Читаем без скачивания Трижды одинокий мужчина - Ольга Баскова

– Адрес дадите?

– Слушайте.

Словоохотливая соседка быстро проговорила название улицы, номер дома и квартиры.

– Вот там, – палец с наманикюренным ногтем указал в правую сторону, – у старого толстого дуба, что растет у дороги, останавливается семнадцатая маршрутка. Садитесь и езжайте две остановки.

Сделав так, как посоветовала ей Лидия, Катя вскоре очутилась у подъезда, где жила дочь Галины Петровны Болотовой. Быстро поднявшись по лестнице, она позвонила в квартиру номер двадцать.

– Кто там? – спросил приятный женский голос.

– Из редакции «Вести Приреченска», корреспондент Екатерина Зорина.

Дверь приоткрылась. Худая рука потянулась к гостье:

– Покажите удостоверение.

– Пожалуйста.

– Значит, действительно журналистка. Вы по поводу трагедии?

– Да, – Зориной показалось, что этот повод поговорить с хозяйкой подходит лучше всего. Однако она ошиблась.

– Тогда я вас не пущу, – в этой фразе дочь Болотовой словно выплеснула ей в лицо все, что у нее накопилось на душе.

– Но почему?

– Вы как стервятники, – женщина чеканила каждое слово. – У меня погибла мать. Дайте мне спокойно похоронить ее. Или вам, невзирая на человеческие слезы, надо отразить происшествие в своей вонючей газете?

Журналистка смутилась:

– Я пришла не из-за этого.

– Нет? – дверь открылась пошире, но все еще придерживалась цепочкой. – Тогда зачем?

Немолодая дама с выкрашенными в белый цвет волосами удивленно посмотрела на Зорину.

– Если вы согласитесь побеседовать, наш разговор не будет коротким.

Дочь Болотовой в растерянности стояла на пороге:

– Но объясните причину своего прихода...

– Инна Хомутова.

Смуглое лицо хозяйки побелело:

– Кто?

– Жена академика Хомутова. Она умерла при родах, которые принимала ваша мама.

Серые глаза женщины сузились:

– Цель вашего визита еще хуже, чем я думала. Убирайтесь.

– Подождите, – Катя умоляюще протянула к ней руки. – Я не собираюсь предавать огласке этот факт. Мне необходимо разобраться.

Что-то в лице журналистки убедило дочь Болотовой в искренности ее намерений.

– Заходите, – она посторонилась, пропуская непрошеную гостью. – Но предупреждаю: если вы вздумаете...

– Понятно.

– Садитесь, – хозяйка не стала приглашать Зорину в комнату, кивнув ей на стоящий в коридоре пуф, по виду – ровесник Болотовой. – Я вас слушаю. Да, простите. Я не представилась. Алла Леонидовна.

– Я пишу книгу о Хомутове, – при упоминании фамилии академика глаза женщины широко раскрылись.

– Моя мать перед ним чиста.

– Она рассказывала вам, почему здоровая, сильная Инна Хомутова скончалась после рождения ребенка?

Хозяйка вздохнула:

– Она ни в чем не виновата. Это был первый и последний случай.

– Думаете, просто случай?

Алла Леонидовна пожала плечами:

– Я понимаю в медицине, сама окончила медицинское училище. В институт поступать не стала: наш отец погиб на фронте, и мама растила нас с братом одна. Брат получил высшее образование, доступное и идеальное для мальчиков из таких необеспеченных семей: он стал курсантом военного училища. Я всю жизнь проработала медсестрой во второй больнице, тоже, кстати, в гинекологии, – она провела рукой по лбу. – В тот день мама пришла ко мне... Мы с мужем жили отдельно. На ней не было лица. «У меня умерла пациентка», – сказала она хриплым голосом. Я ахнула: «Как?» «Не знаю, – она тяжело опустилась на диван. – Поверь, мне не в чем себя винить. Я все делала правильно».

– А отчего случаются подобные кровотечения? – спросила Катя.

Алла Леонидовна вздохнула:

– Причины могут быть разными. Наиболее вероятная – врач плохо почистил женщину после родов, и куски плаценты начинают выходить, – она прервала себя. – У моей матери такого произойти не могло. Другое тоже исключается. Мы обо всем с ней переговорили. Повторяю, она все делала правильно.

– Значит, все-таки случай?

– Наш разговор конфиденциален?

Журналистка кивнула:

– Я умею оправдывать доверие людей.

– Мне всегда казалось, что мать не совсем со мной откровенна, – высказала предположение дочь Болотовой. – Что она чего-то недоговаривала.

– То есть вы подозревали: Галина Петровна знала истинную причину произошедшего и умалчивала?

– Возможно, – хозяйка немного помолчала, словно собираясь с мыслями, – однако не хотела, чтобы об этом знала я.

– Как вы думаете, почему?

– Понятия не имею.

