Оно было написано размашистым, небрежным подчерком, но за долгие годы, дворецкий научился разбирать каракули графа. Он нахмурился, и чем дальше читал, тем серьезней становилось его лицо. Вернувшись в гостиную, протянул маркизу конверт.
— Вам послание от графа.
На лице маркиза, в этот момент были написаны совсем другие заботы — например, накормить леди Нель устрицами по-фаррийски. Но, все же нехотя, он оторвался от сердитых глаз леди, не желающей пробовать деликатес, и открыл конверт.
Людвиг, застывший неподалеку от стола, внимательно за ним наблюдал. Лицо маркиза так же стало серьезным и сосредоточенным, как и несколько минут назад у дворецкого. Эрлай с сожалением посмотрел на девушку и сказал:
— Нель, я вынужден вас покинуть, но постараюсь заглянуть вечером.
Нель пожала плечами.
— Не утруждайте себя, Эрлай. Я уверена, что вы найдете себе занятие поинтересней, чем общение со мной.
— Да-да, леди, я знаю, что вы тихо звереете в четырех стенах, поэтому, даже не буду с вами пререкаться. А вообще, я бы с удовольствием познакомил вас со своей тетушкой Софи — она старшая сестра моего отца. Так вот, я не знаю никого, кто лучше ее рассказывает анекдоты. Язва похлеще желудочных колик.
— Вы это к чему? — Задумалась Нель, потом вдруг удивленно уставилась на маркиза. — Эрлай, вы хотите сказать, что ваша тетушка — язва, а я — желудочная колика?! Не ожидала от вас!
— Все! Мне пора идти, — маркиз, превозмогая желание достойно ответить леди, резко встал из-за стола. — До вечера, Нель. Людвиг, проводи меня.
Когда мужчины скрылись в холле, Нель разулыбалась. Во-первых, она вывела маркиза из себя. Обычно, за ту неделю, что она живет в доме графа, в играх на острословие побеждает он. Ей же приходиться терпеть поражение.
Глава шестнадцатая
Она начала потихоньку понимать — как он мыслит, как реагирует на то или иное событие. Нет, чтобы постичь все хитросплетения его мыслей, не хватит жизни. Маркиз сложный человек, за его поступками часто скрывается двусмысленность.
Нель мотнула головой, отгоняя воспоминания о маркизе, и прислушалась. Сегодня нужно обязательно вырваться в особняк ди Флами. И для этого необходимо придумать благоприятный повод улизнуть из дома. Или сделать это без всякого поводя?
Тем временем в холле маркиз показал Людвигу письмо графа.
— Ты знал об этом?
— Да, ваша светлость.
— Почему вы мне об этом не сказали?
Дворецкий пожал плечами.
— Я держу ситуацию под контролем. Только два дня назад удалось установить, что в доме виконта ди Флами прячется сын ару-паши Саиди, приближенного султана Мехтияна. Юноше удалось проследить путь похитителей султанши Лолы, который привел его в наше королевство.
Маркиз нахмурился.
— Постой. Султанша Лола, насколько я помню, одна из дочерей Мехтияна.
Людвиг кивнул.
— Тайная Служба получила информацию от резидента в Нахичи, что полгода назад несчастную девочку похитили во время паломничества к местам поклонения меттина Руфаи.
Маркиз огляделся и коротко кивнул на входную дверь.
— Выйдем.
На улице, идя по тропинке, маркиз обернулся и кинул взгляд на окна гостиной.
— Объясни, какое отношение имеет ко всей этой истории Нель.
— Оказалось, что похитители заметили слежку, и кто-то из них узнал сына ару-паши. Мальчика решили ликвидировать, но на удачу, его, уже умирающего, нашел виконт ди Флами и привез в свой особняк. Обратиться к целителю он не рискнул, и вскоре в его доме появился лекарь Виль, которого мы с вами хорошо знаем.
Маркиз постучал костяшкой пальца по подбородку.
— Этот сын ару-паши, пацан, юнец… Непонятно, откуда у него такие возможности?
— Ваша светлость, на юге дети взрослеют рано. Тем более, дети из султанской династии. Скорее всего, у мальчика есть собственная служба безопасности и сеть шпионов. Ему семнадцать, а это, по меркам Хилиджана, взрослый мужчина.
— И давно граф узнал эту историю?
