Советские олимпийцы возвращались из Австралии на теплоходе «Грузия». Это было сказочное путешествие по Тихому океану. Но для двукратного абсолютного чемпиона двух Олимпиад Виктора Чукарина оно было и радостным, и грустным. Он знал, что победа в Мельбурне — это последняя победа. Время большого спорта для него прошло.
Но из гимнастики Виктор Иванович Чукарин, конечно, не собирался уходить. Долгое время он работал в Львовском институте физкультуры — том, который и сам когда-то окончил. Сначала доцентом кафедры гимнастики, затем заведующим этой кафедрой. Довелось Виктору Ивановичу быть и тренером. В 1972 году он руководил командой советских гимнастов, приехавших на XX Олимпиаду в Мюнхен.
Жизнь Виктора Чукарина была не слишком долгой — сказались годы плена, подорвавшие силы организма. Он умер в августе 1984 года, вскоре после того, как в Лос-Анджелесе закончилась XXIII Олимпиада.
Сказочный Петр
Так прозвали чешского стайера Эмиля Затопека вовсе не сами чехи, а финны. Наши соотечественники тоже не оставляли его вниманием. В разделе юмора журнала «Огонек», например, в середине прошлого века была напечатана такая шутка. Ехали в поезде англичанин и чех. Англичанин долго рассказывал попутчику, что паровую машину изобрел Джеймс Уатт, а паровоз Джордж Стефенсон — оба англичане. В это время за окном вагона появился бегун в шиповках, который деловито обогнал поезд и скрылся вдали.
— А это наш Эмиль Затопек, — сказал чех ошеломленному англичанину.
Словом, знаменитый чешский легкоатлет Эмиль Затопек был невероятно популярен во всем мире. Первого большого успеха он добился еще на XIV Олимпиаде 1948 года в Лондоне, но в зенит свой славы поднялся четыре года спустя в Хельсинки — на тех играх, где олимпийский огонь зажег великий финский бегун Пааво Нурми, а факел ему вручил другой великий финн — Ханнес Колемайнен. Можно считать, что оба, как эстафету, передали титул лучшего стайера чеху Эмилю Затопеку.
Молодость Эмиля Затопека, родившегося 19 сентября 1922 года в городке Копршивнице неподалеку от Остравы, пришлась на тяжелые времена. В 1939 году, когда ему было 17 лет, в Чехословакию вошли гитлеровские войска. Однако как раз в годы оккупации началось и его увлечение спортом — в 19 лет, поздновато по современным меркам, он впервые попробовал себя на беговой дорожке. По физическим и психологическим данным он оказался не спринтером, а стайером — на длинных дистанциях чувствовал себя гораздо увереннее.
Вдобавок Затопек рано научился великому искусству распределять силы. Уже многие годы спустя, завоевав множество спортивных наград, то ли в шутку, то ли всерьез он признавался: «Я бегаю “ровинки”, то есть быстро бегу ровно сто метров по прямой дорожке, потом отдыхаю сто метров на вираже и снова бегу быстро на прямом отрезке».
Как бы то ни было, в 1946 году Эмиль Затопек впервые выиграл золотые медали в международных соревнованиях в Осло и Берлине, победив на дистанции 5000 метров. А два года спустя он вернулся в Прагу из Лондона национальным героем Чехословакии, став чемпионом XIV Олимпиады. На дистанции 10 000 метров капитан чехословацкой армии Эмиль Затопек был первым, завоевав золотую олимпийскую медаль и установив новый мировой рекорд с результатом 29 минут 59,6 секунды. К тому же из Лондона он привез еще и серебряную олимпийскую медаль, финишировав вторым в финальном забеге на 5000 метров.
Эмиль Затопек
Но еще больший успех, настоящий триумф, ожидал Затопека на XV Олимпиаде 1952 года в Хельсинки. Затопек выступал в трех видах легкоатлетической программы. Первого олимпийского золота он добился на той же дистанции, где стал олимпийским чемпионом четыре года назад, — 10 000 метров. И снова это была не только победа, но и новый олимпийский рекорд — 29 минут 17 секунд. Если уж сравнивать великих бегунов, то в 1924 году мировой рекорд, показанный на этой дистанции Пааво Нурми, составлял 30 минут 6,2 секунды.
Следующей победы Эмиль Затопек добился на дистанции 5000 метров. И во второй раз он не только стал олимпийским чемпионом, но и установил новый олимпийский рекорд — 14 минут 6,6 секунды. Опять-таки для сравнения: мировой рекорд другого великого бегуна — Ханнеса Колемайнена в 1912 году равнялся на этой дистанции 14 минутам 36,6 секунды.
