Собрала некоторые волосы на макушке в хвост, расчесав задние возле ушей и шеи. Затем направилась тихой походкой к окну. Шум телевизора усилился. Бабушка пультом увеличила громкость. Голоса героев сериала заполонили собой весь дом так громко, что я слышала каждое произнесенное слово.
Забравшись на подоконник, быстро обув кеды, открыла нараспашку окно. Вечерний свежий прохладный ветер ударил по лицу, откинув волосы назад. Солнце осветило насыщенным красным светом улицу, медленно направляясь к линии горизонта. Автомобили вдали медленно проезжали.
Я присела на окно и посмотрела вниз. Первый этаж. Я громко сглотнула, неуверенно оглядевшись по сторонам. Аккуратно поставив ногу на передний подоконник, я повернулась спиной к солнцу и, схватившись крепко пальцами за раму, начала второй ногой медленно тянуться к земле. Сердце быстро колотилось. Никогда раньше не сбегала из дому.
Носочком ощутила асфальт, нога заныла от боли, направляясь к земле. Следом опустила вторую ногу, продолжая крепко держаться, но потные пальцы соскальзывали с рамы.
Я спрыгнула и чуть не упала пятой точкой на асфальт, но, взмахивая руками, умудрилась с трудом сохранить равновесие. Откинув со лба волосы и поправив толстовку, торопливо направилась к забору. Открыв калитку, быстро обошла ее и закрыла за собой. Я бросила прощальный взгляд дому. На первом этаже горело желтым светом окно. Бабушка спокойно смотрела сериал, еще не догадываясь о моем побеге.
Но я ведь сбегаю временно. Ради любимого велосипеда.
Солнце отразило свой луч на циферблате часов. Стрелка медленно приближалась к римской цифре восемь. Часы отливали нежным золотым светом.
"Часики свои не снимай. Пригодятся сегодня"
Выбросив из головы лишние мысли, я пошла к остановке. За город едет только один автобус. Я его очень редко видела, но сейчас надеялась, что он мне попадется и ждать его придется недолго.
Подойдя к остановке, я присела на прохладную лавочку и начала пяткой стучать по асфальту в ожидании. Шнурки немного развязались из-за побега, пришлось завязывать очень тугой бантик.
Время шло, а автобус до сих пор не появился. Одни лишь автомобили мелькали перед глазами. Но и их тоже было мало. На такси денег не хватит.
Но забыть свой велосипед я не смогу. Ночью не получится уснуть…
— Привет, Беатрис, — вернул меня обеспокоенный голос из размышлений.
Я проморгала и увидела, что к остановке подъехал на своем старом велосипеде Роберт. В корзине лежал рюкзак и пакет, из которого торчала ручка коричневой биты. Смотрел парень на меня в недоумении, не понимая, что я тут забыла. Но его глаза ярко горели.
— Автобус жду. — спокойно ответила я.
— З-зачем? — не понял Роберт.
— Ну… надо мне.
Между нами возникла неловкая пауза. С одной стороны, мне хотелось с ним поделиться своими переживаниями, ведь это единственный сверстник, который не смотрит на меня косо. А с другой, не хотелось его в это впутывать.
— М-может я тебя п-подвезу? — голос Роберта дрожал от нерешительности, как пальцы на руках, сжимающие ручки руля. А щеки запылали огнем.
Я посмотрела на его велосипед и изучающе пробежалась по нему глазами. Колеса, казалось, скоро сдуются, ржавая цепь слетит, заднее сиденье казалось слишком неудобным. В голову пришло неприятное предположение, что его конь разломается, стоит мне только сесть.
Да и не хотелось заставлять его ехать в лес…
Я посмотрела на Роберта и обратила внимание, как густо покраснело его лицо до корней волос, как ярко блестели сквозь очки глаза. Он хотел меня прокатить…
— Думаю, не стоит. — неуверенно покачала я головой.
Блеск в глазах Роберта пропал. Они печально потускнели. Брови низко опустились, губы дрогнули.
— Ясно. — тихо и расстроенно сказал он себе под нос.
