Даже в Средиземноморье есть некоторые трудные страны. Ливия например всегда была off-limits. Мы знаем об одной яхте, которая много лет назад по причине аварии запросила разрешение там остановиться. Разрешение было получено и яхта вошла в ливийский порт. Экипаж поначалу был хорошо принят, но через несколько дней власти изменили отношение. Лодка была арестована а экипаж брошен в тюрьму по обвинению в шпионаже. Сегодня всё меняется, но прежде чем идти туда, лучше проверить.
Согласно истории, легендам, рассказам и слухам пиратским гнездом должен бы быть Малаккский пролив. Мы проходили там много раз. Первый раз было тревожно, потом уже каждый раз всё более спокойно, хотя бы потому, что там всегда находишься в компании сотен кораблей, лодок, буксиров, сухогрузов. В конце концов мы даже слегка обнаглели и стали любопытствовать. В некотором смысле нам хотелось бы увидеть хоть что нибудь. Мы хотели найти какого-нибудь старого пирата, записать рассказы и возможно даже удовлетворились бы сфотографировав и засняв какое нибудь судно с водяными пушками использовавшимися против пиратов идущих на абордаж. Но мы так ничего и не видели и никто нам не мог ничего рассказать. Пиратские нападения на самом деле очень редки. Они сразу же становятся событием и вызывают большой отклик, но всё-таки остаются маловероятными.
Уже несколько лет статистику пиратства собирает Piracy Reporting Centre of International Maritime Bureau, агентство международной торгово-промышленной палаты с центром в Куала Лумпуре. В среднем количество пиратских нападений в мире колеблется около трёхсот в год. Из них больше половины происходит в Азии, почти всегда против судов и почти никогда против маленьких яхт.
Тем кто думает что эти цифры свидетельствуют об опасности этих мест или просто считает, что плавать на яхте по свету опасно, хотим задать следующие вопросы:
1. Сколько вооружённых нападений в год происходит в Италии?
2. Сколько людей получают травмы за один горнолыжный сезон в Альпах, площадь которых представляет собой бесконечно малую часть поверхности тропических морей?
Ответ на последний вопрос — 30.000, из которых треть средней тяжести. Казалось бы опаснее посещать трассы Кортины и Червинии, чем плавать в пиратских водах Малайзии.
11. Плавание в океане
Нам, привыкшим к переполненной луже Средиземноморья, мысль об океане внушала страх. Бесконечные пространства, огромные расстояния, невозможность остановиться в случае необходимости, мысль о прибытии в далёкие и загадочные места, всё это вместе создавало ощущение сложности и трудности.
Теперь, по прошествии многих лет, мы можем с уверенностью сказать, что плавание в океане не сложнее чем в нашем море, хотя и сильно отличается. В первую очередь нужно привыкнуть к мысли, что в море придётся быть очень долго, неделями. В первые дни всегда трудно физически и психологически. Когда земля исчезает, чувствуешь себя неуютно и неудобно, возможны проявления морской болезни. Бескрайняя ширь шумящих волн, их бесконечное непрекращающееся движение делает сложными даже простые вещи. В первые дни всё даётся с трудом: сильно качает, единственное место где относительно удобно, это койка, но и там приходится быть постоянно в напряжении. Любое действие, даже просто подняться, требует жертвы. Каждый раз требуется усилие воли чтобы заставить себя выйти проверить паруса, приготовить поесть, сделать прокладку или нанести точку на карту, даже сходить в туалет. Ночи длинные и темные, вахты кажутся нескончаемыми, всё погружено в чёрное море без огней берега идаже без дружеского огонька какой нибудь другой яхты. Так будет в первый день, и так же во второй. Но человек это животное которое привыкает к самым экстремальным условиям и лёгкость, с которой он адаптируется к жизни в тесной, качающейся обстановке яхты посреди океана, тому доказательство. Через несколько дней наступает утро, когда просыпаешься и замечаешь, что качка больше не беспокоит. Смотришь на бесконечную череду волн и оказывается, что они больше не вызывают страха, наоборот, зачаровывают, и стоишь уцепившись за ванту, глядя и удивляясь, как пейзаж состоящий из ничего может быть так красив.
