После таких необычных решений нетрудно понять, почему этот режиссер много лет спустя в сценарии фильма «Жизнь в цвету» (в сильно искореженном виде лента вышла в прокат под названием «Мичурин») обратился к столь сложной, непривычной для кинематографа форме, как внутренний диалог главных героев. К тому времени отечественный экран уже освоил возможности внутреннего монолога и достаточно успешно его применял, а вот дальнейшее развитие формы, ее усложнение и превращение в непроизнесенный разговор двух людей большинству авторов казалось слишком уж нереалистическим. Сегодня, после того, как мир узнал и полюбил творчество Маркеса, подобным приемом никого не удивишь. Но тогда, в первые послевоенные годы, сочинение режиссера многих ставило в тупик.
А ведь еще в том же самом «Арсенале» финальная сцена многим казалась недопустимым нарушением основных законов кинематографического реализма. Там в надписях-титрах запечатлен диалог, который вряд ли мог происходить в жизни. Рабочий Тимош, у которого заело пулемет, пытается камнями встретить наступающих гайдамаков:
– Стой! – кричат гайдамаки, опешив, – кто у пулемета?
– Украинский рабочий.
– Стреляй!
Тимош выпрямился, разорвал на груди сорочку и стал как железный. Страшной ненавистью и гневом сверкают глаза. Три залпа дали по нему гайдамаки и, видя тщетность убогих выстрелов своих, закричали в смятении: «Падай! Падай!», – и исчезли. Стоит Тимош – украинский рабочий»132.
Довженко, как ориентированный на литературу в значительно большей степени, нежели все его коллеги по раннему советскому кино, не уставал повторять странные для режиссера рассуждения о необходимости видеть в сценарии «литературный эквивалент самой картины»133. Он сетовал на то, что «лучшие писатели пришли в кино не сразу и сценарным делом долгие годы занимались главным образом сценаристы, не блиставшие особой приверженностью к художественному слову, создавали даже якобы в угоду лаконизму кинематографической специфике особый жанр»134.
Коллега Довженко – сценарист Е. Габрилович, который чуть моложе его по возрасту и, в особенности, по кинематографическому стажу, в своих мемуарах подтверждал эти наблюдения. Он с иронией высказывался о тех кинематографистах ранней поры, которые «снимали картину не по сценарию, а по наитию да по наличию материала, который попадался им на пути»135. В этих условиях снятое нередко оказывалось такого уровня, что никак не годилось для будущей ленты. «И все, – пишет Габрилович, – начиналось сначала. Писался новый сценарий под снятый материал, делались новые надписи… Это называлось „спасти материал“… Тогда собирали консилиум извне. Это был совет чародеев. Среди них славился В. Б. Шкловский – его рецепты и надписи являлись порой настоящими художественными открытиями, и больная картина обретала новую жизнь»136.
Конец ознакомительного фрагмента.
Примечания
1
См.: И. Л. Андроников. Литература, радио, телевидение // Фундаментальная электронная библиотека «Русская литература и фольклор» / Краткая литературная энциклопедия Т. 4. М. 1967 // URL: http://feb-web.ru/feb/kle/kle-abc/ke4/ke4-2482.htm.
2
Так охарактеризована «машина», один из постулатов для «переделки человека» в поэме пролетарского поэта: Гастев Алексей Капитонович. Пачка ордеров. Рига,1921 // URL: http://az.lib.ru/g/gastew_a_k/text_0005.shtml. См. об А. Гастеве публикацию Е. Харитонова // URL: http://futurum-art.ru/autors/gastev.php.
3
См.: Е. М. Петрушанская. Фонография в контексте других форм механического воспроизведения музыки // История русской музыки. Собрание в 10 томах / Т. 10Б. 1890—1917 гг. «Серебряный век». Общ. ред. Л. З. Корабельникова, Е. М. Левашев. М.: Музыка, 2004. С. 803—863. См. также: От базарных звуковых игрушек – до зарождения эстетики звукозаписи. Фонография в России до 1917 г. // Высокое и низкое в художественной культуре. Сост. Ю. Богомолов. Т.1. М.: 2012. С. 167—198.
4
Напечатано в Харькове во 2-м «Временнике» 1917 г. // Н. Л. Степанов. Велимир Хлебников. М., 1975. С. 171. Цит. по статье: И. А. Барсова. Харьковские «давидсбюндлеры» // Сто лет русского авангарда: сб. ст. [авт. проекта и науч. ред. М. И. Катутян]. М.: Московская консерватория, 2013. С. 337.
5
А. Лурье. Наш марш // Новый журнал. Нью-Йорк, 1969. С. 128.
