Читаем без скачивания Человек из торгового центра - Александр Баренберг

   Вроде Уриэль и немного сказал, но мой мозг опять на некоторое время завис, как получивший неподъемную вычислительную задачу процессор. Бьющиеся в интеллектуальной истерике мысли не могли сконцентрироваться на каком-либо единственном конкретном вопросе. Поэтому, неожиданно для меня самого, первым вырвался абсолютно не срочный на фоне остальных вопрос, вернее -- озвученное непонимание:

   - Вы так гладко все излагаете, как будто в земном университете обучались! Странно!

Жрец усмехнулся:

   - Почему странно? Во-первых, я все-таки коэн первой степени посвящения, то есть, если перевести в привычные вам мерки -- академик. Обучался всем известным у нас наукам тринадцать лет в специальной школе для самых избранных при Храме! Во вторых -- в русской общине действительно существует университет. Хотя там всего два факультета и его основатель, профессор Сорокин, которого мне посчастливилось еще застать в живых, не раз сокрушался об убогости своего детища по сравнению с настоящими земными, тем не менее -- методика обучения та же. Я, между прочим, по договоренности между нашими общинами, закончил его Гуманитарный факультет. С отличием! И теперь преподаю у нас некоторые ранее неизвестные дисциплины. Как и несколько моих коллег, обучавшихся на Естественно-Техническом факультете. Так что же вас так удивляет?

- Офигеть! -- я уже не мог сдержаться и начал размышлять вслух. -- Древний еврей с университетским дипломом, русская община с университетом на другой планете, динозавры, перебравшиеся с Земли... Что меня так удивляет? Легче сказать, что не удивляет... Давайте, объясните мне все по-порядку, хотя бы хронологическому! Как маленькому! -- взмолился я, чувствуя, что мозги опять закипают.

   Судя по взгляду, которым окинул меня собеседник, он был согласен с моим определением. Вздохнул, осознавая, видимо, неподъемность взваленной на него задачи, налил себе вина и устроившись поудобнее, начал размеренный рассказ...

   ...Никто так и не знает толком, почему раз в несколько лет, без жесткой периодичности, сюда с Земли переносятся куски пространства диаметром в пару сот метров. То есть, конечно, как и все во Вселенной, Перенос происходит по воле Всевышнего, но чем вызвана именно эта его такая странная воля... (На вырвавшийся с затаенной надеждой в этот момент у меня вопрос -- не возжелал ли случайно Господь, чтобы материя перебрасывалась и в обратном направлении, последовал, увы, ожидаемо-отрицательный ответ -- о таких случаях местным жителям известно не было). Как бы то ни было, прибывающие куски земли и воды полностью покрыли поверхность планетки, а содержащиеся в них живые организмы составили ее биосферу. Естественно, чем более высокоорганизованными являлись эти самые организмы, тем меньше шансов было у них выжить в столь резко изменившихся условиях. Поэтому, если говорить о хомо сапиенсах, сохраниться и размножиться, в соответствии с заветами Господа нашего, могли только многочисленные и организованные человеческие сообщества, включающие достаточно особей обоего пола. По данным неожиданно оказавшегося столь высокообразованным "профессором" Уриэля, первой из них и являлась община древних евреев или, как они сами себя называли -- ехуди. (Какой-то совсем древний вид человекообразных, возможно -- неандертальцы, сильно эволюционировавшие "в сторону" за десятки тысяч лет и от испуга принятые мной за орков, не в счет -- цивилизации они не создали и вообще разумными моим собеседником считались с большой натяжкой).

 Евреи же попали сюда где-то со времен примерно вскоре после Александра Македонского. По счастливой (счастливой ли?) случайности, тот Перенос "поймал" в свои сети большой городской рынок с парой тысяч человек, среди которых были и жрецы со священными текстами, и воины с оружием, и ремесленники с орудиями труда и товарами, и достаточно женщин для воспроизводства. Потому и удалось, отбившись с большими потерями от местных зубастых чудищ, основать стабильную колонию, а потом и еще несколько. О перипетиях этой борьбы за выживание повествовал длинный эпос, впоследствии включенный в священные тексты под названием "Книга Переноса", превратив, таким образом, библейское Пятикнижие в Шестикнижие. Хотя сильно размножиться неблагоприятные окружающие условия не позволяли.

