Можно лишь предполагать, что в некоторых случаях какие-то интернет-ресурсы или темы ненадолго получают привилегию в поисковой выдаче «Яндекс.Новостей» для актуализации определенной политической повестки. Однако есть мнение, что некоторые ресурсы на продолжительное время занимают «не свое» место в поисковой выдаче.
Монополия над СМИ
Сайты медиакомпаний существуют за счет выручки от продажи баннеров на своих ресурсах. Рекламодатели, в свою очередь, ориентируются на трафик — количество пользователей, посещающих сайт. Серьезными игроками на рынке трафика являются поисковики. Именно через их выдачу новые, да и старые, пользователи попадают на тот или иной информационный ресурс.
Выясняется, что половину новостного трафика (который составляет свыше 5 млн переходов в сутки) «Яндекс» «наливает» девяти ресурсам, 75% трафика — 20 сайтам (см. график 2). Остальные — а это свыше 6 тыс. ресурсов — в новостную выдачу попадают крайне редко. (И это притом что в компании не хотят «“давить” маленькие проекты и отдавать предпочтение большим или избранным»). Это странно: нетрудно назвать минимум полсотни новостных сайтов — ТВ, радио, прессы, — производящих уникальный и оперативный контент. Справедлив ли алгоритм, определяющий им лишь четверть общего трафика поисковика?
Те, кто оказываются в первых строках поисковой выдачи, получают больше переходов, больший трафик и больше рекламы. Такая монополия рынка убивает финансовые возможности более слабых и менее раскрученных ресурсов. Блокировка того или иного издания запросто может привести к его гибели.
Возможно ли, что определенные сайты получают преференции при ранжировании поисковой выдачи? Можно лишь догадываться, анализируя график 3, на котором отображена структура переходов с «Яндекс.Новостей» на новостные сайты в трех временных точках: в январе 2012 года (разгар уличных протестов), в январе 2013-го (период новостного спокойствия) и в мае 2014-го (разгар конфликта на юго-востоке Украины). Как же радикально за три года изменились предпочтения алгоритма! За это время лидирующих позиций лишились сайты РБК, «Ленты» и «Эха Москвы». Сегодня в топе — новостные агентства «ИТАР-ТАСС», «РИА Новости» и «Интерфакс», и это — тенденция лишь последнего полугодия, ранее эти источники имели мизерные показатели в новостной выдаче.
Как объяснить такое резкое «огосударствление» поисковой выдачи «Яндекс.Новостей»? Пользователи интернета внезапно захотели получать информацию только из главных государственных источников? Или сами агентства, по материалам которых всегда работали СМИ, вдруг показали «высший пилотаж», стали еще оперативнее и информативнее? Тем удивительнее падение рейтинга переходов на сайт Lifenews, основного поставщика «украинского» эксклюзива. Или на сайт «Вестей» — мощного агрегатора видеоконтента.
Графики — перед глазами, выводы — ваши, доказательств никаких.
Внутренняя проблема
Зачем крупнейшей национальной поисковой компании в России компрометировать свой бизнес?
Наши источники уверяют: руководство непричастно к махинациям с поисковыми алгоритмами. Проблема — в сложной кадровой обстановке внутри «Яндекса». Специалисты и мелкие акционеры, пришедшие в компанию во второй половине нулевых, не разделяют принципы и жизненные установки команды основателей поисковика. Среди менеджеров и программистов достаточно сильны псевдолиберальные, протестные идеи. Многие из них остаются активными участниками «белоленточного» движения. Имея под рукой мощный механизм контроля новостной среды, сложно удержаться от соблазна осуществить тонкую наладку механизма поиска, акцентировать внимание населения на определенных проблемах общества, придать работе алгоритмов некоторую политизированность. Если делать это аккуратно, доказать вмешательство человека в сложную схему непросто.
Однако вполне вероятны и другие версии. Например, профессиональной некомпетентности ряда программистов и разработчиков алгоритмов. Говорят и о возможных конкурентных войнах. В ходу также теория успешного внедрения вредителей из ЦРУ.
По некоторым данным, руководство компании прекрасно знает о проблеме «Яндекс.Новостей». Но решить ее в одночасье не может. Выявить нарушителей в своих рядах сложно, назвать конкретных исполнителей невозможно. А полностью заменить среднее звено программистов нереально: многих специалистов на российском рынке днем с огнем не сыщешь.
