Врата межмирового портала были сравнимы размерами с огромными вратами транспортного внутримирового портала столицы Велейской империи. Увы, внутренняя сеть порталов не работала так же, как и внешняя, по той же банальной основной причине: нехватка магии. Дорога, выложенная розовыми мраморными плитами, раньше вела от исполинских ворот к большому зданию магопорта, в котором встречали и регистрировали прибывающих в гости иномирных магов или просто иномирных людей, оплативших экскурсионную или деловую поездку. Между разными мирами активно шел обмен технологиями, научными и философско-культурными достижениями, формировалась единая концепция естествознания магических миров.
Те Золотые Века прогресса оставили очень скромное наследие — почти все было погублено в Темные Века. Сейчас на месте бывшего магопорта росла пожухлая трава — не сохранилось ни камня из его фундамента. А межмировой портал устоял перед разрушительной силой тысячелетий благодаря самоотверженности многих поколений магов, накладывавших на портал защитные заклинания, жертвуя на это остатки своей магической энергии. Монументальные врата, потрескавшиеся и покрытые темными разноцветными мхами и лишайниками, возвышались над вельдом, как монумент прошлому величию империи. На верхней перекладине каменного исполина еще была различима надпись, сделанная на древнем, полузабытом языке:
«Путь к мирам открывают знания».
Не сила, не магия, не оружие, а знания… Те, что приходилось восстанавливать по крупицам, затаив дыхание перелистывая хрупкие страницы обожженных книг, собранных далекими предками нынешних магов на пепелищах огромных древних библиотек. В некоторых манускриптах отсутствовало до семидесяти процентов текста, формулы обрывались кривыми почерневшими краями горелой бумаги, заставляя ученых магов современности рыдать горючими слезами, как плачут девушки над печальным концом сентиментального романа. Для продвижения вперед исследований законов магии необходим был объект исследований — эта самая магия, которую поставляли теперь в их мир только охотники, заманивая магов из других миров.
Сейчас официальным хранителем портала был ир Хальер. И он был полон решимости возродить это чудо забытых веков.
Защитная пелена мягко спружинила, когда маг подошел к границе, не пропуская его дальше.
— Это я, — словно давнему другу сказал порталу Хальер, прикасаясь обеими ладонями к замерцавшей в воздухе пленке.
Магия узнала своего хозяина, в защитном пологе замерцал разрыв, в который шагнул Хальер. За его спиной защитная пленка вновь стала целой и непроницаемой. Маг приблизился вплотную к порталу и провел рукой по его шершавой каменистой поверхности. Мелкие камешки и песчинки посыпались вниз от этого легкого касания.
— Я с новой гипотезой, новым заклинанием и новым реактивом, — сообщил Хальер безжизненным камням. — Буду дальше исследовать сеть наверченных на тебя заклинаний — искать ошибки и узелки в плетении. Если бы я знал, кто сжег, изничтожил все магические книги в Темные Века, то поднял бы их прах из могил, чтобы умертвить повторно. Чтобы создать гениальное творение, нужен великий ученый и труженик, один из тех, что рождаются на земле раз в столетие, а то и реже. Чтобы погубить гениальное творение, достаточно толпы идиотов, которая есть в наличии всегда.
Философские рассуждения не мешали Хальеру материализовывать заготовленные заклинания, золотистой сетью опоясывая ими каменные ворота. За много-много предыдущих ночей, которые он мог выкроить для исследований, Хальеру удалось расшифровать около трети всех рабочих заклинаний портала. Результаты расшифровки со всеми своими пояснениями и формулами реактивов, запускающими их, он записывал в толстую тетрадь. Копию всех записей он тоже делал собственноручно, и вторая тетрадь хранилась в императорском хранилище под строжайшей охраной — листы в ней пополнялись после каждого удачного эксперимента.
