Я слишком устала, чтобы показывать кому-то свои эмоции.
Карен, попав в такое неловкое положение, завопила. Несколько минут она кидала проклятия, а затем, увидев, что мы направились ко дворцу, умоляюще заканючила, чтобы её выпустили.
Мы с Давиной проигнорировали её просьбы. Если она та, кто поджёг Катрину, то так ей и надо. Это меньшее из чего мы можем сделать. Наказать её.
После случившегося, поспешила к замку: боль всё сильнее сжирала изнутри, не оставляя от меня ровным счётом ничего. Давина была рядом, словно понимала, что я испытывала сейчас.
Элиса застыла, не зная, что и предпринять. Ситуация для неё оказалась патовой.
Глава 34: Я не хочу потерять тебя
— Мне очень жаль, — первой заговорила Давина, нарушив давящую тишину.
Но не наше взаимное молчание сжирало меня изнутри.
После инцидента с Карен, я вернулась во дворец, где впервые столкнулась с Тамиллой. Я сразу же поняла, что это молодая статная женщина — фрейлина. Уж слишком она была хороша собой с огненно-рыжей шевелюрой.
Но мне было наплевать, я выскочила из замка и без проблем нашла свою карету. Мне очень хотелось домой. Побыть в тишине. Порефлексировать. Попытаться понять, что со мной не так. Решить, что делать дальше, как быть, какой тактике придерживаться.
Бекендорф молча ударил по лошадям, и в последнюю минуту Давина успела заскочить ко мне. И теперь мы вновь возвращались в одной карете: это медленно входило в привычку.
Я не возражала. Присутствие Давины меня успокаивало, и даже немного радовало. Ощущала себя не такой одинокой, как секундой раньше. Меня буквально раздирало давящее чувство пустоты. Сжирало изнутри, надкусывая каждую клеточку. После пережитого, я уже не буду такой, как прежде…
Да, Рита предупреждала, что видела Диму с другой. Но одно дело услышать от подруги, другое — увидеть самой. Больше ничего не ждало меня в реальном мире, я могла спокойно забыть о доме, семье… Друзьям и родным будет лучше без меня, а Дима счастлив и так.
— Ничего. Я знала, — коротко бросила, отвернувшись к окну.
Разговор не клеился. Давина сняла перчатку и взяла меня за руку. В жесте не было магии, но волшебство всё равно ощущалось. В дружбе тоже есть любовь, своя, тёплая, не менее прекрасная. Жаль, что не каждому дано это почувствовать, испытать на себе. Распробовать.
Боль сжирала изнутри: пока я здесь, я ничего не могу исправить. С другой стороны, что я смогу изменить, когда вернусь домой? Заставлю его полюбить себя? Невозможно. А отбивать у другой не собираюсь, ведь на чужом несчастье счастья не построишь.
Ах, как же всё на пляже казалось идеально! Но почему тогда Дима вёл себя так. романтично? В тот момент я почти поверила, что у них пляжное свидание.
Влюблённая дурочка. Как я вообще могла принять его дружеские отношения за нечто большее? Он относится ко мне, как к лучшей подруге, может быть, даже как к младшей сестрёнке. Глупой, невинной и наивной.
Почему я так прокололась?!
— Чувства всегда дико ранят. Любви нет, Аннет, — Давина сделала паузу, тяжело вздохнув. Теперь я прекрасно понимала её. — Я не хочу потерять тебя. Хочу, чтобы ты осталась здесь, стала королевой, потому что это правильно. Ты достойнейшая, среди нас. Мне так кажется.
Удивлённо посмотрела на неё, не в силах что-то сказать. Её слова поразили меня. Задели. Достали до неизведанных ранее глубин души, отозвавшись теплом. Ни с кем из своих подруг никогда раньше я не испытывала такого единения душ. Такого. Ничего такого.
Забавно. До её слов, я ни разу не задумывалась над тем, чтобы стать правительницей. На кону было многое. Я не могла оставить прошлый мир, потому что в нём был Дима. Но сейчас он меня не держал.
До какой степени я эгоистична, если не хочу туда возвращаться? Эти чувства очень сильно терзали меня. Похоже, совесть проснулась слишком не вовремя.
Давина же чмокнула меня в щёку на прощание и грациозно покинула карету.