   Поэтому с время от времени появляющимися с очередным Переносом соседями конфликтов практически никогда не возникало. Не было почвы для них -- из-за давления злобной биосферы неосвоенных пространств оставалось еще пруд-пруди, делить нечего. А штурмовать прекрасно защищенные от дикого зверья поселения ради захвата материальных ценностей и пленных, еще и добираясь до них сквозь кишащие опасностями джунгли выходило себе дороже. Нет, иногда случайно пересекшиеся в лесу группы охотников могли сцепиться из-за какой-либо ерунды, но чаще наоборот -- приходили на помощь, помогая отразить нападение летучих тварей или "орков". Да и большая часть этих появлявшихся людских групп вскоре исчезала, не поборов "сопротивление среды". "Закрепиться" на планетке за более чем двухтысячелетнюю историю местной еврейской общины смогли лишь считанные попаданцы, имевшие самые благоприятные стартовые условия.

 Первой оказалась прибывшая уже через полсотни лет после евреев древнегреческая община, на момент Переноса представлявшая из себя небольшой, на несколько сот человек, военный отряд с обозом, расположившийся, видимо, компактным лагерем на ночлег и в таком виде и "попавшем". Благодаря вооружению и организации они и смогли выжить в самый трудный и решающий первый период после переноса. Потом столкнулись с недостатком женщин и позаимствовали тех у уже "устаканивших" свой быт соседей. Что вызвало первое и единственное за всю местную историю крупное вооруженное противостояние, красочно описанное в "Книге Переноса". Видимо, грекам все же удалось отбиться от разъяренных кражей женщин еврейских мужчин, так как по итогам войны бабы остались с похитителями и нарожали тем наследников. С тех пор общины сохраняют мирные и дружеские отношения (родственники по женской линии, как-никак), но более не смешиваются. А технически более подкованные греки, научившись летать с помощью искусственных крыльев, за два тысячелетия превратились в тех, кого при первой встрече я и принял за "ангелов".

 После этого долго не появлялось устойчивых общин. Лишь около тысячи лет назад в "межпланетную пращу" угодил скандинавский поселок в полном составе. Оказавшись где-то севернее, в районе, содержавшем многочисленные пещеры, в которых очередные жертвы неизвестного катаклизма и поселились. Из-за чего, по мнению "профессора", и не выросли, оставшись полутораметровыми карликами, не без оснований обозванные мной "гномами". Зато, благодаря стальным инструментам, производством которых владели в совершенстве, в отличие от "отсталых" евреев и греков, превратились в прекрасных мастеров. В частности, природный комплекс пещер, в котором и размещался еврейский Храм, был доведен до пригодного для использования состояния именно благодаря многосотлетней работе нескольких поколений нанятых евреями скандинавских каменотесов.

   За последующие века появилось еще несколько устойчивых поселений, как я понял, разных европейских народов (интересно, а где же представители других континентов? Или Всевышний проявляет слабость лишь к белым людям?), с которыми, однако, отношения у трех "древних" общин не сложились. То ли из-за их географической удаленности, то ли еще по каким причинам -- осталось непроясненным, Уриэль на этом моменте останавливаться почему-то не пожелал. И сразу перешел к событиям последнего столетия, назвав их самыми драматическими...

Глава 14.

   Уриэль налил себе еще вина. Я тоже было потянулся к украшенному изящной резьбой узкому горлышку серебряного кувшина, но в последний момент отдернул руку. Лучше воздержаться, излагаемая долговязым профессором информация и так опьяняет почище любого алкоголя. Так что там у них такого драматического произошло за последнее столетие? Я весь внимание! Облаченный в белоснежный хитон (униформа жрецов?) рассказчик, промочив горло, продолжил повествование...

   ...Последнее столетие оказалось весьма богатым на "попаданцев". Что меня не удивляло -- плотность населения Земли в двадцатом веке заметно превышала таковую в предшествующие времена и вероятность попадания больших групп людей увеличилась. Первой ласточкой нового времени явился пойманный в пространственную ловушку в тысяча девятьсот шестом году (учитывая подробности получения своего образования этим эльфо-еврейским жрецом, ничего странного в том, что тот пользуется летосчислением от рождения никогда не ступавшего на эту планетку Христа я не находил) где-то у берегов Германии пароходик, вышедший из Гамбурга в направлении Африки. На его борту находилась группа из нескольких сот немецких колонистов, в основном -- жаждущие собственного надела молодые фермерские семьи, а также демобилизованные военные, желающие вступить в колониальную стражу. С собой у них было все для обустройства в дикой глуши, включая огнестрельное оружие и боеприпасы, что весьма способствовало выживанию в местных условиях.