И сказав сие, стала невидима. Святой же, в исступлении ума, одержим был великим страхом и трепетом. Понемногу придя в себя, нашёл он ученика своего лежащим от страха, как мёртвого, и поднял его. Тот же начал бросаться в ноги старцу, говоря: “Поведай мне, отче, Господа ради, что это было за чудное видение, ибо дух мой едва не разлучился от союза с плотью из-за блистающего видения”.
Святой радовался душою, и лицо его цвело от этой радости, но не мог ничего отвечать, кроме одного: “Потерпи, чадо, ибо и во мне дух мой трепещет от чудного видения”.
Так они стояли и дивились про себя. Потом он сказал ученику своему: “Чадо, позови мне Исаака и Симона”. И, когда они пришли, он рассказал всё по порядку, как видел Пречистую с апостолами, и какие чудные обещания изрекла Она святому. Услышав, они исполнились неизреченной радости; и все вместе отпели молебен Богоматери и прославили Бога. Святой же всю ночь оставался без сна, помышляя в уме неизреченном видении».
Но в свете этих видений вполне позволительно указать на родственность духовной жизни преподобного Сергия современному мистическому движению на православном Востоке. Это известное движение исихастов; практиком «умного делания» или умной молитвы, идущие от святого Григория Синаита с середины XIV столетия. Новую мистическую школу Синаит принёс с Крита на Афон, и отсюда она широко распространилась по греческому и юго-славянскому миру.
Святой Григорий Палама, Тырновский патриарх Евфимий, ряд патриархов Константинопольских были её приверженцами. Богословски эта мистическая практика связывалась с учением о Фаварском свете и божественных энергиях. ( Федотов Г. П. Преподобный Сергий Радонежский. Сергиев Пасад, 1992. С. 30–31.)
Владея алеутским языком, батюшка Герман ограждал своих пасомых от сект, шаманов, колдунов – страх Божий побуждал его к хранению заповедей и посредством заповедей создавался дом душевный. Имея страх Божий и любовь к Богу, он поступал со всеми по чистому свидетельству совести. От каждого его действия исходила благодать Святого Духа, просвещающая его неизреченным светом.
Преображение Господа на горе Фавор: «И быша ризы Его, блещущие яко снег, и ученицы его от страха падоша ниц». – Таким образом благодать Всесвятого Духа Божия является в неизреченном свете для всех, которым Бог являет действие её.
А ещё Господь говорит: «Вся простота суть обретающим разум»… Находясь в этом разуме, и апостолы всегда видели, пребывает ли Дух Божий в них или нет, и, проникнувшие им и видя сопребывание с ними Духа Божиего, утвердительно говорили, что дело их свято и вполне угодно Богу. Этим и объясняется, почему они в посланиях своих писали: «Изволися Духу Святому и нам», и только на этих основаниях и предлагали свои послания, как истину непреложную, на пользу всем верным, – так святые апостолы ощутительно сознавали в себе присутствие Духа Божиего.
И невольно открывается суть истинного явления, в котором Бог слово, Господь Иисус Христос уподобляет жизнь нашу торжищу, и дело жизни нашей на земле именует куплею, и говорит всем: «Купуйте, дондеже прийду, искупующе время, яко дние лукави суть», – то есть выгадывайте время для получения небесных благ через земные товары-добродетели, даваемые Христа ради, доставляющие нам благодать Всесвятого Духа, без Которого и спасения никому нет и быть не может, ибо: «Святым Духом всяка душа живится и чистотою возвышается, светлеется троическим единством священнотайне».
