило так, что в этот год Сталин захватил власть… Но только ведь не было ни движения войск, ни прочих признаков путча. «Переворот» означает ровно то, что Сталин тихой сапой сосредоточил в своих руках такую власть, что фактически сделался диктатором.

Аппарат… Противопоставляя свою власть буйной дворянской вольнице, многие короли старались создать бюрократический аппарат. Здесь та же самая ситуация: бюрократия противопоставлена сборищу «своих», захвативших власть в конце 1917 г.

7 ноября 1929 года в газете «Правда» № 259 была опубликована статья Сталина «Год Великого перелома». Сталин имел в виду, что 1929-й — год перелома в строительстве социализма.

Это название много раз обыгрывалось в публицистике. У писателей-«деревенщиков» получалось так, что год Великого перелома был только годом начала «разборки» с крестьянством.[103] А. Солженицн называл этот год «годом великого перешиба», имея в виду «перешиб» хребта русского народа.

«Перешиб» имел место быть. Но не потому, что Сталин придумал что-то свое… Перелом стал перешибом потому, что слишком во многом Сталин вовсе не Оступился от прежней политики. Скорее уж он ее продолжил — только у его «оппонентов» строить социализм обычно не получалось, а у Сталина «почему-то» получалось.

Став абсолютным владыкой и опираясь на аппарат, Сталин:

1. До конца огосударствил экономику, отказавшись даже от остатков нэпа. В партийных дискуссиях, начиная с 1923 года, все коммунисты были едины в главном. Все они считали, что товарное производство и рыночные отношения принципиально неприемлемы для социалистического общества.

Одновременно они понимали, что уничтожить их прямо здесь и сейчас — значит, вызвать катастрофу и быть сметенными, отстраненными от власти. Дискуссии велись по тактике: как долго еще терпеть рыночные отношения, как долго сохранять частное крестьянское хозяйство, в какой мере то и другое должно контролироваться государством, как в конце концов положить этому конец.

Вот Сталин и «положил конец» всяким «пережиткам капитализма».

2. Сталин довел до конца организации «культа личности» вождя.

Вовсе не он придумал такой культ. Поклонение вождям было уже во времена Французской революции. В годы Гражданской войны и после создавались культы Ленина и Троцкого. Культ Троцкого просто не успел развиться и стать частью советской культуры, а вот Ленину повезло: вовремя помер. Как помер, сразу стал никому неопасен и стал очень подходить для создания культа отца-основателя. Того, об общении с кем легко и приятно рассказывать, придавая значимости и самому себе через вождя. Од же не сможет уже отрицать…

Создание культа личности Ленина было важным партийным делом. Работала «Комиссия по увековечиванию памяти В.И. Ульянова», переименовали до 30 городов и сел, в том числе и Петроград в Ленинград.

Сначала Троцкий в этом активно участвовал и говорил: «Ленина нет, но есть ленинизм. Наша партия есть ленинизм в действии. Пойдем вперед с факелом ленинизма».

Позже он возмущался, что «отношение к Ленину как к революционному вождю было подменено отношением к нему как к главе церковной иерархии».

Потому что 26 января 1924 года прозвучала речь Сталина «По поводу смерти Ленина». Полную мистицизма и религиозной терминологии речь под названием «Клятва» заучивали несколько поколений школьников в СССР.

Как обычно, очень доходчиво и просто Сталин рассказывал, почему атеиста и врага всякой религии Ленина набальзамировали, как фараона? А это потому, что к нему пошло паломничество десятков тысяч трудящихся. И это еще только начало! Потом к Ленину потянуться сотни тысяч… потом миллионы и десятки миллионов паломников со всех континентов. Как же не сохранить светлый образ?

Сталин создавал культ мертвого вождя, чтобы самому в свете этого культа стать верховным жрецом. То-то сердился и раздражался Лёва Троцкий!

Пройдет всего 10–15 лет, и любое собрание в любом учреждении будет выбирать товарища Сталина в почетный президиум. Во всех школах будет висеть его портрет, а в детском саду будут петь песенку:

Я маленькая девочка, играю и пою!Я Сталина не видела, но я его люблю!

