Читаем без скачивания Пламя теплится - Максим Субботин

Девушка с досады махнула рукой и зашагала прочь. Она понимала, что приводить в уже устоявшуюся общину новичка, тем более под самую зиму – не лучшее решение. Ладно бы новичок был сильным и смог быстро освоиться, принести первую пользу. Так нет – она нашла тощего деда. Возможно больного, возможно заразного… Быть может, он и сам понимал, что не имеет права навязываться, садиться на чужие плечи? Потому и поспешил удалиться. Но от этого не становилось легче. Скорее напротив. Как можно надеяться возродить цивилизацию, забыв о сострадании? Дезире этого не понимала и не принимала. Каким будет новый мир, если в его основании лежит голый расчет? Жить, подчиняясь логически выверенным решениям, ей не хотелось. Даже если только такой мир, такие устои были способны обеспечить выживание.

Еле слышно скрипели колеса телеги, медленно катились мысли. Девушка уже почти смирилась с трагической судьбой несчастного старика. Вернее сказать – попыталась выбросить его из головы, хотя не очень удачно. Червоточина сомнений то и дело напоминала о себе очередным уколом совести.

Все молчали, и потому голос Гракха раздался неожиданно:

– Глянь-ка, Кэр…

Дезире непроизвольно обернулась, и в следующее мгновение её лицо озарилось измученной улыбкой.

– Хилки поговорил с Браксусом, и мой друг сказал, что мы пойдем за красивой девочкой, – проговорил мирно шагающий за ними дед. Его взгляд какое-то время оставался чистым и пронзительным, но вскоре снова стал рассеянным.

Глава третья

Музыка почти оглушала.

Кэр старался пропускать мимо ушей все, что играло на празднике. Его собственные вкусы разительно отличались от предпочтений основной массы. Он же со своими пристрастиями к тяжелой музыке оставался в меньшинстве. Гром барабанов, рев электрогитар – вот что действительно пришлось ему по сердцу в новом мире, вот что он хотел бы забрать с собой, если когда-нибудь представится возможность вернуться домой. В настоящий дом, откуда пришли его предки.

Старые, непонятно откуда откопанные СD-диски безжалостно зависали в стареньком музыкальном центре, а о качестве звука из не менее старых колонок говорить вовсе не приходилось.

«И на кой я приперся на этот праздник?» – в который раз за последние два часа подумал Кэр.

После возвращения из института прошло уже три дня, которые были посвящены разбору полетов, а так же приготовлениям к празднику. Радость по случаю удачного возвращения экспедиции, а пуще того – ее результатов, была столь велика, что Закэри решил дать жителям общины возможность расслабиться. В самом деле, событие стоило того, чтобы один вечер сделать ярким и запоминающимся. Небольшой отдых перед очередным рыком в бесконечном марафоне.

Кэр всеобщей радости не разделял. Что толку веселиться, если это лишь короткая передышка в длинной череде серых будней, сводившихся в конечном итоге к одному – выживанию. Бесило то, что Закэри отказался переселяться в институт. Даже теперь, вспоминая их последний разговор, эрсати хотелось разнести кому-нибудь голову. Зачем нужна такая перестраховка?

«Институт недостаточно исследован. Нет времени на его переоборудование. Возможно, весной, а пока будет достаточно навещать его по мере необходимости…»

Кэр искренне считал, что здание НИИ можно перестроить в неприступный форт, обеспеченный всем необходимым. Великолепно защищенная база – сейф. Странно, что только ему одному этот факт казался очевидным. Ну и что из того, что несколько следующих месяцев будут относительно комфортными: горячая вода, тепло, даже некоторое разнообразие в пище. Что дальше? Во всем этом не просматривалось будущее. Кэр видел вереницу однообразных дней и никакой надежды на лучшую долю. Институт оказался кладезью, не воспользоваться которой было преступлением. Тем более, всегда оставался риск: тем, что не взяли они, воспользуются другие. А вот тогда будет поздно кусать локти.

Эрсати не мог смириться с ощущением, что находится в жестких рамках примитивного отсталого общества. Что не живет, а существует, подобно пирующим на помойке крысам. Зачем планировать, строить долгосрочные планы? Есть что пожрать, где поспать – уже радость. Это убивало. Он понимал, что не может жить в общине и быть вне ее. Но чем дальше, чем сильнее в нем крепло неприятие решений Закэри. Хотелось чего-то большего и лучшего…

Рассматривая зал заводской столовой, где проходило празднество, эрсати в очередной раз убеждался в том, что у людей весьма скудные представления о настоящем празднике. Собирать в одном месте представителей разных рас в его понимании было, по меньшей мере, недальновидно. На тех же заркканов даже смотреть противно – грязные, в извечных балахонах или комбинезонах, с неотъемлемыми инструментами в карманах. Спрашивается – зачем им все эти отвертки и клещи на празднике? Хорошо еще, что мало их – всего четверо вместе с Гракхом. Но и этого казалось чрезмерно много.

Кэр поморщился. Для полной картины не хватало парочки вурстов. Эти-то громилы всегда привлекали внимание – не умом, так габаритами. Имея два с лишним метра роста и отлично развитую мускулатуру, они могли голыми руками в буквальном смысле слова разорвать человека на куски. Но при этом раса не была откровенно агрессивной, хотя в техническом плане продвинулась довольно далеко. Для Кэра до сих пор оставалось загадкой – как природа могла наградить эти туши еще и мозгами? Бронекостюмы вурстов давно потеряли всякую схожесть с одеждой. Оснащенные встроенным плотно подогнанным экзоскелетом и гидроусилителями – они делали своих обладателей лучшими не владеющими магией бойцами. Самые дорогие наемники, как-никак.

Зал, рассчитанный на одновременный прием порядка четырехсот человек, для небольшой общины был просторным настолько, что его разделили на две половины. В одной поставили столы с угощением, а в другой организовали место для танцев. Открылся праздник словами старосты, который искренне благодарил участников небольшой экспедиции и уверял, что при рациональном использовании электроэнергии, кристаллов должно хватить до самой весны, если зимой не будет аномально сильных морозов.

Эрсати пропустил эти слова мимо ушей. Даже его тщеславие не отозвалось на похвалы, приняв как должное, но не больше. На душе скребли кошки. Все происходящее казалось неправильным, несвоевременным.

– Налей мне еще этой отравы! – неприветливо бросил Кэр исполняющему обязанности бармена мужчине. Тот стоял за сооруженной из пластиковых панелей и металлических уголков стойкой.

– Что-то мне невесело…

Бармен развел руками: мол, не хочешь – не сиди. После чего подхватил из ящика бутылку, выдернул пробку, и плеснул в стакан эрсати мутную темно-зеленую жидкость. Из чего гналось это пойло Кэр знал, но предпочитал об этом не думать. Судя по тому, что теперь оно не вызывало сильного рвотного рефлекса, можно было предположить, что технология все-таки претерпела некоторые изменения. Раньше это могли пить разве что заркканы. А теперь ничего. Хоть в чем-то прогресс не стоял на месте.