Рынок требует прозрачности
Как общество может наладить контроль за работой поисковиков? Скажем прямо: сегодня технических возможностей для этого нет. В целом это действительно независимая роботизированная система, которая время от времени требует наладки. Но ведь за спиной каждого программиста контролера не поставишь.
Идея придать поисковикам статус СМИ, конечно, имеет определенные плюсы, но минусов куда больше. Сегодня некоторые такие ресурсы имеют все возможности и признаки средств массовой информации, не являясь таковыми по сути. Новый статус заставит компании отфильтровывать сомнительные источники, отсеивать пропагандистские сайты и т. д. Но вместе с обязанностями придут и права. Например, право подавать ту информацию, которую редакторский коллектив считает единственно правдивой. А значит, никто не запретит поисковику называть российских солдат оккупантами, а «узников болотного дела» политическими заключенными. Будем ли мы рады такому СМИ с ежедневным трафиком в 60 млн россиян?
«Возможно ли ручное вмешательство в алгоритмы “Яндекса” или нет — на самом деле не играет большой роли, — считает Игорь Ашманов , генеральный директор компании “Ашманов и партнеры”, работающей в сфере интернет- и ИТ-консалтинга. — Люди приходят на ресурс и получают новостную картину дня. Создают ли ее роботы “Яндекса” или редакторы “Ленты” — большой разницы нет. Поисковики говорят: “У нас роботы — с нас взятки гладки”. Но алгоритмы пишет человек. А потому “Яндекс”, как новостной агрегатор, также должен следить и за информационной чистотой, и за независимой подачей, и за пропагандистскими войнами».
Структурной проблемой многие участники рынка считают непрозрачность рейтинга ранжирования СМИ, предложенного поисковиками. То есть условия алгоритмов всем известны, но показатели конкретных ресурсов остаются тайной за семью печатями, а потому проверить честность поисковой выдачи сложно, не говоря уже о возможности повлиять на условия поисковых алгоритмов и подтянуть свои собственные показатели. Или просто выйти из договора с компанией и, скажем, запретить индексировать свои материалы.
Возможно, принудить компании-поисковики на более доверительные и открытые отношения со СМИ способна монетизация их сотрудничества. «И в США, и во Франции, и в ряде других западных стран приняты законы, которые обязывают Google выплачивать определенные отчисления тем СМИ, которые агрегируют поисковики. Таким образом, национальные СМИ получают поддержку, а их отношения с поисковиками упорядочиваются и формализуются. Эту схему надо использовать и в России», — с таким предложением выступил главный редактор «Комсомольской правды» Владимир Сунгоркин .
Впрочем, пока крупным игрокам российского онлайн-рынка удобно жить в нынешней системе взаимоотношений с поисковиком. А потому диалог о новом партнерском соглашении проходит вяло и подогревается исключительно государством.
Гении, пришедшие из ниоткуда Вячеслав Суриков
Почему некоторым недоучкам удается писать выдающиеся литературные произведения, отражающие суть времени
section class="box-today"
Сюжеты
Литература:
Мифы Майдана
Забыл? Расстрелять!
/section section class="tags"
Теги
Литература
Культура
Долгосрочные прогнозы
/section
Достоевский в своей знаменитой речи, произнесенной в 1880 году на публичном заседании Общества любителей российской словесности, выдвинув тезис о «всемирной отзывчивости» Пушкина как одной из самых ярких черт его таланта, тут же сравнивает его с Шекспиром, принижая драматурга в сравнении с русским поэтом: будто бы «его итальянцы, например, почти сплошь те же англичане». Утверждая особое положение Пушкина, Достоевский не может пройти мимо Шекспира, тем самым признавая, что в сознании большинства именно он занимает центральное положение не только в мировой драматургии, но и в литературе в целом. Что касается самого Пушкина, то, будучи воспитанным на французской литературе, он прочитал Шекспира в подлиннике приблизительно в 1825 году. Уже в июле Пушкин пишет Николаю Раевскому (сыну прославленного генерала): «…что за человек этот Шекспир! Не могу прийти в себя! Как мелок по сравнению с ним Байрон-трагик!» Он явно потрясен.
