Читаем без скачивания Грязные деньги - Гарри Картрайт

Наконец наступил час, когда обоим братьям просто наскучило играть в блэк-джек: уж слишком все было медленно. То ли дело крепс. Вот это настоящая игра! "Чтобы бросить пару костей, много времени не нужно, — пояснил один из друзей. — За пять минут можно выиграть и миллион".

Любопытно, что крупная игра выявляла в Джимми все лучшее, а в Ли — все худшее. Когда старшему брату долго не везло и он проигрывал, он бесился, неистовствовал и винил по всем всех, кто попадался под руку. Особенно досыпалось Джо-Энни, которая не раз выбегала из зала вся в слезах. Кларк Хьюз вспоминал, как Ли пришел в неописуемую ярость лишь от того, что тот забыл надеть подаренный ему браслет со словом "свобода". Джимми же в такие моменты отличался хладнокровием настоящего игрока, действующего по принципу "пан или пропал".

Никто, кроме них самих, не знал, сколько же они проиграли в то лето. Родственники считали, что и Джимми, наверное, не знал этого. Но Ли знал. Хотя порой он казался чрезвычайно беспечным и бесшабашным человеком, Ли вел подробные записи всех своих выигрышей и проигрышей. Во время предыдущего футбольного сезона Ли выиграл на ставках около 100 000 долларов. Когда же пришла пора финальной игры на суперкубок, он поставил на одну из команд все, что у него имелось в наличии. Более того, он фактически поставил все, что имелось у всей их семьи. Ставка была столь велика, что букмекер, к услугам которого он обычно прибегал, не стал рисковать и передал все дела банде головорезов из Чикаго. Каким-то чудом Ли все же выиграл. Его спас лишь один гол, забитый даласскими "ковбоями", когда защитник Роджер Стаубек сделал на последних секундах свой знаменитый пас. Команда встречу не выиграла, но завоевала кубок по общим итогам игр и тем самым спасла семью Чагры от разорения. Кларк Хьюз вспоминал, как они с Ли поехали в Лас-Вегас, где чикагская банда должна была выплатить ему выигрыш. "Мы постучали в дверь люкса отеля "Сизаре", — рассказывал Кларк, — и вошли в комнату, битком набитую огромными детинами с мрачными лицами, словно они уже давно поджидали нас в темной аллее". У них уже были приготовлены полиэтиленовые пакеты для мусора, в которых было 300 000 долларов. Ли взял деньги, поблагодарил гангстеров и, не сказав больше ни слова, вышел. Все эти деньги Ли спустил в то же лето. Но этим потери далеко не ограничились. По подсчетам Джо, Джимми и Ли проиграли тогда три миллиона долларов, а может быть, и больше.

Ли Чагра целых четыре месяца практически не виделся с братьями. Прилетев как-то из Лас-Вегаса, Ли положил 500 000 долларов на счет их адвокатской конторы, но это был его единственный вклад в общее дело, хотя и весьма существенный. Джо еще в январе женился на своей секретарше Пэтти Мэлули, но в свадебное путешествие уехать так и не смог, так как Ли часто был в отъезде и ему приходилось самому заниматься всеми делами конторы. В основном это были старые дела: апелляция Марти Хоултина или дело Джека Стриклина, так глупо угодившего в лапы охотничьей инспекции в Нью-Мексико. До того момента, как Ли положил полмиллиона долларов на текущий счет их адвокатской конторы, они были почти полными банкротами. Сэнди Мессер, сестра Пэтти, тем летом тоже устроилась на работу в контору в качестве личной секретарши Ли, но его она практически не видела. Как-то в августе Ли вызвал к себе Сэнди и сказал: "Конец… Это конец". Сэнди никак не могла взять в толк, о чем он говорит. "Ты что, не понимаешь?! — заорал он. — Я только что просадил все деньги!"

Какие-то знаки внимания родне Ли все же оказывал. Так, кому-то из детей он купил новый автомобиль, а другим родственникам подарил драгоценности. Он даже устроил, хотя и с некоторым опозданием, свадебное путешествие для Джо и Пэтти в Сан-Вэлли, где один из его друзей в "Сизарс-палас" предоставил в их распоряжение свои владения. Хотя в семье об этом никто пока не догадывался, в то лето Ли стал приобщаться к кокаину. Джимми и его подружка Лиз Николс и даже младший брат Джо употребляли наркотики и раньше, но до лета 1976 года Ли отказывался даже притрагиваться к любому зелью, хотя и делал деньги на защите торговцев наркотиками.