— Правда, сама справлюсь…
От самой себя стало мерзко, что захотелось содрать с себя кожу, чтобы покинуть это тело. Он единственный человек, который нормально со мной разговаривает. Да и он в меня влюблен. Арктур бросился странными словами, словно чувствовал, что я вечером покину дом, одной отправляться в лес уже не так безопасно, второй человек в компании был бы не лишним. Да и автобус вряд ли приедет…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Роберт поставил ногу на педаль и собрался ехать, как я резко воскликнула:
— Ладно! Если тебе не трудно.
Парень резко притормозил, велосипед неприятно скрипнул. Я подошла к парню и сказала.
— Если не трудно, можешь подвезти.
— Да? — спросил он радостно, глаза вновь загорелись, — а куда тебе надо?
— За город, к речке. Дальше магазина "WEUTAR PATER".
Роберт нахмурился. Последние слова заставили его заерзать на месте.
— "WEUTAR PATER"? Зачем? — его голос звучал перепугано.
Я задумалась на мгновение. Что ему сказать? Если скажу правду, поймет ли он? Или будет потом, как все в школе, меня избегать?
— Да там личное, — махнула я рукой, наигранно улыбнувшись.
— Н-ну ладно, — пожал Роберт плечами.
Еще раз ему улыбнувшись — на этот раз благодарно — собралась сесть на это неудобное сиденье, представив, как ледяной металл вонзится болезненно в пятую точку.
— Погоди.
Я замерла. Роберт снял с себя свитер и постелил им сиденье.
— М-можешь садиться.
Вот сейчас неприятные мысли о поездке покинули голову. А к Роберту я почувствовала сильную благодарность. Он, оказывается, очень заботлив.
Когда мы сели, я схватилась за края сиденья, Роберт крутанул педаль и старый велосипед со скрипом направился в сторону за города.
— А ты куда держал путь? — поинтересовалась я.
— В магазин е-ездил. Папа попросил купить б-бейсбольную биту. Все время езжу по м-магазинам по просьбе предков, д-достало, если ч-честно.
Роберт ехал настолько медленно, что начало казаться, что за город приедем ночью. Будь я сейчас на своем велосипеде, угнала бы на максимальной скорости.
— Ты можешь ехать побыстрее? — спросила я мягким голосом, сдерживая слабое негодование из-за такой скорости.
— Велик старый, б-боюсь развалится по пути, — хихикнул Роберт.
— А почему тебе новый не купят? Который посовременней?
Роберт рассказал, что его родители ненавидят новые технологии и имеют маленькую зарплату. После его истории я почувствовала небольшое сочувствие к парню. Он редко может позволить себе подарки, его много в чем ограничивают.
— Я тоже не с богатой семьи, — шепнула я Роберту, надеясь его немного взбодрить. На самом деле бизнес мамы и отчима приносил много денег, — живу сейчас с бабушкой, мама уехала в командировку в штат Небраска.
— Круто. Твои родители путешествуют. А мы приехали в этот город из Гладстона, он ничем особо не отличается от Санвилсента. Но тут цены еще дешевле. Харрис постоянно называет меня нищебротом, бесит.
— Да пошел он! — фыркнула я. Роберт свернул в квартал, и я сильней прижалась к парню, чувствуя, как сиденье давило сквозь свитер, — красивые дорогие вещи не скроют от всех его гнилую сущность.
— В этом ты права. — кивнул Роберт.
Парень расслабился. Роберт начал быстрее крутить педали, отчего велосипед разогнался и я в испуге обвила талию одноклассника руками и почувствовала, как его пресс напрягся. Цепи продолжили противно скрипеть, но нынче это нам не мешало. Руками ощутила, как напряжение покидало парня. Вечерний легкий ветер кружил возле нас, взлохмачивая волосы. Мои губы растянулись в радостной улыбке. И вместе со мной улыбался Роберт.
Тут я заметила, что мы подъехали к Аллеи Эртан. Маленькие белые одноэтажные домики с коричневой профнастиловой крышей стояли в ряд. В этом переулке дома не перегорожены забором. Несмотря на то, что небо не окрашивалось темными красками, черные длинные фонари загорелись.
И в одном доме висела вывеска "50".
"Дом пятидесятый"
Я неожиданно крикнула:
— Роберт, стой!
Роберт внезапно дернул педалями назад. Велосипед резко остановился, и я врезалась лбом в спину парня.