Через неделю физические трудности проходят, или почти, психологические приглушаются. Конечно, всё ещё хочется увидеть землю, но это уже далёкая ностальгия, не доставляющая страданий. Наше тело тем временем само по себе научилось жить в условиях постоянной качки. Мышцы научились расслабляться когда лежишь на койке и следовать движениям лодки. Сами того не замечая мы находим удобное положение. Хотите знать в какой позе спят чаще всего? На животе, полусогнув ногу с подветренной стороны. Упираясь коленом каждый раз как увеличивается крен. Поднявшись, обнаруживем что с лёгкостью передвигаемся постоянно держась за что либо, совершенно естественно от поручней над койкой переходим к поручням камбуза, от поручней трапа к стойке штурвала. Руки инстинктивно находят опоры, мышцы ног и пресса без нашего участия поддерживают тело в равновесии в то время как мозг начинает воспринимать концепцию постоянно движущегося дома посреди бесконечной панорамы с пустым горизонтом вокруг.
Навигация
До сих пор были эмоции. Перейдём к техническим и практическим аспектам навигации, как определять местоположение, как выбирать курс. Дома, когда думаешь об этом, представляя бескрайность океана, от мысли оказаться там посередине, всё может показаться очень сложным. На самом деле навигация при океанском переходе сводится к простым вещам. Там нет маяков, которые надо пеленговать, берегов, чтобы следовать, рифов и мелей, чтобы обходить. Нужно лишь знать где находишься и вся работа с картами состоит в нанесении на неё раз в день точки с координатами снятыми с GPS. Это невероятно просто.
Но ещё не так давно всё было совсем не так. Мореплаватели далёкого прошлого сильно рисковали отправляясь с одного континента на другой, так как местоположение определяли лишь по счислению. Каждый день определяли количество пройденных миль на основании скорости, измеряемой на глаз или с помощьюрудиментарного лага из дощечки и линя, и наносили на карту отрезок пройденного пути в направлении курса которым следовали. Так отрезок за отрезком маршрут углублялся в океан, но постепенно накапливались ошибки и через неделю счислимое метоположение имело мало общего с реальным. В такой ситуации земля могла появиться в любой момент, днём или ночью, и только постояннаая вахта вперёдсмотрящих или удачное измерение глубины лотом позволяли избежать столкновения.
Потом, в восемнадцатом веке появился секстант, удивительный инструмент, достаточно компактный и простой, чтобы использовать на качающейся палубе лодки, и достаточно точный, чтобы измерять высоту солнца над горизонтом. Замер высоты светила, точные часы, инструкция, таблицы, немного сложения и вычитания. И на карте появляется линия положения. Это ещё не точка, но несколько линий, определённых с интервалом в несколько часов, одна утром, одна в полдень и одна после обеда, давали окончательную точку, сошибкой в несколько миль.
Прошло более двух с половиной веков, но секстант в своей основе мало изменился, и все эти годы являлся единственным доступным методом определения. И адмиралы в галунах, на военных кораблях, и капитаны коммерческих трансатлантиков и малые яхты, вроде наших, все пользовались секстантом. Мы тоже, в течении трёх лет первой кругосветки с 1988, по 1991 совершалиежедневный ритуал замера высоты и расчётов в каюте. Наносили линии положения острозаточенным карандашом, получая результат неизвестной точности.
Потом появился GPS.
Никаких больше линий и расчётов, никаких сомнений когда суша становится близко, когда не видно солнца, когда темно. Благодаря GPS положение лодки визуализируется и записывается непрерывно с ошибкой в несколько метров и достаточно взглянуть на инструмент, чтобы знать где находишся.