Я и не заметила, что мы столь быстро приехали… Кивнула, высвободилась из её тёплых и цепких объятий.
Забавно, насколько человек может стать близким всего за четыре дня.
Глава 35: Наглая лгунья
Распласталась на траве и не могла пошевелиться. Каждое моё движение было скованно и доставляло жуткую боль. Не знала и не понимала, как я здесь очутилась, и что делала.
Слегка приподняла голову, чтобы понять, где нахожусь. Даже не удивилась, поняв где. Резкое движение отдалось болью в шее.
Снова этот проклятый Малиновый пруд. Начинаю подозревать, что все беды случаются из-за него.
А, может, он не малиновый, а кровавый? Сколько людей было убито, чтобы он принял такой причудливый окрас?!
Попыталась отогнать дичайшие мысли. И что за ужасы вечно лезут мне в голову? С другой стороны, не верила в то, что этот мир может быть настолько ламповым и добрым, каким он кажется.
Заметила королеву и каплицу, что сидела на ветке. Ту самую, с ярко-алым крылом, которую видела в первый раз.
Каплица бросилась с дерева, с размаху ударилась о землю и резко превратилась в красивую девушку. Как по закону жанра.
— Моя королева, мне есть, что вам рассказать.
Вскрикнула и проснулась. Долго ли ещё мне будут сниться чёртовы кошмары? Не выдержала, оделась и собралась. Плевать, что три часа ночи.
Через пару мгновений я стучала в дверь Давины. Вскоре мне открыл перепуганный и заспанный Хьюберт.
— Всё в порядке, Ваша Светлость? — он оценивающе смотрел на меня. Ну и что, что в сорочке и в тёплой кофте поверх? Мне некогда было наводить марафет, даже при помощи магии.
Слава богу, что дом Давины — соседний! Я бы замучалась шлёпать, будь он первый из причудливого ряда.
— Когда я говорила, что не хочу тебя потерять, это не означало, что хочу, чтобы ты врывалась ко мне ночью или и вовсе перебралась ко мне жить, — сонно проворчала принцесса.
— Да, но у меня важная новость. Знаешь, мне кажется, что одна из нас — подставная, — сходу заявила я, перепугав бедного лакея.
— Тише ты! Перепугаешь всех своими заявлениями! — зашипела Давина. Но я заметила, что в её глазах зажглись огоньки. Я прямо почувствовала её жажду приключений. Сама болела подобным. — Хьюберт, сделай нам чай, с корицей и медузием.
— Медузий? — переспросила, подумав, что ослышалась.
— Местное растение. Не попробуешь, не узнаешь, насколько оно чудесное на вкус, — хитро улыбнулась подруга.
Мне ничего не оставалось, как поверить ей на слово.
Давина утащила меня в гостиную, где мы плюхнулись на мягкий диван. Его удобство убаюкивало и успокаивало.
— У тебя провокационное обвинение. Вещай, давай, — когда Хьюберт принёс чай, с удивлением рассматривала с каким спокойствием Давина пьёт напиток.
Вроде бы не отравилась. Тоже решила попробовать и не прогадала: медузий придавал чаю сладкий аромат и блаженный вкус, который на земле был явно недоступен. Биологи ещё не вывели такое растение.
А жаль.
И я рассказала всё, что знала. Свои наблюдения, свои сны и поделилась даже умозаключениями.
Давина внимательно слушала меня, ни разу не перебив. И за это я ей была благодарна. Она не думала, что я сошла с ума, лишь верила на слово. Когда я закончила, её чай был полностью допит, и она заговорила:
— Либо тебя мучают кошмары, и ты замечаешь то, чего нет, либо, — принцесса сделала многозначительную паузу. В чём, а в них она была королевой. Мне в такие моменты, порой, хотелось её убить. Вот прям как сейчас. — Либо, ко всему прочему у тебя обострилась способность к вещему сну. Осталось понять, где правда, а где кошмары, появившиеся на фоне стресса.
Внимательно наблюдала за каждой реакцией, пытливо всматриваясь в каждое действие подруги. Она не переживала. Либо искусная актриса, либо действительно не причём. Тогда у нас пять подозреваемых…
— Подожди. Первый сон был. ты подозреваешь меня? — заметив мой пытливый взгляд, поинтересовалась Давина. А затем она рассмеялась, не сдерживая себя. — Серьёзно? Неужели, ты подумала.
