Читаем без скачивания Эхо - Джек Макдевит

– Мне неприятно говорить это, но история туристических компаний – довольно скучный предмет. – Он посмотрел на старинные настенные часы. Намек был вполне ясен. Несмотря на дружелюбный вид, голос его звучал достаточно резко. Хэл был высоким мужчиной с глазами цвета замерзшей морской воды. Время не пощадило его: он выглядел крайне усталым и измотанным.

На столе у него стояла фотография: юноша и девушка-подросток.

– Сандра и Том, – сказал он. – Мои дети.

Еще одну фотографию я увидела на одном из книжных шкафов – Кавальеро, еще не постаревший, и привлекательная молодая женщина, его жена Тайра.

– Господин Кавальеро, – спросила я, – вы вообще перестали летать к звездам или все же иногда путешествуете? Может, берете с собой детей?

– У меня действующая лицензия. Но какое отношение это имеет к делу?

– Просто любопытно. Я сама пилот и не могу представить, что когда-нибудь брошу это занятие.

Именно поэтому в поездку отправилась я, а Алекс остался дома. Он настойчиво утверждал, что мне будет легче установить контакт с Хэлом.

– Вероятно, вы правы, Чейз, но я уже давно не бывал ни на мостике, ни в кабине. Больше нет желания.

– Но тем не менее лицензию вы продлеваете?

– Вряд ли я окончательно брошу это дело. – Он через силу улыбнулся. – Похоже, вам холодно. Сварить кофе?

– Да, пожалуйста. С удовольствием.

Хэл ушел на кухню, затем вернулся с двумя чашками и поставил их на стол.

– Осторожнее, – сказал он. – Горячо.

– Спасибо. – Мне вдруг показалось, будто он чего-то боится. – Господин Кавальеро, когда вы летали…

– Зовите меня Хэлом.

– Когда вы летали, Хэл, у вас была работа, о которой большинство из нас могли только мечтать.

– Что? Доставлять стройматериалы для новых поселений? И так раз за разом, многие годы? По-моему, Чейз, вы не правы.

– Я имела в виду работу в «Крае света», когда вы летали в разведывательные экспедиции.

– Ах, вы об этом…

– Непохоже, что…

– Все в порядке. Жаловаться не на что. Ко мне хорошо относились.

– Вы летали туда, где никто прежде не бывал.

– Верно.

– Вот почему большинство из нас стали пилотами. Мы хотели заниматься чем-нибудь подобным. Но такой работы почти нет.

– Догадываюсь.

– Кажется, она была вам не слишком интересна.

– Нет, почему же…

– Но вы ушли.

– Я устал. Я женился в то время, когда работал в «Крае света». Платили там неважно, и я ушел.

– Вы ведь родились здесь, в Карнавии?

– Да. Здесь моя семья, мои дети и внуки. Ну… почти все. Том уехал. Работает в администрации губернатора.

Он рассказал о «Крае света». Выяснилось, что восходить по служебной лестнице могли только родственники Корминова.

– Уолтер – хороший человек, но с его женой было тяжело. И с Эйбом тоже.

– Это его сын?

– Угу. Он отвечал за снабжение и обслуживание. Думаю, ему не очень нравилась работа. И он был о себе слишком высокого мнения.

– Где он сейчас?

– Не знаю. Поссорился с отцом и уехал неизвестно куда. Наверное, Уолтер не слышал о нем уже много лет.

– А его жена?

– Сбежала с проповедником.

– Вы шутите.

Кавальеро повеселел: эта часть истории ему явно нравилась.

– Вовсе нет. Они отправились куда-то на острова.

Кофе оказался хорошим. Хэл подбросил в огонь еще одно полено и с улыбкой объяснил, что, пока он судит хоккейные игры, его жена помогает в церкви.

– Ладно, – сказала я. – Позвольте задать вам еще пару вопросов, и я больше не буду вам мешать.

– К вашим услугам.

– Насколько я понимаю, разведывательные экспедиции определяли, куда стоит отправлять туристов?

– Да. Уточню: мы постоянно возвращались в одни и те же места. Однако политика компании требовала смены направления после определенного количества поездок. Уолтер считал, что клиенты скорее вернутся к нам, если мы время от времени будем находить что-то новое. А иногда требовалось организовать путешествие в соответствии с пожеланиями клиента. Людям хотелось увидеть нейтронную звезду, или планету с искривленными кольцами, или динозавров, или еще что-нибудь. Они готовы были платить, а мы – доставлять им удовольствие.

– Не расскажете, как выглядела обычная разведывательная экспедиция? Какие места считались самыми подходящими для туров?

– Зрелищность – вот что нам нравилось. Большие разноцветные кольца. Ничто так не потрясает людей, как огромный набор колец. Мы проделывали один трюк – приближались к планетам с кольцами под углом в девяносто градусов. Казалось, что кольца располагаются вертикально, а не горизонтально. У клиентов прямо-таки дух захватывало.

– Хорошо, – кивнула я. – Это наверняка заинтересует наших читателей.

– Вы ведь не собираетесь ничего записывать?

