Сунь У-кун быстро зашагал, внимательно глядя перед собой. На каменной плите, служившей экраном перед входом во вторые ворота, он увидел надпись из четырех больших иероглифов: «Дворец цветов бессмертного старца». Сгорая от нетерпения, Сунь У-кун завернул за экран и увидел самого оборотня. Он держал в объятьях красотку и, захлебываясь, рассказывал ей о том, что случилось в столице страны бикшу. Затем оба они горестно воскликнули:
– Как жаль! Такой хороший случай! Три года собирались и сегодня могли бы завершить все дело, если бы не эта обезьянья морда, которая взяла да все испортила!
Сунь У-кун подбежал к оборотню и, выхватив свой посох, закричал что было силы:
– Я вам задам, мохнатые! О каком это «хорошем случае» вы говорите? Отведайте-ка вкус моего посоха!
Старый оборотень выпустил из объятий красотку и, взмахнув своим посохом, бросился навстречу Сунь У-куну. И вот у пещеры разгорелся бой. Противники дрались не на жизнь, а на смерть, не так, как в первый раз. Вот послушайте:
Лишь палицейЦарь обезьяний взмахнет,Из палицы брызжетОгонь золотистый.И, мрак нагоняя,Из посоха бьетДыханье драконаСтруею нечистой.– Как смел ты пролезтьСквозь ворота, злодей? –Царю обезьянЗакричал чародей.– Поклялся всех оборотнейИстребить я, –Великий МудрецОтвечает ему.Колдун свирепеет:– А ты здесь к чему?Твоя ли забота,Что мог обольстить яПравителя бикшу?Что девы наитьяЕго покорили?Что отроков тьмуСобрал яИ крови задумал испить я?Герой отвечает:– Мой добрый учительВелел заступитьсяЗа бедных детей.Тебя отучуОт кровавых затей!Меня ты узнаешь,Коварный мучитель!Ты Будды святогоИзведаешь власть! –И палицей в демонаМетит попасть.В их сердцеВскипают и ярость и злоба.О жизни своейНе заботятся оба,Пытаясь врагаЗахватить врасплох.Тот – палицей бьет,А этот – драконом,И мечутся обаПо склонам зеленым,И топчут травуИ узорчатый мох.Заря угасаетВ пещере проклятой.Не слышноВолшебных цветов аромата.Сгустилась вокругНепроглядная ночь.Удары оружияВзвихрили воздух,И птицы,Спокойно уснувшие в гнездах,Взмахнули крыламиИ кинулись прочь.От грохота битвыЗемля задрожала,Колдунья-красавицаПрочь убежала.Все яростней битва.Удары все чаще.Сражается посохомЗлой чародей.Но Царь обезьян –Он мстит за детей! –Разит его палицей,Грозно гремящей,Удар за ударомНаносит в упорИ гонит злодеяИз тьмы на простор.Но граблямиТам Чжу Ба-цзе замахнулся,И демонХолодным лучом обернулся.
Вам известно, читатель, что Чжу Ба-цзе не пошел в пещеру и, слыша яростные крики и вопли сражающихся, едва удерживался, чтобы не ринуться в бой. Не находя себе места от нетерпения, он взмахнул граблями и изо всей силы ударил по тополю. Огромное дерево со стоном повалилось наземь. В остервенении Чжу Ба-цзе ударил по дереву еще несколько раз, и вдруг из него брызнула алая кровь и послышались звуки, похожие на стон.
– Вот те на! – удивился Чжу Ба-цзе. – Дерево-то оказывается оборотень!
Он поднял грабли, готовясь нанести еще один сокрушительный удар, но в этот момент увидел Сунь У-куна, который гнал оборотня из пещеры. Не говоря ни слова, Чжу Ба-цзе бросился вперед и принялся что было сил колотить оборотня. Старый колдун, который и без того уже выдохся, увидев Чжу Ба-цзе с граблями, пришел в смятение и, обратившись холодным лучом, умчался на восток. Сунь У-кун и Чжу Ба-цзе с воинственными криками помчались за ним. Вдруг их оглушил резкий крик птицы Люань и трубный глас аиста, а вслед затем появился яркий луч света. Они стали всматриваться и узнали в луче старца духа звезды Южного предела неба[9]. Старец сразу же накрыл рукой, словно колпаком, холодный луч и воскликнул:
– Погоди, Великий Мудрец, и ты, полководец звезды Тянь-пэн. Дайте мне, старику, поклониться вам, как положено!
Сунь У-кун тотчас же совершил ответный поклон, а затем спросил:
– Брат мой, дух звезды Долголетия, откуда изволил пожаловать?
Чжу Ба-цзе со смехом сказал:
– Эх ты, дурная голова! Накрыл холодный луч. Да ведь ты же поймал оборотня!
– Здесь он! Не уйдет! – тоже засмеявшись, ответил старец. – Прошу вас, пощадите его, оставьте ему жизнь.
– А кем он тебе приходится, брат мой? – удивился Сунь У-кун. – Зачем ты вступился за него и просишь о пощаде?
– Да я ведь ездил на нем, – отвечал старец, – не ожидал я, что он удерет от меня и превратится в оборотня.
– Раз эта тварь принадлежит тебе, прикажи ей показаться нам в своем настоящем виде, – попросил Сунь У-кун.
При этих словах старец выпустил холодный луч и строго прикрикнул:
– Скотина ты этакая! Живо предстань в своем настоящем виде, тогда тебя пощадят!
Тут оборотень встряхнулся – это был белый олень. Старец поднял с земли кривой суковатый посох, приговаривая:
– Какая скотина, а? Даже мой посох уволокла с собой!
Олень, ни слова не говоря, припал к земле и лишь головой кивал, словно отбивая поклоны; из глаз его струились слезы.
Был тот белый олень,Словно яшма, покрыт письменами.Он, блаженствуя, пассяВ нагорных целебных садах.Дух звезды ДолголетьяНосился на нем в облаках,Вдоль Небесной РекиПролетая высоко над нами.На рогах красовалисьЧетырнадцать длинных развилин.Был он оборотнем,А теперь навсегда обессилен.Он тайком обучилсяБесовским заклятьям и чарам:Колдовать, становиться драконом,Холодным лучом.Жил в волшебном дворце он,И было ему нипочемОбернуться святым мудрецомИ наставником старым.Но расплата пришла,И возмездия ждал его день:Пред хозяином снова склонилсяПокорный олень.
Дух звезды Долголетия простился с Сунь У-куном, сел верхом на оленя и собрался было отправиться в путь, но Сунь У-кун удержал его:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
