Верхнее платье, белое нижнее, несколько тонких юбок, нательная рубашка, шерстяные носки до бедра на завязках. Чулками называть это орудие пытки она бы не решилась, такие толстые и колючие, будто их вязала бабушка для нелюбимых внуков. А под всем этим фигурный, коричневый корсет, единственный плюс которого был в шнуровке спереди. Он плотно облегал фигуру, заставляя постоянно держать спину прямо.
На просьбу выдать что-то попроще, например, рубашку и штаны как у мужчин сразу получила отказ и была принудительно облачена в наряд. Всё это происходило под непрерывные причитания, мол неприлично уподобляться мужчинам. Но Аулет терпела все неудобства, так как в этом платье было на удивление тепло, а ещё и длинный коричневый плащ из шерсти не давал замёрзнуть даже при сильном ветре. Уродливые башмаки из красно-коричневой кожи хоть и вызывали ужас при взгляде на них, но оказались на удивление крепкими. Так что жить, как решила девушка, – можно.
Чем дальше они продвигались, тем холоднее становилось. Вдалеке виднелись заснеженные вершины гор и дух захватывало от этой первозданной красоты. Вековые деревья, некоторые из которых даже втроём не обнять, величественные кроны иногда закрывали небо. А ночью звёзды, россыпь ярких точек и едва заметное мерцание каких-то потоков. При всей жестокости этого мира, он был невероятно красив.
– Это тебе, – из собственных мыслей девушку вывел голос Ариана. Парень протягивал небольшой лесной цветок.
– С чего это? – немного кокетливо поинтересовалась она, принимая подарок. Всё-таки популярностью парней она никогда не пользовалась, а тут знак внимания, пусть и весьма скромный.
– Ну так почему бы дамам и не подарить по цветку, тем более таким красивым, – лукаво подмигнул Ариан.
Оглянувшись на девушек сзади, Аулет заметила, что все они так же получили по цветку, и некоторые уже бесстыдно стреляли глазками в сторону парня.
При свете дня Ариан оказался не менее симпатичным, чем при первой встрече. И пусть сначала он относился к девушке как-то излишне настороженно и не особо контактировал. Но за время пути дистанция стала сокращаться, он стал чаще заглядывать в шатёр целительницы, где не упускал возможности перебросится с Аулет парой фраз. И даже сейчас, имея возможность идти в середине колонны, он предпочитал находиться недалеко от девушки. Его общество не могло тяготить её, так как на проверку парень оказался абсолютно не навязчивым. Он ценил интересную беседу, но не забывал и про личное пространство.
Двигалась колонна очень медленно, поэтому времени на разговоры у них было предостаточно. Только Тимель ходил мрачнее тучи, глядя на это. С каждым днём Аулет чувствовала нарастающее внутри мужчины недовольство, и это не удивительно. Ведь с момента их последнего разговора, она старательно избегала встречи с ним.
– Ариан! – на встречу бежал один из стражников. Судя по виду, бежал долго.
– Чего тебе? – крикнул в ответ парень, быстро меняясь в лице.
– Там Элия тебя зовёт, что-то ей опять надо! – продолжал кричать мужчина, остановившись в паре метров.
– Скажи, что сейчас буду! – нотки раздражения в голосе Ариана были слишком заметными. Однако вряд ли он хотел их скрыть.
– Что не так?
– Да ничего. Ладно, ты извини, я пойду. Ещё увидимся.
Наблюдая за тем, как он отдаляется, девушка ощущала то, что эта его отлучка как-то не совсем приятна. В душе что-то мерзко скреблось. Ариан конечно всё время исчезал непонятно куда, но это было легко списать на то, что он воин и у него могут быть дела связанные с обеспечением безопасности.
«Значит, это не его обязанности. Просто он бегает к какой-то Элии».
Обида уже начала подниматься в груди, но девушка быстро её затолкнула поглубже.
– Что за женщина, всё время дёргает парня, и так всю дорогу, – это была Тика, одна из учениц тётушки Раны. Миловидная и достаточно крепкая, не высокого роста с копной пшенично-золотых волос.
– Слушай, а кто такая эта Элия?
– Ну знаешь, нам не стоит о таком говорить, – слегка замялась Тика.
– Так ты мне по секрету расскажи, – заговорщически подначила девушку Аулет, беря её под локоть, чтобы удобнее было идти.
– Ну ладно, – сдалась она, чем показала, что и сама не прочь немного посплетничать. – Элия – это сокращённо от Элианория Вельерская. Она, одна из немногих, полностью свободных женщин. Род у неё один из древнейших, много я конечно не знаю, но говорят, что красавица невероятная.
– Как это говорят? Ты сама разве её не видела что ли?
– Да кто ж меня пустит посмотреть. Путешествует она в крытой повозке, всё время проводит в своём шатре. Слуги у неё личные, и те ходят носом к верху, словно не слуги, а господа. Это же мы за ней ездили, – шёпотом поведала девушке ученица.
– Слушай, а как понять «полностью свободная»? – всё-таки про этот мир Аулет знала не так уж и много, а информация ей была нужна что бы не выглядеть дурочкой.
– Ты что и такого не знаешь? Вот дурная.
– Я же не здешняя, откуда мне знать, – пожала плечами Аулет, притворившись, что слова девушки её совсем не задели. – Ты мне и расскажи, тогда умнее стану.
– Ну, слушай. Все мы имеем какие-то права, но сколько тех прав решает только мужчина. Либо муж, либо старший в семье. Это среди всех так. Мужчина может дать какие-то права или отнять, но полностью свободная женщина не обязана подчиняться. Она равна мужчине, и её права абсолютно такие же. И если уж мужчина дал такое право своей женщине, то обратно забрать уже не может.
– А почему их мало?
– Да кто ж захочет, бабу из-под своей руки выпускать? – сказала Тика, явно смеясь над такой несообразительностью.
В глубине души уже начал подниматься праведный гнев. Ещё в своём мире она слышала о таком, но это было где-то далеко. Вопросы равноправия никогда не волновали её, ведь по жизни ограничивали её только родители, и с тем, что она девочка, это связано не было. А тут оказалось, что не просто средневековье, а весьма глубокое и беспросветное.
– Так это не справедливо! Разве можно человека ограничивать, исходя из того, кем он родился?
– А ты где справедливость видела? Мы вот работаем себе и работаем. Вон смотри, Ариан к тебе явно неровно дышит. Ошивается всё время рядом, цветочки приносит. Неспроста всё это. Ой неспроста, – лукаво подмигнула Тика, и в этом жесте на удивление не было никакой зависти.
– Да ладно тебе. Ошивается он вокруг всех нас, и цветы всем дарит! – девушка попыталась опровергнуть слова Тики. Но всё же эти слова её сильно смутили.
«Ну не может же быть, что я ему нравлюсь,