Алекс велел не делать заметок при разговоре, если только я не хотела добиться какого-нибудь специального эффекта: когда ведешь записи, говорил он, люди склонны замыкаться в себе. Достаточно спросить любого полицейского.

– Нет, – ответила я. – Про кольца я и так запомню. Без труда. А что вы еще искали?

– Кометы.

– Большие?

– Чем больше, тем лучше. Еще клиентам нравились двойные планеты и холодные звезды: к ним можно было приблизиться настолько, что они заполняли собой все небо. Корабль пролетал мимо звезды, перевернувшись вверх дном. Создавалось впечатление, будто звезда находится у нас над головой и все небо охвачено огнем. Клиенты обожали такие вещи. Еще были черные дыры. Действовали безотказно. Есть одна такая, в созвездии Оборотня.

– Где?

– В созвездии Оборотня, – улыбнулся Хэл. – В каталоге вы его не найдете.

– Я так и думала.

– Мы давали свои названия всем объектам.

– Не знаете, где это? Вы могли бы найти ее сейчас?

– Чейз, как я уже сказал, это было давно. Я… – Он закрыл глаза и покачал головой. – Нет. Понятия не имею. Надо свериться с бортжурналом.

– Бортжурналов больше не существует.

– Угу, верно. Их стирают через… десять лет, кажется? Глупо. Кое-что пригодилось бы и сейчас.

– Почему же, по-вашему, их стерли?

– Видите ли, компанией руководят придурки. Они считают, будто звезды и планеты могут исчерпаться, наподобие топлива. – Он посмотрел на часы. – Послушайте, Чейз, я бы с удовольствием побеседовал с вами, но скоро должна вернуться моя дочь. И еще меня ждут дела.

– Можно еще минуту?

– Ладно.

– Расскажите про Баннистер.

– Про кого?

– Рэчел Баннистер. Вы наверняка знали ее. Она работала пилотом в «Крае света» в то же время, что и вы.

– Ах да, Рэчел. – Краска отлила от его лица. – Давно же это было…

Я молча ждала продолжения.

– Ну, не знаю… Она была опытным пилотом. На вид вполне симпатичная. Собственно, больше я ничего не помню. По крайней мере, с работой она справлялась превосходно.

– Она ушла почти одновременно с вами.

– Да? Не помню. – Он пожал плечами и встал. – Мне нужно идти.

– Что-нибудь случилось в те времена? То, из-за чего вам обоим пришлось уйти?

– Нет. Ничего такого.

– Она ведь летала в те места, которые разведывали вы?

– Да. Скорее всего. Чейз, позвольте спросить, почему это так интересует вас?

– Просто пытаюсь разобраться, как работала система.

– Но какое это имеет отношение к Рэчел Баннистер?

– Вероятно, никакого. Кто-нибудь еще тогда летал в разведывательные экспедиции?

– Господи, Чейз, я действительно не помню. Не думаю. – Он снова сел. – Знаете, это уже начинает напоминать допрос. В чем, собственно, дело?

– Хорошо. Скажу честно.

– Прошу вас. – Он сглотнул слюну.

– Мы пытаемся выяснить происхождение одного артефакта. Плиты со странной надписью.

Он пожал плечами:

– Ничего об этом не знаю.

– Ладно, Хэл, еще один вопрос, и на этом все. Не знаете, куда летала Рэчел Баннистер в последний раз?

Он посмотрел на меня. В глазах его промелькнул страх.

– Черт побери, понятия не имею. – Голос его дрогнул. – Я и саму Рэчел едва помню, что уж говорить о ее последнем полете.

– Он что-то скрывает, – сказала я Алексу, вернувшись домой.

– Что это, по-твоему?

– Не могу сказать. Но он явно знал Рэчел лучше, чем утверждает, только не хочет в этом признаваться.

– Не удивлен. – Мы ехали домой с вокзала. – Пока тебя не было, – продолжал он, – я нашел несколько семей, которые летали в туры при Рэчел.

– Дальше…

– Хьюго Брокмайер, адвокат, в тысяча триста девяносто девятом со своей женой Майрой полетел в тур с «Краем света». Они хотели отпраздновать шестидесятую годовщину свадьбы. Капитаном был другой человек, не Рэчел, но во время полета супруги делали записи, отмечая самые яркие моменты. В итоге складывается интересная картина. Становится понятно, чем занимались пассажиры во время некоторых рейсов.

– И ты раздобыл эти записи?

– Да.

– Ты их видел?

– Пока не было возможности взглянуть. Я читал только описание, которое прислали вместе с ними. Посмотрим вместе завтра.

Вечером того же дня мне позвонила Иоланда Тилл, подруга детства, с которой мы вместе росли в Нейберге. Мы были с ней в одном отряде первопроходцев, плавали в одной команде, имели общих приятелей, жили в одной комнате, когда учились в колледже, и до сих пор поддерживали связь. Иоланда стала инженером и в конце концов пошла работать в Исторический центр «Нью-Даллас», специализировавшийся на археологических раскопках. Теперь она участвовала в проекте восстановления окружающей среды на Марсе, что в Солнечной системе.