Возникнет новый жанр: «Новина» — по аналогии с «Былиной». В «Новинах» о Ленине и Сталине будут повествовать в стиле «былин» Древней Руси, а число картин «Сталин в Батуме» перевалит за сотню. А казахский акын Джамбул запоет: «Сталин — глубже океана, выше Гималаев, ярче Солнца. Он — учитель Вселенной».

Но что нового сделал Сталин? Ничего. Он не сделал ничего такого, чего не хотел бы сделать Троцкий. Только Троцкий не сумел, а он сумел.

3. Сталин последовательно строил и воспитывал аппарат: советскую бюрократию. Тоже поступок продолжателя, а не реформатора.

Ему постоянно ставят в вину «создание» страшной НКВД, «кровавой гебни Сталина». Но, во-первых, НКВД Сталина — это клуб вегетарианцев по сравнению с ВЧК Дзержинского.

Во-вторых, попытки реформировать ЧК и превратить сборище мясников в спецслужбу предпринимались и задолго до него.

На страшную мясорубку ВЧК возлагалась «борьба с контрреволюцией», геноцид по отношению к «эксплуататорским классам», накопление награбленного у «эксплуататоров» имущества, ведение внешней и внутренней разведки, охрану государственной границы и все чаще — различные хозяйственные операции.

С функцией истребления и ограбления Ч К справилась великолепно. С разведкой и контрразведкой — много хуже. Эти функции все чаще выходят за рамки первоначально определенных для ЧК. А сама ЧК становится максимально одиозным символом бессудной расправы и садистской жестокости. Да и кадры были соответствующие.

Ни в одной спецслужбе мира никогда не было такого количества психов, да и не могло быть. В спецслужбах и разведках как раз огромное значение придается психической и психологической устойчивости. Любая психическая повернутость и шпиона, и ловящего шпионов контрразведчика слишком дорого обойдется и для них самих, и для государства, которому они служат. А тут — психопат на психопате.

Такое изобилие извращенцев и психов в ЧК доказывает только одно — ЧК вовсе не был спецслужбой или тайной полицией.

Чекисты «ленинского призыва», соратники Дзержинского и товарищи по партии Мартина Лациса не умели буквально ничего необходимого для работы в тайной полиции. Они не умели ни вести допросы, ни вызывать доверие, ни вести сложные психологические игры, ни работать с источниками информации…

В годы Гражданской войны эти люди были куда как востребованы. И для покорения, и для ограбления России: все награбленные ими ценности сдавались в особую ленинскую партийную кассу. Кто пытался наживаться сверх определенного минимума — сам попадал в расстрельный подвал.

Но для работы в разведки они совершенно не годились. Они умели только убивать — а после 1922 года этого в таких же масштабах уже никому не было нужно.

При реорганизации ВЧК в ОГПУ сразу же сократили уездные чрезвычайки, потом «местные» концлагеря. Комиссия 1923 года выявила 826 «неоправданных» расстрелов, коррупцию, алкоголизм. Весной 1923 года прикатила комиссия на Соловки. С 1924 года исполнителей приговоров заменили: с чекистов на уголовников. Палачей держали в одиночках, хорошо кормили и беспрерывно поили водкой, а потом тоже уничтожали. Уже как свидетелей.

Число «чекистов» сократилось, потом стало снова расти. Но главное — изменился состав. Вдохновенные убийцы по призванию, расхристанные кокаинисты с поврежденной психикой стали не нужны и опасны. Часть пропали сами от водки и кокаина. Другие сходили с ума. Даже такие известные коммунисты, как Кедров и Бела Кун кончили свои дни в психушке. Там же кончили знаменитые садистки — комиссарши Нестеренко и Ремовер. Огромное число «кадров ленинского призыва» расстреляли, как харьковского маньяка Саенко, бакинского палача Хаджи-Ильясова.

Более вменяемые «герои красного террора» дожили до середины 1930-х. Вуль, Фридман, Фриновский еще долго служили и получали повышения. Киевский чекист Яковлев прославился тем, что расстрелял собственного отца. Теперь он стал заместителя наркома иностранных дел Украины. Теоретик расстрелов М. Лацис стал директором Московского института народного хозяйства им. Плеханова. Но и все эти… двуногие существа не пережили большого террора 1930-х гг. Это об их несчастной судьбе плакали в годы «перестройки» как о первых жертвах Сталина: «ленинской гвардии».