Читаем без скачивания Ламбрант - Гапарон Гарсаров

— А убивать людей для тебя это не глупость?! — прервал её нервный Паша, за что получил недружественный взгляд от Молохова.

Однако Венеру эта реплика никак не напрягла. Она двигалась с той же грациозностью, выводя утренних посетителей на террасу. Здесь, наоборот, раскинулось царство света, было тепло и довольно уютно. Вид заднего двора поместья скрывали молодые ёлочки, а вот всё остальное занимала лучистая панорама реки и дальнего берега. Воистину красивый пейзаж, можно отдать полжизни за то, чтобы лицезреть его вот так каждое утро.

— Я не люблю наедаться после сна, но Фил будет недоволен, если я не испробую все его угощения. — Винес приблизилась к широкому круглому столу с по-домашнему розовой скатертью и дымящимся бронзовым самоваром. — Садитесь, садитесь, чаёк просто изумительный…

Она указала на диван, застеленный клетчатым пледом, а сама зазвенела чашками. Вот кто бы распознал в этой девушке сторонницу жуткого многорукого демона? В розетках и вазочках сверкали сладости: сахар, мёд, варенье. Имелось здесь и масло, судя по всему, деревенского производства, а значит, очень вкусное. Словом, типичная еда без крови или чего-нибудь дьявольского.

— Так что вы там говорили про убийства? — как бы вспомнила девица, устроившись напротив них.

— Почему Зерданский не может уделить нам внимание? — напомнил Молохов о цели своего визита.

— Фил крайне переменчив, — зевнула «богиня». — Может, и примет вас… Так что там за убийства?

— Ульянов, — вмешался Паша, — которого вы ночью замуровали на своём кладбище.

— Ах, вы про это, — будто издевалась над ними равнодушная Венера. — Ну, во-первых, я его не убивала…

— Ага, это проделали мохнатые лапы, которым ты поклоняешься!

— Володарь, тихо, — остановил его приятель и обратился к ночной подруге более спокойным голосом. — Нам известно, как погиб Ульянов. А теперь мы знаем, кто наслал на него вашего демона. Поэтому будет полезней, чтобы твой Филипп не капризничал, а выслушал нас…

— Я и так слушаю, — донеслось вдруг из-за спины, и долговязая фигура прошелестела складками зелёного одеяния.

Парни вскочили, как если бы увидели привидение. Реакцию Павла можно было понять, он встретил необычного смотрителя поместья впервые и сразу удивился его внешности. Сашу же потревожил не сколько облик Зерданского, а его внезапное появление. Всё оставалось, как и вчера: вытянутое худое тело, длинные серые ноги, нереальная маленькая голова с торчащими на затылке рыжими волосёнками. Лицо напоминало инопланетянина из традиционных фильмов ужасов, правда, глаза не такие огромные и посажены близко друг к другу. Наряд у Филиппа снова впечатлял. Когда он возник за их спинами, на нём сидел бархатный зеленый халат. Однако стоило ему обойти стол и потискать Венеру, одежда незаметно сменилась на долгополое платье с каким-то вышитым на груди знаком.

— Ну же, продолжайте, — попросил Зерданский, облокотившись на перила террасы.

— Продолжать нечего, — подавив в себе страх, вымолвил Володарёв. — Вы убийцы и занимаетесь чудовищными делами!

— Дальше что? — Филипп вёл себя как ни в чём не бывало.

— Лапы вашего монстра преследуют меня за то, что я видел, как они убивали Ульянова.

— И?..

— Я требую, чтобы вы прекратили это! — вскричал первокурсник.

— А почему Вы решили, что я смогу Вам помочь? — ухмыльнулся смотритель поместья, и Винес вновь от чего-то отмахнулась, попивая чай.

— Потому что вы создали сатанинскую секту без ведома нашего главного объединения и уж явно без разрешения жреца!.. Если об этом узнают, вас сотрут в порошок вместе со всеми вашими фокусами…

— Как бы вам того ни хотелось, молодой человек, такое никогда не произойдёт, — самоуверенно заявил уродец.

— Ну, я бы на вашем месте не был бы столь категоричен. Вы ещё не знаете Гросса и его боевую дружину. Не поможет ничего, даже эти ваши ручонки из кирпичной стены.

Зерданский промолчал, любуясь сверкающей рекой.

— Господин Филипп, — перевел Молохов его внимание на себя и жестом приказал Паше заткнуться, — на самом деле мы не желаем никакого конфликта, тем более верно служим общим принципам. Сатанистов в нашей области не так-то уж много, чтобы ещё затевать вражду. Особенно сейчас, когда власти всерьёз взялись за нас основательно. Нам с вами хочется дружить и обмениваться опытом. Ваша группа явно перещеголяла наших собратьев по вере и в плане организованности, и в плане магических способностей. Чего лишь стоит этот ваш демон…

— Вы хотите, чтобы мои друзья посватались с вашими? — насмешливо уточнил Зерданский.