6
В. В. Хлебников. Творения. М. 1914. Цит. статья поэта «Радио будущего» по: В. В. Хлебников. Творения / Под ред., вступ. ст. М.Я.Полякова; сост., подгот. текста и коммент. В. П. Григорьева и А. Е. Парниса. М. 1985. С. 272.
7
Там же.
8
Там же.
9
Там же.
10
Там же.
11
Там же.
12
Там же.
13
Там же.
14
Там же.
15
Там же. С. 638.
16
В окт. 1921 г. Хлебников поступил на службу в Тергуброста в Пятигорске, печатал стихи в местной печати. Сохранились два документа этого времени. В списке сотрудников Роста под №56 значится: «Хлебников Виктор Владимирович – ночной дежурный; в 11 армии – председатель литературного ком <итета>; беспартийный; ул. К. Маркса 4» и в приказе №31: «С первого сего ноября с должности ночного дежурного увольняется тов. Хлебников», – вероятно, подобно герою «Котлована» Андрея Платонова, «из-за задумчивости посреди всеобщего темпа труда» // Примечание А. Парниса / «Красная новь», 1927, №8, с. 185. Печ. по IV, 290 // URL: http://www.rvb.ru/hlebnikov/tvorprim/272.htm и URL: http://www.rvb.ru/hlebnikov/tekst/06teor/272.htm.
17
Радио будущего // В. В. Хлебников. Творения. М. 1985. С. 272.
18
Там же.
19
D. Lombardi. Nuova Enciclopedia del Futurismo musicale. Milano: Mudima Edizioni s.t.l., 2009. P. 188—200.
20
М. С. Друскин. Звучащее Вещество / Доклад сотрудника фонологического отдела. СПб.: 1923 // URL: http://www.theremin.ru/archive/phono_druskin.htm.
21
А. Гастев. Пачка ордеров. Рига,1921 // URL: http://az.lib.ru/g/gastew_a_k/text_0005.shtml.
22
Радио-агитатор // Маяковский В. В. Собрание сочинений в 13 томах. М.: Гос. изд-во худож. литературы, 1957. Т. 7. С. 262—263.
23
Радио-Октябрь // Маяковский В. В. Собр. соч. в Т. 11. М.: 1958. С. 438. Пьеса «Радио-Октябрь» вышла и отдельным изданием (Московское театральное издательство, 1927. 16 с.) Постановки пьесы к 9-ой годовщине Октябрьской революции готовил ряд коллективов «Синей блузы» в рабочих клубах и на концертных площадках.
24
Текст пьесы был частично изменен и дополнен стихотворением Маяковского и H. H. Асеева «Первый первомай» (Там же: Маяковский В. В. Собр. соч. Т. 7. С. 373). В таком виде под названием «Радио-Май» пьеса была напечатана в журнале «Синяя блуза» (М. 1927, N. 5—6 [53—54], март).
25
По запросу (англ.) – прим. ред.
26
Журнал «Говорит Москва». 1931. №11. Характерен и негативный отклик на трансляцию непонятной коллективу слушателей оперы «Борис Годунов», с пожеланием передачи понятных народных песен (Радиослушатель. 1928. №12. С. 2).
27
Подробнее об этом см.: Е. М. Петрушанская. Эхо радиовещания в 1920—30-е годы. Музыкальная гальванизация социального оптимизма // Советская власть и медиа. Там же. С. 124.
28
В. В. Маяковский. Собр. Сочинений в 13 томах. Т. 9. М., 1958. С. 317- 319.
29
В. В. Маяковский. Там же. Т. 9. М., 1958. С. 319—320.
30
В. В. Маяковский. Собр. Соч. Т.10. М., 1959. С. 159—163.
31
Там же. С. 161—163.
32
М. В. Исаковский. Провода в соломе. Кн. Первая // Сибирские огни. Сибирское краевое отделение государственного издательства, 1928. С. 216.
33
Е. Толстая. Пастернак и Кузьмин. К интерпретации рассказа «Воздушные пути» // Пиры серебряного века / Литература и история. Литературоведение // URL: http://silver-age.info/pasternak-i-kuzmin-k-interpretacii-rasskaza-vozdushnye-puti/2/.
34
И. Бродский. Интервью о музыке // Петрушанская Е. Музыкальный мир Иосифа Бродского. СПб.: изд. «Звезда», 2004. С. 15.
35
Ж. Бодрийяр. Система вещей. М., 1995. С. 92—93.
36
Напомним, что в 1927 году Е. Замятин участвовал в создании либретто фантасмагорической оперы Д. Шостаковича «Нос» (им написана сцена пробуждения Ковалева в первом акте).