В Хельсинки Затопек выступал еще и на марафонской дистанции. Борьба здесь складывалась драматично. Долгое время лидировал швед Г. Янссон. Затопек до поры до времени держался поодаль от группы лидеров. Однако первым на Олимпийский стадион в Хельсинки вбежал под гром аплодисментов Эмиль Затопек, чтобы завоевать третью свою золотую олимпийскую медаль. Снова это был новый олимпийский рекорд — 2 часа 23 минуты 3,2 секунды. И велико же было удивление, когда после победы великий бегун признался, что в марафонской дистанции он участвовал… впервые в жизни. Прежде ему никогда не доводилось целиком пробегать 42 километра 195 метров…
В дни XV Олимпиады Эмиль Затопек был в Хельсинки одним из самых популярных людей. Уже после двух первых олимпийских побед его очень полюбили финны, обычно очень сдержанные северные люди. Фамилию Затопек финны слегка переиначили на свой манер, называя его «Сату Пэкка». Надо пояснить, что «сату» по-фински — «сказка», а «Пэкка» — имя Петр. Таким образом, финны окрестили чешского бегуна «сказочным Петром».
Уже много позже Затопек и сам с удовольствием вспоминал о финских болельщиках: «В том, что они по-фински называли меня “Сату Пэкка”, я чувствовал что-то особенное. Когда я финишировал в марафонском забеге, пробежав сквозь марафонские ворота на финишную прямую, весь стадион гремел. Это было неповторимо. И все кричали — “Хивее, Сату Пэкка”, выражая мне таким образом свою поддержку. Они как будто кричали: “Отлично, ты наш сказочный Петр”. И я тогда чувствовал, что Финляндия так близка моему сердцу».
Кстати, относиться к Финляндии с особой теплотой у Эмиля Затопека был и еще один повод. На XV Олимпиаде блестяще выступила и его жена Дана Затопкова. Она завоевала золотую олимпийскую медаль в турнире метательниц копья. После такой семейной победы пражская полиция присвоила автомобилю Эмиля и Даны номер 4444 — в честь четырех золотых олимпийских медалей, завоеванных ими на Олимпийских играх в Хельсинки. Любопытно, что и родились Эмиль и Дана в один день — 19 сентября 1922 года.
Эмиль Затопек участвовал и в XVI Олимпиаде в Мельбурне в 1956 году, но здесь его лучшим результатом оказалось шестое место в марафонском забеге. К тому времени уже восходили звезды великих бегунов следующих поколений. На дистанциях 5000 и 10 000 метров — звезда Владимира Куца. А в марафоне победу одержал темнокожий алжирец Ален Мимун, выступавший за команду Франции.
В 1958 году Эмиль Затопек завершил свою славную спортивную карьеру. К этому времени помимо олимпийских медалей — пяти золотых и одной серебряной — он завоевал множество наград на других состязаниях, установив 18 мировых рекордов. В этом это лишь немного отстает от Пааво Нурми, автора 22 мировых рекордов. Правда, золотых олимпийских медалей у легендарного финна было почти в два раза больше, чем у Затопека — девять.
Великий чешский бегун пользовался огромной популярностью и в Советском Союзе. Но в 1968 году, когда в Чехословакию были введены советские войска, Затопек, в то время уже полковник чехословацкой армии, вместе с другими своими знаменитыми соотечественниками подписал протест, адресованный мировой общественности. Этого было достаточно, чтобы его имя полностью исчезло из всех советских спортивных справочников и со страниц спортивной прессы. Справедливость была восстановлена только после 1991 года.
А когда в 2000 году Эмиль Затопек умер, хоронили его тысячи людей. В Прагу тогда прибыл и тогдашний президент Международного олимпийского комитета Хуан Антонио Самаранч, сказавший: «Я видел его на Олимпийских играх в Хельсинки. Глядя на него, я понял, что такое олимпийский дух. Легенда не умирает, она остается в памяти навсегда».
Футбол и хоккей
В том же 1922 году, что и Эмиль Затопек, только не в сентябре, а 1 декабря, родился еще один великий спортсмен. Нам, россиянам, его имя особенно дорого, потому что это Всеволод Бобров.
Об этом ярком, удивительном человеке сложено множество легенд, живописующих как его небывалые свершения на футбольном поле и хоккейной площадке, так и многие обстоятельства частной жизни, подчас весьма пикантные. Почему рождались легенды, объяснить нетрудно — Бобров всегда был всеобщим любимцем, а легенды и складывают о тех, кого любят. Однако правда о подвигах этого футбольного гения поражает больше, чем любая легенда. Чего только стоит, например, его игра в двух товарищеских матчах сборной Москвы со сборной Венгрии в 1952 году.
В ту пору сборная Венгрии славилась как сильнейшая на Европейском континенте. В ней играли знаменитые Пушкаш, Кочиш, Хидегкутти. Ее приезд в Москву вызвал небывалый ажиотаж. И вот что весьма эмоционально рассказывал один из игроков сборной Москвы о том, как действовал на поле Всеволод Бобров:
