— Вот и не связывайтесь со мной, пожалуйста, — попросила я. Очень хотелось заявить, что он сам виноват. Не надо было подкрадываться.
Но я не могла сказать что-то настолько беспечное.
Потому что Согх действительно подкрался. Я не слышала шагов и не почувствовала постороннего присутствия.
Градоправитель оказался не только неприятным и подозрительным типом, но еще и сильно опасным.
— В мой кабинет, — велел Согх, отдышавшись.
И я пошла. Неохотно и не без опаски.
Если он и заметил мою подозрительность, то решил не обращать на это внимания. Может, уже смирился, что наши отношения далеки от дружеских. А может, ему просто было все равно.
— Присаживайтесь, — добавил он, пропуская меня вперед и закрывая дверь.
Я заняла один из стульев перед столом.
Согх возился с чем-то в углу своего кабинета, и мне было очень интересно, что там происходит, но я не оборачивалась. Успела убедиться — свидетели в этом городе долго не живут. А если он там сейчас что-то такое делает, не предназначенное для чужих глаз, то у меня будут проблемы.
После его трюка с погребальным огнем я еще верила, что сумею с ним справиться. После того, как он сумел ко мне подкрасться, — начала сильно в этом сомневаться. Я была боевым некромантом, нас учили не терять бдительности. И до сегодняшнего дня мне казалось, что у меня неплохо получается. А потом Согх просто оказался у меня за спиной, но я этого даже не заметила.
На этот раз шаги я слышала и знала, когда градоправитель приблизился. Но медицинский саквояж, поставленный на стол передо мной, оказался неожиданностью.
— Руку, будьте добры.
И я прижала раненую ладонь к груди.
— Послушайте…
— Как я вижу, сами вы с этой проблемой разобраться не можете. Я помогу.
— Не надо. Я как раз собиралась идти на прием к доктору.
— К какому? — спросил Согх и за подлокотник чуть развернул стул, на котором я сидела, к себе, с отвратительным скрипом протащив его ножками по паркету.
— К хорошему.
Мой ответ Согха не удовлетворил. Раскрыв саквояж, он сообщил:
— Обязательно сходите, а пока я сменю повязку.
Пришлось подчиниться, потому что, если бы я сейчас вскочила и побежала прочь, выглядела бы как минимум сумасшедшей. Но пока Согх разматывал бинт на моей ладони, не могла отделаться от дурного подозрения, что, как только я утрачу бдительность, он отгрызет мне руку по локоть.
— Госпожа Арден, я совершенно уверен, что ни один из моих поступков не мог вызвать у вас такого дикого ко мне недоверия, — сказал он, не поднимая глаз и внимательно изучая мою ладонь. — Так что, пожалуйста, прекратите сверлить меня взглядом. Это отвлекает.
— Простите, — произнесла я, но даже не моргнула. Мне в его присутствии было некомфортно, так пусть же он тоже не чувствует себя хорошо, решила я и невольно дернулась, когда Согх надавил на края раны. — Вы что делаете?
— Чем вы ее обрабатывали? — спросил он, перехватив руку за запястье, чтобы я наверняка не смогла освободиться.
— Обычным обеззараживающим раствором. — Пальцы у градоправителя были горячими и жесткими. И если он действительно пиромаг, то меня сейчас можно было без особых проблем поджечь. Вся я, конечно, не сгорела бы, но руку, скорее всего, потеряла бы… Если Согх умел тушить погребальное пламя, значит, скорее всего, был способен и разжечь его без всяких вспомогательных смесей.
В несостоятельности местной стражи я уже успела убедиться, значит, если в кабинете градоправителя кто-то вдруг загорится, ему за это даже ничего не будет.
Подумаешь, самопроизвольное возгорание, не утруждать же себя из-за этого целым расследованием… Я так и представила, как в итоге меня же сделают виноватой.
Но рука не возгоралась, а Согх хмурился.
— Рана плохая, — наконец сказал он, склонившись ниже над моей ладонью.
— Нормальная. Даже не болит почти. — Я не понимала, откуда в его голосе взялась эта непонятная обеспокоенность, но она принесла некоторое облегчение. Едва ли человек, озабоченный состоянием моей руки, стал бы ее сейчас поджигать.
Согх посмотрел на меня, и я почему-то вспомнила Ашера. В его арсенале тоже имелся такой терпеливо-осуждающий взгляд.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Скажите, Иса, ваше здоровье имеет для вас хоть какую-то ценность?
— Разумеется! Если я о себе не буду заботиться, то кто тогда?
И с совершенно серьезным видом Согх смертельно меня оскорбил.
— Видимо, придется мне. Поднимайтесь, госпожа Арден, мы идем к целителю.
— Но…
— Я градоправитель, в мои обязанности входит следить за благополучием горожан, — назидательно произнес он.
Это было так лицемерно, что я не сдержалась. Он пытался играть какую-то свою роль и имел на это полное право, но должен же был уже понять, что на мне образ доброго и отзывчивого господина не работает.
— Ну так не справляетесь вы со своей работой. У некоторых горожан совсем ничего не благополучно.
Согх понимающе кивнул:
— Я слышал, что случилось ночью с поджигателями. Прискорбно. Но два самоубийства…
— Четыре! — выпалила я, порывисто поднявшись на ноги, и замерла, сраженная непониманием в его глазах. Согх не отшатнулся, хотя я очень на это надеялась, он просто смотрел. — Вчера ночью самоубились еще двое нападавших. Вы что, правда не в курсе?
— Я посылал запрос. — Согх говорил медленно и глядел испытующе, будто подозревал меня в обмане. И это было просто нелепо, он в любое время мог проверить мои слова: управление находилось совсем рядом, а он, как градоправитель, имел право задавать любые вопросы. — Хотел узнать, удалось ли выяснить причину поджога. Тогда мне и сообщили, что преступники совершили двойное самоубийство и дознаватель не успел их допросить. Но по предварительной беседе было заключено, что поджог они совершили в религиозных целях. На основании этой информации дело закрыли.
— Ну разумеется.
Мертвецов допросить они уже не могли, а совершенное теми преступление не настолько серьезное, чтобы запрашивать помощь некроманта. Это все было понятно и даже справедливо.
Но меня на допрос тоже не вызвали. Боялись, что я смогу рассказать что-нибудь интересное и им придется работать? Почему-то мне казалось, что так оно и есть.
И чем дольше я об этом думала, тем сильнее становилось мое желание познакомиться с местным командором стражи. Просто чтобы в глаза ему посмотреть.
— Иса, — Согх протянул руку, но моего плеча не коснулся, ладонь так и зависла в паре дюймов от меня, — к целителю вам все же придется сходить. И я надеюсь по дороге узнать от вас о двух других самоубийцах.
На то, что градоправитель решил лично проводить меня к целителю, я отреагировала спокойно. Была уверена, что он просто хочет выяснить, как много мне известно, и даже собиралась подыграть ему немного.
Но сообщение о том, что те двое бандитов, от которых он спас меня как-то ночью, повторили попытку… из-за чего и оказались сначала в камере городской стражи, а потом в морге, Согх воспринял как-то странно.
Не так, как в моем понимании это сделал бы замешанный во всем преступник.
— Не похоже на совпадение, — мрачно заметил Согх, когда я закончила рассказ. Его беспокойство не казалось наигранным.
— Вы единственный, кто так думает. Стража ничего странного в этом не заметила, — сообщила я, озабоченно глядя на ладонь. Обратно забинтовывать ее Согх не стал, посчитав это лишним, и лишь небрежно перевязал тонким отрезом ткани. Настолько тонким, что кровь пропитала его насквозь раньше, чем мы оказались в чистенькой и аккуратной приемной целителя.
Идти было недалеко. Одноэтажное здание располагалось на центральной улице, рядом с площадью.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я встала на первую ступеньку белой трехступенчатой лестницы, ведущей к белой двери, и была бесцеремонно схвачена за локоть.
— Вы тоже не видите в этом ничего странного? — настойчиво спросил градоправитель, развернув меня к себе и пытаясь заглянуть в глаза.
Солнце, словно извиняясь за прошлые хмурые дни, сияло сегодня на пределе сил. Ранний закат окрасил улицу ослепительным золотом, вытягивая и истончая тени редких прохожих и искрясь в светлых волосах градоправителя.