Сам Дух Святой вселяется в души наши, и это самое вселение в души наши Его, Вседержителя, и сопребывание с духом нашим Его Троического Единства и радуется нам лишь через всемерное с нашей стороны стяжание Духа Святого, которое и подготавливает в душе и плоти нашей престол Божиему Всетворческому с духом нашим сопребыванию, по непреложному слову Божиему: «Вселюся в них и похожду и буду им в Бога, и тии будут людие Мои». Конечно, всякая добродетель, творимая ради Христа, даёт благодать Духа Святого, но более всего даёт молитва, потому что она как бы всегда в руках наших, как орудие для стяжания благодати Духа. Захотели бы вы, например, в Церковь сходить, да либо Церкви нет, либо служба отошла; захотели вы нищему подать, да нищего нет, либо нечего дать; захотели бы девство соблюсти, да по сложению вашему или по усилиям вражеских козней, которым вы по немощи человеческой противостоять не можете, сил нет этого исполнить; захотели бы и другую какую добродетель ради Христа сделать, да тоже сил нет, или случая сыскать не можно. А до молитвы уже это никак не относится: на нее всякому и всегда есть возможность – и богатому и бедному, и знатному и простому, и сильному и слабому, и здоровому и больному, и праведному и грешнику. Велика сила молитвы, и она более всего приносит Духа Божиего, и её удобнее всего всякому исправлять. Молитвою мы с Всеблагим и Животворящим Богом и Спасом нашим беседовать удостаиваемся, но и тут надобно молиться лишь до тех пор, пока Бог Дух Святой не сойдёт на нас в известных Ему мерах небесной Своей благодати. И когда благоволит Он посетить нас, то надлежит уже перестать молиться. Что же молиться тогда Ему: «Прииди, и веселися в ны, и очисти ны от всякие скверны, и спаси, Блаже, души наши», когда уже пришёл Он к нам, всё же спасти нас, уповающих на Него и призывающих Имя Его святое во истине, то есть с тем, чтобы смиренно и с любовью встретить Его, Утешителя, внутрь храмин душ наших, алчущих и жаждуюших Его пришествия. – Стяжевайте благодать Духа Святого всеми добродетелями ради Христа, торгуйте теми из них, которые вам большой прибыток дают. Собирайте капитал благодатных избытков благодати Божией, кладите их в ломбард вечный Божий и не по четыре или по шести на сто, но по сту на один рубль духовный, но даже ещё того в бесчисленное раз больше. Примерно: даст вам более благодати Божией молитва и бдение, бдите и молитесь; много даёт Духа Божиего пост, поститесь; более даёт милостыня, милостыню творите, и таким образом с всякой добродетели, делаемой Христа ради, рассуждайте.
Так и извольте торговать духовно добродетелью. Раздавайте дары благодати Духа Святого требующим, по примеру свещи возженной, которая и сама светит, горя земным огнём, и другие свещи, не угасая своего собственного огня, зажжает в светление всех в других местах. И если это так в отношении земного огня, то что мы скажем об огне благодати Всесвятого Духа Божия?! – Душеполезную беседу с Боголюбивым человеком о стяжании благодати Духа Святого вел преподобный Серафим, Саровский Чудотворец, а так как преподобный Герман и преподобный Серафим были величайшими «собеседниками», то естественно знали всё друг о друге, хотя никогда не виделись воочию. Раскрыть тайну этого общительства, видения и чувствования любящих друг друга святых старцев невозможно, так же как в своё время сложившиеся отношения преподобного Сергия Радонежского и святого Стефана Пермского: им не пришлось встретиться, но вот – пример случая: «…От Перми до Москвы верст столько же, сколько от Москвы до Царьграда, если не считать гаковой разницы… С молитвами, с Божией помощью дорога северная намного короче, чем южная. Дорога северная – буранная, долгая… Добрался святой Стефан до пределов Московского княжества, в нескольких верстах от Свято-Троицкого монастыря остановил кибитку, встал, и, преклонив колена, с молитвенным словом на устах, приветственно поклонился собеседнику своему любезному преподобному Сергию, игумену Радонежскому.
А святой Сергий в сию минутку остановил трапезу, вышел из-за стола, осенил себя крестным знамением и прозорливым взглядом обласкал святого Стефана».
Вот уж поистине – для святых нет предела расстояний.
Преподобный Герман по полноте беседы, по благодати Божией, знал, о чём шла речь старца Серафима Саровского, говорящего:
«Мы в настоящее время по нашей почти всеобщей холодности к святой вере в Господа нашего Иисуса Христа и по невнимательности нашей к действию Его Божественного о нас промысла и общения человека с Богом до того дошли, что, можно сказать, почти вовсе удалились от истинной христианской жизни. Нам теперь кажутся страшными слова Священного Писания, когда Дух Божией устами Моисея говорил: “И виде Адам Господа, ходящего в рай”, или же когда читали у апостола Павла: “Идохом в Ахаию и Дух Божий иде с нами”.
Неоднократно и в других местах Священного Писания говорится о явлении Бога человекам.
Вот некоторые и говорят: “Эти места непонятны, неужели люди так очевидно могли видеть Господа?” А непонятного тут ничего нет. Произошло это непонимание оттого, что мы удалились от простора первоначального христианского ведения и под предлогом просвещения зашли в такую тьму неведения, что нам уже кажется неудобопостижимо то, о чём древние до того ясно разумели, что им и в обыкновенных разговорах понятие о явлении Богу не казалось странным.
Бога и благодать Духа Его Святого люди не во сне видели и не в мечтании, и не в исступлении воображения расстроенного, а истинно в яви.