— В настоящее время это было бы неразумно, потому что менты не успокоятся, пока не ликвидируют городских сатанистов. Вы же находитесь за чертой города, свои мессы проводите тайно, хотя и привлекаете посторонних, что всё равно опасно в нынешней обстановке. Ладно, что Венера наткнулась на меня, заядлого приверженца сатанизма. Ну а вдруг бы я оказался законспирированным агентом, задача которого выявить скрытых дьяволопоклонников?..

«Богиня» допила чай, свернула конфетный фантик и бросила под стол в урну. Она ещё раз обернулась на главу своей секты, перемигнулась с ним и с прежним радостным личиком заговорила в ответ на речь Александра.

— Ты не представляешь себе истинного положения вещей, Сашенька. Мы не поклоняемся дьяволу или кому бы то ни было ещё. Многорукий Брасус всего лишь защищает нас от остального мира, мы ему многим обязаны, оттого и уважаем. Он казнит и милует, выбирает и принимает, думает и исполняет, мы не в силах приказывать ему, а он нам. Если он заподозрит что-то плохое, то начнёт действовать самостоятельно, а мы должны будем лишь смириться с его выбором, таков закон. Ульянов, которого мы вчера со всеми почестями отправили на покой, был нам верным другом. Мы все искренне доверяли ему. Почему Брасус лишил его жизни, непонятно.

— Очень даже понятно, — вновь сорвался Павел. — Диана мне все рассказала о твоих с ним разборках. Ты отомстила ему, тут и думать нечего!

Винес опять ни грамму не смутилась.

— Давно собираюсь выщипать этой дуре её шевелюру, — с улыбкой произнесла брюнетка. — Мало ей было отбить у меня парня, так ещё и слухи всякие распускает теперь, сучка…

— Молодые люди, — прервал её Филипп и отошёл к стене, — вы явно не годитесь на роль сыщиков да и прав у вас таких нет. Смерть Валерия вас касаться не должна.

— Вот тут вы ошибаетесь, — не унимался Володарёв. — Сегодня этот ваш Брасус оставил на окнах моей комнаты свои кровавые отпечатки. Что он от меня хочет? Я же не состою в вашем клубе и узнал о нем только сегодня.

— Не имею понятия, он не мог преследовать посторонних, — нахмурился смотритель. — А с чего вы решили, что это он?

— Это он, — настоял Саша, поддерживая нервного друга. — Никто другой не мог оставить эти следы на четвёртом этаже, да и имечко он там своё выгравировал без ошибок. Крайне заботливо с его стороны…

На лицах Зерданского и Винес впервые промелькнула обеспокоенность.

— В общем-то вы правы, — продолжил Молохов, — нас с Володарем это не должно касаться до той поры, пока вы не примете нас в свой клуб.

Филипп развернулся с презрительной ухмылкой, и одежда на нём снова поменялась. Теперь он имел плащ, под которым скрывались жакет и тёмно-зелёные брюки.

— Я не принимаю неофитов, — заявил уродец. — Я вообще ничего не решаю…

— Ах, ну да, этим заведывает ваш… демон, — догадался Саша, подмигнув побледневшей Винес.

— Зачем вам наше общество? — спросила она так, будто волновалась за них.

— Мы хотим попробовать, — улыбнулся сатанист.

— Что значит попробовать? — возмущённо произнёс Зерданский, откинув полы своего плаща. — Вы же знаете, что пробовать тут не получится. У вас, сатанистов, такие же законы — или входи, или уходи, никаких попыток и проб.

— Да-да, уходят из вашего закрытого клуба только вперёд ногами, как вышло с Валерой. Но лично я за себя могу дать гарантию, что в этом плане не подведу. Как раз подыскивал себе нечто в духе ваших обрядов.

Филипп перевёл вопросительный взгляд на Павла.

— Если честно, — промолвил юноша, — то я не знаю, надо ли мне это… Главное, чтобы этот ваш монстр отстал от меня.

Смотритель обошёл их и принялся важно прогуливаться по террасе, обдумывая какое-то решение. Венера волнительно следила за хозяином. Ребята тоже обернулись на него, выжидающе замолчав. Дойдя до другого конца, Зерданский замер и оглянулся через плечо.

— Приходите 23-го числа, — объявил он по-прежнему невозмутимым голосом. — Никому о своих намерениях ни слова. С вами должны быть четыре птицы, любые, сгодиться и попугай, лишь бы не сельскохозяйственного назначения. Ещё потребуется розовое масло, мои запасы исчерпаны, так что прихватите с собой на всякий случай. Ждём вас вечером, но до захода солнца.