– Свою соседку Лидию ваша мать просила в случае ее смерти распорядиться кое-чем, лежащим в тумбочке. Я думаю, она подразумевала – передать в милицию, – произнесла Зорина.

Лицо Аллы Леонидовны покрылось потом:

– Об этом я ничего не знала. Почему именно ее?

– Очень просто, – пояснила Катя. – За вас она боялась. Вероятно, смерть Инны Хомутовой не была случайной. Кто навещал ее в больнице? Вы в курсе? Кто, кроме мужа?

– Подруги, коллеги... – женщина наморщила лоб. – Я знаю об этом, так как часто приходила к матери то отдать ей внучку, то забрать. Хомутов уже в то время был знаменитостью города. Многие желали взглянуть на него и его красавицу жену, дочь профессора Левитина.

Журналистка кивнула:

– Значит, ничего необычного. А кто чаще всего появлялся в отсутствие мужа?

– Один мужчина.

Зорина почувствовала, как вспотели ладони:

– Высокий?

– Да.

– Вы могли бы его описать?

– И не только описать, – извинившись, Алла Леонидовна вышла в гостиную и через несколько минут вернулась с журналом. – Его в нашем городе знают очень многие, – она указала на обложку. Катя побледнела. Весело улыбаясь, на нее смотрел профессор Карякин.

Стараясь подавить волнение, журналистка спросила:

– А после случившегося он не приходил к вашей матери?

– С какой стати?

– Лидия сказала, что ее постоянно навещали двое мужчин.

– Впервые слышу.

По ее тону Катя поняла: дочь Галины Петровны действительно ничего не знает.

– Хорошо, Алла Леонидовна. Давайте подумаем, что лежало в тумбочке и представляло для кого-то реальную угрозу.

Женщина подняла брови:

– Вероятно, речь идет о тумбочке, которую когда-то покупал мой отец. Она стояла в маминой комнате. Это была своего рода святыня. Мы с братом не заглядывали в нее.

– То есть вы даже не догадываетесь, что могло там находиться?

– К сожалению, нет.

– Что же стало с тумбочкой после катастрофы?

Алла Леонидовна поправила прическу:

– Не знаю. Мне тяжело было заходить туда. Мой брат Олег разгребал завалы. Возможно, он ответит на ваши вопросы, – она вдруг разрыдалась. – Дай бог, чтобы негодяй, по вине которого это произошло, получил по заслугам.

– Вы в этом не уверены?

– Его пытаются отмазать, – она жалобно посмотрела на журналистку. – Когда вы пришли, я подумала: и вы...

– Почему пытаются?

– У него больная жена и трое маленьких детей, – всхлипывая, продолжала хозяйка. – Мол, поэтому он и позволял себе иногда выпить. Да, я могу посочувствовать ему. Но при чем здесь моя мама? Кто ответит за ее смерть?

– Вас пытались запугать? – догадалась Зорина.

– Да, – призналась дочь Болотовой. – Если я не сделаю все, чтобы прекратилось уголовное дело, моим внукам грозят неприятности.

– Вы в курсе, кто пугал вас?

Алла Леонидовна пожала плечами:

– Негодяй не представился. Что мне делать? Я боюсь за детей.

– Давайте поступим так, – Катя коснулась ее руки. – Вы скажете, что приходили в отделение, но они не согласны закрывать дело. В случае чего пусть звонят туда. Я позабочусь, чтобы ребята отвечали так, как надо. Все они – коллеги моего мужа. Ваш район не прикреплен именно к его РОВД, но он знает начальника. Я же со своей стороны проведу расследование и дам материал в газету, представив его на суд общественности. Виновные получат по заслугам.

Женщина засомневалась:

– Если это не опасно...

– Доверьтесь мне, – девушка улыбнулась, – а теперь расскажите, как отыскать вашего брата Олега.

– Сейчас мы с ним свяжемся. – Дочь Болотовой не захотела гонять Зорину понапрасну и набрала номер брата.

– Олег, ты дома?

Мужчина в это время осматривал содержимое мешков на даче.

– Сейчас к тебе подъедет корреспондентка, – сказала сестра. – Окажи ей всяческую помощь. А она поможет нам добиться справедливости.

Судя по всему, Болотов не возражал.

– Но ей будет тяжело найти наш участок, – предположила Алла Леонидовна. – Ее необходимо встретить. Ты сможешь?

Олег Леонидович пожелал пообщаться с Катей. Они быстро договорились о точке пересечения, и каждый описал приметы, по которым узнают друг друга.

– Огромное вам спасибо, – журналистка пожала хозяйке руку.

– И вам.

Глава 23

Болотов поджидал Зорину в старой вишневой «девятке». Открыв дверцу, он подождал, пока девушка усядется рядом с ним.

– Очень приятно познакомиться. В жизни вы еще лучше, чем на экране.