К началу осени деньги все вышли, и Ли вернулся в Эль-Пасо, чтобы "нацедить деньжат", как он называл теперь свою адвокатскую практику. Он выискивал и брался за любые дела: о возмещении за телесные повреждения, о разводе, о наследстве. Ли практически гонялся теперь за машинами "скорой помощи". "Казалось, он вовсе не пал духом, — рассказывала Донна Джонсон, бухгалтер из его адвокатской конторы. — Он был счастлив оттого, что деньги все кончились и теперь нужно было снова много работать. Ли всегда был намного лучше, когда в кармане у него было пусто и ему приходилось изворачиваться, чтобы заработать на жизнь".

Через несколько недель после того злополучного проигрыша в Лас-Вегасе дела пошли на поправку, и вскоре адвокатская контора Ли добилась такого успеха, какого ей не приходилось видеть с тех самых пор, как более трех лет назад ее хозяин был привлечен к суду в Нашвилле. Начало положили два нашумевших дела. Одно касалось 27-летнего студента-медика из Эль-Пасо по имени Тедди Манула, который был обвинен в преднамеренном убийстве полицейского из Антони (штат Нью-Мексико). Второе дело было весьма странным и касалось старого агента по борьбе с наркотиками Джорджа Хога, утверждавшего, будто его непосредственный начальник подстроил ему ловушку, чтобы обвинить в торговле кокаином.

Когда администрация Никсона объявила войну наркотикам, в стране, как и предполагалось, началась довольно широкая, но весьма путаная кампания, в ходе которой охотников часто принимали за тех, на кого охотились. Дело сотрудника Службы таможенного контроля Джорджа Хога показало, что он как раз и стал ее жертвой. Когда Управление по борьбе с наркотиками стало главным правоохранительным органом в этой области, Таможенное управление лишилось возможности производить собственные расследования и содержать сеть осведомителей. Оно, однако, было обязано бороться с наркотиками в тираничной зоне. В ответ на учреждение федерального Управления по борьбе с наркотиками Таможенное управление создало особое подразделение, называвшееся Службой таможенною контроля. С Восточного побережья США и со Среднего Запада в район техасско-мексиканской границы были переброшены многие работники таможни, ранее производившие досмотр в воздушных, морских и речных портах. Новички не имели нужной подготовки для борьбы с контрабандой наркотиков и ничего не знали о традициях и повадках банд, орудовавших вдоль реки. Многие бывшие сотрудники Таможенного управления, которых в свое время перевели в Управление по борьбе с наркотиками, попросились в новую Службу таможенного контроля. Среди них был и Джордж Хог. По его словам, Управление по борьбе с наркотиками и Служба таможенного контроля старались теперь переплюнуть друг друга в таких нарушениях, как незаконная установка подслушивающих устройств, насильственное вторжение в жилище, похищение людей, подбрасывание изобличающих улик, покушение на жизнь и т. д. Соперничавшие учреждения не останавливались ни перед чем в борьбе за пальму первенства в пресечении торговли наркотиками. Хог признался, что лично участвовал во всех этих преступлениях. Он сам стал жертвой этой системы, когда его непосредственный начальник подбросил кокаин в тайник недалеко от аэропорта, а потом, когда Хог пытался завладеть наркотиком, записал все на видеомагнитофон. Именно из-за этого Хог и очутился в приемной Ли Чагры, знаменитого адвоката, специалиста по таким делам.

Ли и Джо Чагра безумно обрадовались неожиданно открывшимся перед ними возможностям и записали на магнитную ленту все, что им поведал Хог о своей службе в системе органов по борьбе с наркотиками. Хог детально описал, как вместе с осведомителем они тайно проникли в дома двух местных торговцев наркотиками и похитили документы и другие ценности; как он пытался похитить другого торговца наркотиками и сдать сю в руки мексиканской полиции за вознаграждение в 50 000 песо; как его коллеги выполняли "квоты", подделывая документы, а иногда и воруя партии марихуаны в Мексике, а затем "случайно" обнаруживая их на американском берегу реки; как они пытались обменять служебное оружие на наркотики; как соперничавшие организации срывали операции друг друга, заранее предупреждая подозреваемых контрабандистов, и как вместе с другим коллегой они заманили в ловушку бизнесмена из Западного Техаса, шантажируя его несуществующим "делом", якобы заведенным на него Налоговым управлением. "Мы предложили ему простую сделку, — сказал Хог. — Мы сказали, что уничтожим его дело, а он за это выдаст нам нескольких своих друзей. Тогда он сказал, что не водит дружбу с торговцами наркотиками и никого не знает, на что мы ответили, что будет лучше, если он их придумает". Хог называл, фамилии и даты. У него имелось даже несколько официальных документов, подтверждавших его рассказ.