На рассвете усталый маг закончил свои труды, черкнув несколько новых строк в тетрадь и аккуратно вписав в нее крупными буквами формулу сработавшего сегодня реактива. Окрыленный новым шагом к познанию тайны, Хальер вышел за пределы магической защиты портала и дал себе волю полностью расслабиться. Отключить разум, на несколько минут отрешиться от реальности, дать мозговым клеткам полного покоя, чтобы они с новой энергией могли работать в наступающий день. Его разум нуждался в перезагрузке.
Тут же нахлынули, окружили запахи. Многообразные запахи леса, сада, полей и лугов. Птиц и животных. Вот лисица пробежала к ручью на водопой, вот склонился над водой цветущий камыш. С закрытыми глазами ир видел окружающий его сумеречный предрассветный мир лучше, чем днем при распахнутых очах. Его магия вольно струилась вокруг него, несдерживаемая ничем, сосредотачиваясь на тех объектах, к которым ир проявлял случайное, инстинктивное, животное любопытство.
В лесу раздался тоскливый вой каких-то хищников, магия Хальера потянулась к ним, ощущая тепло больших тел. Легкое ментальное касание, прилетевшее извне… Магия ира насторожилась, ударила в ответ… и ткнулась в пустоту. Просто звери, разумных существ здесь нет.
Еще один запах — далекий, но сладкий и манящий… Магия встрепенулась, как гончая, почуявшая дичь. Девушка. К лесу шла юная девушка. Что она забыла у личных владений главы тайной канцелярии? Почему не боится? Тонкая незаметная нить магии обвилась вокруг девушки — человек. Стопроцентный человек, даже без пустого резерва.
«Неинтересно», — решила магия.
Должность главы тайной канцелярии не предполагает возможность вволю отоспаться, сколь трудным ни был бы предыдущий день и напряженна ночь, и невзирая на праздники и выходные дни. С раннего утра, раздраженный тем, что никакой подозрительной активности его сотрудники в Кресси так и не смогли обнаружить, Хальер сам вылетел в управление службы тайной канцелярии города, в котором скрывалась беглая магиня. Его внезапное появление вызвало панику в рядах бравых защитников покоя горожан: с начальника городских стражников мигом слетела сонливость, глава ищеек поспешил разогнать по делам всех подчиненных, прохлаждавшихся в кабинете за чашечкой утреннего чая, главный сборщик податей в обеих руках удерживал два тяжеленных гроссбуха, всем видом демонстрируя готовность отчитаться за каждый государственный тогрох.
Для ира Хальера немедленно освободили большой приемный кабинет, в котором он обосновался за массивным дубовым столом.
— У вас полчаса, чтобы подготовить мне краткий перечень всех странных и необычных событий, с которыми столкнулись ваши подчиненные в последние четыре дня, — хмуро сказал Хальер. — Важно всё, даже мелкие сплетни.
— Боюсь, что ничего, связанного с иномирной магией, я найти не смогу — я каждый день отслеживаю в поступающих со всех концов города новостях этот момент, как и мои подчиненные, — негромко ответил начальник всех городских стражников, прекрасно понимающий, с чего вдруг к ним опять пожаловал глава тайной канцелярии.
— Это я еще до вылета из столицы понял по вашим бесполезным «отчетам», — раздраженно рыкнул Хальер. — Ищите то, что НЕ связано с магией! А мне немедленно принести все ежедневные рапорты, что после смены сдают все дежурные, работавшие с населением: сборщики налогов на торговых точках, уличные постовые, городские стражники, охранники в общественных местах, ищейки, рыскающие по всем закоулкам и собирающие городские слухи. Вперед, работайте!
Кабинет мигом опустел. Буквально через минуту бледный рядовой стражник принес папку рукописных отчетов и тоже ретировался. Хальер повесил на спинку стула кожаную жилетку, расстегнул верхние пуговицы рубашки, поставил рядом с собой стакан воды и принялся быстро сортировать корявые записи, пробегая их глазами и раскладывая в две стопки: явно ненужное и то, что может представлять интерес. К окончанию отведенного получаса он был готов к конструктивной беседе.
— Кто возьмет первое слово? — с легкой усмешкой спросил Хальер.
