С ума сойти! Идиот, самый настоящий, неисправимый идиот!
Что он говорил? «В одной поре ходишь, не то, что Нелька, отрастила кардан, в дверь не проходит»? «Хоть титечки нормальные увижу»? Ти-те-чки?! Ти-те-чки?! Испанский стыд!
Оказалось, семья – это сложно. Дети требуют времени, денег, сил. Женщины от родов и безденежья не превращаются в воздушных фей, а становятся требовательными мегерами, от которых хочется бежать сломя голову. Хоть на край земли, хоть к чамрочной бывшей жене.
Вспомнились слова деда: «Хорошо, что ушёл. Хорошо, что детей не нажили. Бог отвёл». Тогда она не поняла, прозвучало слишком больно, резало по живому. «Детей не нажили…» Сейчас, как никогда поняла – прав дед. Бог действительно отвёл.
Пусть теперь «kissa087», у которой «всё в руках горит, сама как пряник выглядит, и за три версты видно, подмахнёт, так подмахнёт» – идеал женщины Олега и его мамаши, – «в кулаке хозяйство мужа держит».
Через пару дней Лида отправилась в женскую консультацию. Во-первых, обещала Ивану, а во-вторых, действительно давно не была, стоило уделить внимание женскому здоровью. От перспективы попасть в клинику Европы, Израиля или США она отказываться не собиралась – тот подарок, который она примет с радостью, как самый щедрый дар судьбы. Принесёт обращение плоды или нет, покажет жизнь, но шанса стать матерью Лида упустить не могла.
Похороненная много лет назад надежда робко поднимала голову, нашёптывала ночами о призрачной возможности родить. Своего. Единокровного. Не быть больше никогда одинокой, выполнить свою давнюю, самую искреннюю, щемящую мечту – стать матерью. Пустота, поселившаяся, казалось, навсегда в сердце и душе начинала отступать. Миллиметр за миллиметр. Шажок за шажочком.
Что произойдёт в случае разочарования, Лида старалась не думать. Боялась представить силу удара, если надежда окажется напрасной. Она наслаждалась странным, забытым чувством. Ощущением себя полноценной женщиной. Пусть робким, почти игрушечным, но настолько ценным для женщины, давно поставившей крест на перспективе собственного материнства, что тоненький росток надежды хотелось бесконечно лелеять.
Врач на участке не поменялась. Всё та же Людмила Николаевна, когда-то утешавшая совсем молоденькую пациентку после выкидыша, обещавшая, что та непременно родит в следующем году. С тех пор прошло почти тринадцать лет…
Людмила Николаевна Лиду вспомнила сразу, внимательно выслушала слова об отсутствии жалоб и то, что у пациентки появилась возможность пройти обследование в дорогостоящих клиниках по поводу давнего бесплодия.
– Хорошо, – кивнула женщина, поправив очки. – Наша медицина не хуже, можно направление в центр репродуктивного здоровья взять.
– Раньше не предлагали, – искренне удивилась Лида.
– Раньше и нельзя было. Проходите за ширму, устраивайтесь.
Существует ли женщина, спокойно относящаяся к посещению гинеколога? Любую представительницу слабого пола передёргивает при виде того самого кресла, синей пелёнки, инструментов. Лида не была исключением, она тяжко вздохнула и приготовилась…
– Когда была последняя менструация? – переспросила Людмила Николаевна. – Хорошо… Хорошо, – себе под нос бубнила врач.
Лида же не чувствовала ничего хорошего. Холодные мурашки, поднявшись на колкие цыпочки, пробежались по позвоночнику. Пальцы похолодели, ноги покрылись гусиной кожей.
– Одевайтесь, – всё, что ответила Людмила Николаевна.
Через несколько часов совершенно ошалевшая Лида вышла уже из платной клиники, где безо всякой очереди ей сделали УЗИ и срочный анализ крови. Блага, недоступные в условно бесплатной женской консультации.
Беременность. Срок настолько крошечный, что не каждый тест покажет, но беременность есть. Существует! Прямо в те минуты, когда Лида, оглядываясь, стояла на улице, боясь шевелиться, дышать, в те секунды, когда сделала несколько робких шагов по тротуару, сообразила вызвать такси. В те самые мгновения, когда она забиралась на заднее сидение авто, именно тогда росла, крепла новая жизнь.
