убегавших, вреда им не причинив, но придав им дополнительное ускорение.
Замечаю стоящих по колено в воде у берега четырех сиракских лошадей, даю команду шлюпам на подход к берегу, а Савлию и Гнуру, взять морковки и попробовать успокоить лошадей, находящихся в полном ступоре. Даже никак не реагирующих, на подход почти к ним вплотную шлюпов. Морковки или навыки, привитых с рождения, сарматских детей обращения с лошадьми, дали свои результаты. Савлий и Гнур вывели лошадей из воды на берег.
- Семён, остаешься за меня командовать шлюпом, быть в полной боевой готовности, а я с Савлием и Гнуром осмотрим труп царя и его шатер.
Вскочив в седла сиракских лошадей, одну взяв в качестве заводной, все четыре оказались кобылами, рысью направились на холм к царскому шатру. У шатра нашли труп царя Зорсин VII, сняли с него все царские регалии, оружие, доспехи, шапку и халат, а затем отрубил его голову, которую положил в мешок и вместе с мешком с царскими регалиями, приторочил к седлу заводной лошади.
В шатре было по-походному аскетично, вернее в нем ничего не было, за исключением ковра размером два на два метра.
- Может возьмем шатер, - предлагает Савлий, - спать под открытым небом тогда в походах не придётся.
Смотрю на Савлия, который смотрит на меня совершенно невинным взглядом, но при этом явно намекавший на наш последний поход на восток.
- А почему бы и не взять, - с ухмылкой смотрю на Савлия. – Разбирайте шатер и грузите его вместе с ковром на заводную лошадь.
Осмотрев другие трупы мужчин и женщин воинов, выбрал четыре мужских кинжала и два женских с поясами, для Николая, Бориса, Ивана, Михаила, Эвики и Лады. Ребятам также наказал собрать кинжалы с поясами для себя и членов экипажей, в том числе для четырех девочек.
Вернувшись на шлюпы, загрузили четырех кобыл и медленно по течению стали сплавляться к городищу Арын. Пока сплавлялись, вся команда переоделась в парадную одежду. При подходе к городищу, было заметно, что в него возвращаются жители, а наиболее смелые вышли за тын и начали добивать раненых и обдирать трупы сираков, а еще одна небольшая часть ловила бродящих вокруг городища уже более-менее успокоившихся сиракских лошадей.
Я швартую свой шлюп к причальной стенки городища Арын, а шлюп Михаила встает на якорь по центру реки. Только спустили сходни, как к шлюпу подходит группа из шести старейшин, один, явно глава городища либо племени, идет чуть впереди. А за ними на расстоянии пятьдесят метров идут местные жители, которых с каждой минутой становиться всё больше и больше.
Подмигиваю Семёну, тот берет рупор, который многократно усиливает его голос и держа за волосы голову царя сираков, начинает вещать на угорском языке:
- В городище Арын на своём корабле прибыл победитель царя Сираков Зорсина VII глава рода Руссов Божественный Король Руссов его величество Владимир I. В знак добрых намерений глава рода Руссов Божественный Король Руссов его величество Владимир I дарит городищу Арын голову их врага царя Сираков Зорсина VII, – и протягивает голову царя в сторону старейшин.
А в ответ тишина, никто подниматься по сходням и забирать отсеченную голову не торопится.
"Похоже старейшины еще не осознали, что произошло. Звук взрывов в городище, с учетом расстояния до их места, были не такие и громкие, места взрывов заволакивало дымом. Ну, привезли мы голову царя, и, что, их же воины из-за тына тоже стрелы пускали. Понятно, атака уже отбита, враг бежал и прогибаться передо мной старейшинам гордость не позволяет, да и свой авторитет перед жителями терять не хотят. Ждут, чтобы мы спустились и преподнесли им голову. Нет братцы аборигены, так не пойдет. Придется ломать вас через колено» - мгновенно анализирую в мозгу сложившуюся ситуацию.
А Семён, выждав паузу:
- Держите подарок, - и бросает отрубленную голову прямо к ногам главе старейшин.
Глава 11
Глава старейшин на упавшую голову к его ногам, никак не реагирует, а двое старейшин за его спиной, начинают разворачиваться, намереваясь уйти.
Через соломинку набираю в рот из фляжки, спрятанной под одеждой за плечом, керосин, беру факел и запуская в сторону старейшин в паре метров над их головами шестиметровую огненную струю, а в это же время с двух шлюпов в воздух из пращи, запускаются четыре бензиновых бомбы с небольшим пороховым зарядом, которые взрываются на тридцатиметровой высоте над городищем, образуя огромные огненные шары с протуберанцами.
Все присутствующие, в том числе старейшины, падают со страха на землю, при этом глава старейшин падает лицом прямо в отрубленную голову царя сираков. Дальнейшего развития событий ждать не стал:
«Позже сами приползут, а нам еще с базой сираков разбираться», - злорадствую про себя, а в слух командую:
- Отдать швартовы! Поднять паруса!
Шлюп медленно отваливает от причальной стенки и поймав парусами ветер, набирая скорость, идет вниз по течению. Смотрю на удаляющееся городище Арын, и всё еще стоящего на коленях главу старейшин, который ошалевшими от страха и ужаса глазами смотрит на меня. Через пару минут наблюдаю как к старейшине подбегает шаман, не сложно его идентифицировать по специфической одежде, маске на лице, колотушке и бубну, которой начинает что-то говорить старейшине, активно жестикулируя руками.
Медленно продвигаемся по течению вниз по реке Иж. Галеры на месте её посадки на мель нет, видимо экипажу удалось сняться с мели и галера ушла в Каму.
Выходим в Каму, а дальше на всех парусах идем вверх по течению. Нужно успеть раньше сбежавших сираков, прийти к их базе на реке Сюзьва.
Через пять суток в первой половине дня, входим в реку Сюзьву и медленно поднимаемся вверх по течению. Останавливаемся у берега, с ранее облюбованного мной дерева, осматриваю окрестности. База сираков не изменилась, всё также окружена валом с тыном. На берегу реки, вытащенные на пляж, находятся около двадцати долблёнок. В самом поселении наблюдаю не более двадцати мужчин и женщин, занимающихся повседневными делами.
Возвращаюсь на шлюп и отдаю команду на атаку. Идем со скоростью пять узлов. Приблизившись на расстояние в четыреста метров, начинаем обстрел из стреломётов. Поселение заволакивает дымом, шлюпы продолжают движение, стреломёты через каждые шесть секунд дают залп. Приблизившись на расстояние в пятьдесят метров, но что происходит в поседении из-за дыма не видно, поэтому прекращаем стрельбу из стреломётов. Каждый член экипажа из пращи закидывает в поселение по две гранаты. Грохот от взрывов стоит неимоверный. Шлюпы подходят
