– Вы недовольны мной, моя милая Психея? – тихо спросил Гейбриел.. – Вы так молчаливы.
– Нет, просто я волнуюсь. Давайте найдем пару стульев, и я объясню вам…
Но им снова помешали! К ним направлялась Салли. Психея напряженно выпрямилась. Жить во лжи было страшно утомительно, все время приходилось быть готовой ко всему.
– Софи хочет видеть тебя, Психея, – весело сказала Салли. – А несколько человек жаждут познакомиться с твоим женихом.
«И все они – женщины!» – подумала Психея. Ей хотелось схватить его за рукав и не отпускать от себя. Вместо этого она ограничилась тем, что бросила на Гейбриела предупреждающий взгляд и отправилась в другой конец зала.
Тетя Софи, удобно расположившаяся в мягком кресле, беседовала с пожилыми дамами.
– А вот и ты, дитя, – сказала Софи. – Я хотела, чтобы ты поздоровалась с моими друзьями.
Психея изобразила на лице вежливый интерес.
– И кроме того, – недовольно добавила тетушка, – не цепляйся за своего молодого человека как влюбленная дурочка, как бы смазлив он ни был.
Психея застыла под зорким взглядом старой дамы. Конечно, она не могла допустить, чтобы над ней смеялись. Девушка отвернулась от остальных гостей и принялась болтать с тетушкиными приятельницами. Прошло четверть часа, прежде чем она смогла вернуться в зал. Где же Гейбриел? Она отыскала его в окружении молодых девиц, раскрасневшихся, смеющихся и строящих глазки ее предполагаемому жениху.
«Что, они совсем потеряли рассудок?» – с раздражением подумала Психея. Может ли она вмешаться? Психея встала в нерешительности. Рядом с ней остановилась мать одной из собеседниц Гейбриела.
– Я поражена, что вам наконец это удалось, Психея, – сказала миссис Моннат.
– Что? – нахмурилась Психея. – Вы думали – я безнадежная старая дева?
– Нет, дитя, с вашим богатством вы всегда могли выйти замуж. Но я думала, вы никогда не избавитесь от вашего мерзкого кузена, – со смешком заметила матрона.
– О! – Психея тяжело вздохнула. – Это было непросто.
– И нашли такого обворожительного молодого человека, в нем что-то есть… Все женщины будут вам завидовать. Он намного интереснее вашего кузена.
– Ваша Люсиль, кажется, тоже так думает, – усмехнулась Психея.
Мать Люсили улыбнулась и заговорила уже серьезно:
– У нее хватит ума не увлечься джентльменом, который помолвлен, но он так владеет искусством флирта, что ей полезно попрактиковаться. Она немного застенчива и неуверенно чувствует себя в обществе, ее приданое не сравнить с вашим, оно не соблазнит расчетливого человека. Мы, конечно, не мечтаем о маркизе, но мне бы хотелось устроить ее счастье.
Психее стало стыдно.
– Люсиль – очаровательная девушка, и я надеюсь, она встретит достойного человека.
– Благодарю вас, моя дорогая, я тоже на это надеюсь.
Когда музыканты заиграли новую мелодию, Психея увидела, как Гейбриел, извинившись, покинул девиц и направился в другую сторону зала. Он извлек из общества старых дам Матильду и повел ее к танцующим. Матильда светилась от счастья, и Психея неожиданно почувствовала прилив гордости. Он не забыл; она была довольна, что пока он вел себя подобающим образом, и радовалась за свою славную толстушку кузину.
Когда танец закончился, Гейбриел подвел Матильду к группе молодых людей и через пару минут оставил ее с очень молодым человеком с пышным галстуком, почти скрывавшим его подбородок. Как Гейбриелу удалось вовлечь застенчивую Матильду, обычно сидевшую с пожилыми дамами, в разговор с джентльменом ее возраста, было непостижимо, но Психея невольно восхищалась Гейбриелом.
Он подошел к ней. Наконец она сможет преподать ему еще один урок хороших манер. Гейбриел поклонился ей и стоящим рядом с ней дамам.
– Если позволите, леди, – сказал он. – Моя невеста обещала мне этот танец.
Психея не говорила ничего подобного.
– Нет, нет, – запротестовала она. – Давайте найдем тихое местечко. Мне так много надо сказать вам, и…
– Разговоры могут подождать, – улыбнувшись дамам, неожиданно сказал Гейбриел не терпящим возражений тоном. – На этот раз вы должны слушаться меня, дорогая Психея.
Она не успела ничего сказать, как очутилась среди танцующих гостей, и Гейбриел, обняв ее за талию, прижимал к себе так близко…
– Я… не… я не хотела, я… – Психее почему-то стало трудно дышать.
– Я получил разрешение тети Софи на вальс с вами, – прервал Гейбриел ее попытки что-то объяснить. – Вы не робкая дебютантка, а светская дама и прекрасно танцуете. А я получил уже достаточно указаний для одного вечера.
– Я всего лишь пыталась помочь вам, – сказала Психея и тут же пожалела о своих словах. Приходилось признать, что она думала только о себе, но ведь и он не желал провала.
Но в этот момент Гейбриел, казалось, совершенно не беспокоился о приличиях. Он крепко держал ее в своих сильных руках, и ей ничего не оставалось, кроме как послушно кружиться в вальсе вместе с ним.
Это было странное ощущение. Психея, конечно, и раньше много танцевала с разными кавалерами, включая и неуклюжего Перси, наступавшего ей на ноги. Но никогда она не испытывала этого чувства наслаждения, отдаваясь во власть своего кавалера, осторожно и уверенно ведущего ее. Независимую и своевольную мисс Хилл должно было бы беспокоить это новое ощущение. И беспокоило, уверяла себя Психея.
Но неожиданная смена настроения, почти радость и облегчение от того, что хотя бы на минуту можно переложить свои заботы на кого-то другого…
О чем это она думает? Этот слишком ловкий актер влияет на нее, как и на остальных женщин, приближавшихся к нему. Она должна оставаться равнодушной. Но это было невероятно трудно сделать. Он с такой непринужденной грацией кружил ее в вальсе, его невероятно красивое лицо, ясные темно-синие глаза, казавшиеся полными страсти, были слишком близко…
Она не должна о нем думать. Не должна уступать его чарам. Этот человек был не только актером, он был чародеем. С огромным усилием Психея отвела глаза от его лица и уставилась на его галстук.
– Я называю этот галстук Синклером, – небрежно сказал Гейбриел. – Я придумал его, когда учился в Оксфорде и мечтал стать настоящим денди.
– Что? – Психея так удивилась, что снова посмотрела ему в глаза. Это оказалось ошибкой. На этот раз она уже не смогла вырваться из плена его ясных синих глаз. В горле у нее пересохло. – О чем вы говорите?
– О том, как я завязываю галстук, конечно. Мне показалось, вас интересует мужская мода. – Гейбриел добродушно подсмеивался над ней, но Психея покраснела от напоминания об их недавнем споре.
– Я только пыталась помочь, – сохраняя чувство собственного достоинства, ответила она, – посоветовать, как вам себя вести…