Жизнь её ребёнка!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Множество раз она читала о подобных чудесах. Понимала, что, отпустив, наконец, ситуацию, приняв собственную жизнь и бесплодие, не как неминуемое зло, а как данность, организм расслабился, женская природа взяла своё, однако не могла поверить в происходящее.
Она беременна! Беременна!
Возможно ли стать счастливей, чем была в те мгновения Лида? Существует ли для матери кто-то, важнее ребёнка, пусть пока и не рождённого?
На негнущихся ногах она поднялась в свою квартиру, просидела на кровати, не шевелясь и, кажется, не дыша целый вечер, пытаясь уложить новую реальность в старую жизнь. Ночью забылась зыбким сном, ворочалась с боку на бок. Память подкидывала ненужные, жалящие воспоминания о прошлой неудачной попытке, заставляя поджилки трястись от страха. Не за себя. За жизнь ребёнка. О себе Лида не могла думать даже усилием воли.
Утром позвонил Иван, сказал, что вернулся в город. Договорились встретиться вечером. Только тогда, нажав отбой на телефоне, Лида абсолютно ясно поняла, что её ребёнок – не только её.
Будущий ребёнок Фролова Ивана Ефремовича – одного из самых богатых, влиятельных людей страны, а то и мира. Человека, способного перевернуть любой закон в свою сторону, совершить беззаконие и остаться безнаказанным. Иллюзий о сильных мира сего Лида не питала.
Не было никакой причины думать дурно об Иване, он не давал поводов, напротив, удивлял тактичностью, талантом договариваться до возникновения малейшего конфликта, деликатностью, однако сути это не меняло. В правовом поле Лида абсолютно беззащитна перед Иваном.
Мысли, что Иван предпочтёт избавиться от ребёнка, не возникало. Дальнейшая же судьба малыша вызывала массу вопросов. В памяти услужливо возникали подкинутые СМИ образы несчастных матерей, лишённых возможности воспитывать, даже видеться со своим детьми. Начала вызывать сомнение история Марселя. Действительно ли та женщина, мать мальчика, оставила ребёнка? По своей ли воле? Почему ни разу за столько лет не объявилась? Что послужило причиной такого отношения к родной крови?
Фролов смог забрать сына, не будучи его биологическим отцом, что ожидает ребёнка Лиды? Их совместного малыша? Влюблённость сегодня есть, завтра – проходит. Сегодня мужчина обещает осыпать всеми благами мира, завтра становишься чамрочной училкой, с неподходящим размером груди, цветом волос, глаз, противным голосом.
Не считая того, что вся эта история с внезапной беременностью на фоне откровения о бесплодии похожа на классический женский развод. Попытка подцепить мужчину на живот… Что подумает Иван? Скорее поверит в счастливое для Лиды стечение обстоятельств или в рациональное «случайностей не бывает»? Сама бы она поверила? Буквально позавчера, поверила бы?! Ответ очевидный – нет.
Ближе к обеду Лиду уже трясло от сомнений. Возможно, расшалились гормоны, нервная система не выдерживала нахлынувших перемен. Она позвонила в клуб, сослалась на плохое самочувствие, отменила занятие и отправилась к Ивану. Ждать казни больше не могла и не хотела. Будь, что будет!
Офис располагался далеко от родного микрорайона. Лида добралась на такси, решив не рисковать, передвигаясь в общественном транспорте в час пик. Отныне она должна думать не о себе, экономии, удобстве, а о благополучии крошечной жизни под сердцем.
Двери распахнулись, огромный вестибюль светился тысячами светодиодов, мраморные стены отражали спешащих людей. Линия турникетов загораживала проходы к лифтам. Охранник хмуро посмотрел на мнущуюся Лиду.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Она несколько раз за поездку набрала номер Ивана, всё безрезультатно. Попробовала ещё раз, уже стоя у турникетов – результат такой же.
– Девушка, вам помочь? – подошёл охранник, не тот, что пристально следил за проходящими через преграды с помощью электронных пропусков, а другой, материализовавшийся как из ниоткуда. Чертовщина какая-то.
– Мне к Фролову… – немного растерялась Лида.
– Какому именно Фролову?