— Когда покинул столицу. Я слежу за леди и сообщаю ему о всех ее передвижениях.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Маркиз в сомнении скривил губу.
— На авантюристку она не похожа.
— Нет, вовсе нет. Леди действует по ситуации, по обстоятельствам. Смелая — иногда это не самая полезная черта. Но она не авантюристка, скорее, наоборот. Ею движет ответственность за больного юношу.
— Людвиг, она не должна больше появляться в доме виконта, — жестко сказал ди Гиль.
Дворецкий прищурился.
— Что вам сообщил граф? Мне он тоже написал не отпускать ее к виконту, но не объяснил причину.
— А ты сам не понял? Друг мой, Людвиг, — маркиз хлопнул дворецкого по плечу. — Если графа предупредили его тайные люди из Тайной Службы о том, что за домом ди Флами ведется наблюдение, то, как ты думаешь…
Людвиг замер и еле слышно повторил.
— Ведется наблюдение…
— Не выпускай ее из поля зрения. И я считаю, уже пора задать ей вопросы. А сейчас мне нужно срочно идти.
— Это касается того мальчика, сына ару-паши?
Маркиз на секунду задержал взгляд, и ответил.
— Это касается султанши Лолы.
Ди Гиль ушел. Дворецкий проводил его глазами и заторопился в дом, старательно прокручивая в голове тот день, когда он следил на леди. Он заметил бы слежку. Навыки, полученные на службе у графа и природная смекалка, позволяла ему утверждать это почти уверенно. Почти.
— Нет, не было слежки, — зло прошептал он себе под нос.
В гостиной Нель не было. Дворецкий поднялся на второй этаж, постучал в комнату девушки. Ему никто не ответил. Он тихо чертыхнулся, поминая графа и маркиза, и осторожно открыл дверь. Комната была пуста. Вот тут уже надо было волноваться. Людвиг быстро сбежал по лестнице, открыл дверь своей комнаты и вытащил из шкафа компас-артефакт, фиксирующий передвижение Нель.
Магический маячок уверенно указывал, что девушка удаляется от дома. И направление — куда именно она движется, не оставляло сомнения. Ее путь лежал к особняку виконта ди Флами.
* * *
На главной королевской башне пробили часы. Эрлай, сидя в карете, наблюдал смену караула у помпезно-торжественного парадного входа. Карета объехала здание и остановилась у соседнего строения, входящего в общий архитектурный ансамбль королевского дворца.
Служебные двери были не такие массивные и вычурные, но охранялись они не менее тщательно. Маркиз протянул ладонь с перстнем королевскому гвардейцу и охранный артефакт в руках офицера отозвался положительным откликом.
Внутри ди Гиль прошел холл и свернул в неприметный коридор, стены которого были выложены панелями темного дерева. Дорогого дерева. В этом здании все было неприметное и дорогое, как и полагается Тайной Королевской Службе.
Маркиз постучал в дверь, дождался разрешения, и вошел. Его не ждали, но, казалось, совершенно не удивились приходу. Кабинет был небольшой и скромный. За столом сидел человек в черном камзоле. Довольно высокий, но сутуловатый, с обычным скучающим лицом и сонным взглядом.
— Милорд, — обратился ди Гиль.
— Заходи, Эрлай.
Хозяин кабинета встал и пожал ди Гилю руку.
— Вчера видел твоего отца на совещании у короля. Хвастался новой кобылкой.
Маркиз едва заметно поморщился.
— Если у отца нет повода хвастаться мной — он хвастается своей конюшней.
— У вас с отцом опять противостояние характеров? И как всегда, никто не хочет уступать.
— О, куда мне до отца. Я как раз из тех, кто уступает.
— Не ври, я тебя знаю. Садись.
Маркиз сел в предложенное кресло и внешне выглядел уверенно, даже чуть расслабленно. Но внутри колола тревога. Граф в письме настоял, чтобы он встретился с лордом Хеншем. Осведомитель из Тайной Службы прислал ему преинтереснейшую информацию об исчезновении султанши Лолы и о не менее странном исчезновении сына паши Саиди.
В голове королевского дознавателя промелькнули картинки событий, внешне совершенно не связанные друг с другом. Казалось бы, между ними нет ничего общего. Но интуиция и некоторые умозаключения ди Вирша подтолкнули его к невероятной разгадке…
