Разработке теории этногенеза Гумилев посвятил десятки своей трудной и счастливой жизни. До 1943 года он отбывал свой срок в Норильске. Затем ушел добровольцем на фронт. После демобилизации в ноябре 1945 года Гумилев уже в марте 1946 года экстерном (всего за четыре месяца!) заканчивает истфак ЛГУ. В 1947 году выходит в свет его книга «Политическая история первого тюркского каганата». Затем — защита кандидатской диссертации в 1948 году. Потом снова арест из-за доноса Александра Натановича Бернштамма. Гумилев пробыл в заключении с 1949 по 1956 год. В лагере он познакомился с русским геополитиком П. Савицким и стал его учеником. Он не любил говорить о лагерных годах. Никогда не был причастен к разоблачению «сталинских репрессий». Объяснял причину своих злоключений одной фразой: «Ученые сажали ученых». Из Омского лагеря он уехал в 1956 году с двумя чемоданами, сколоченными из досок. Они были заполнены рукописями двух книг и докторской диссертации.
В 1956 году Л. Гумилев вернулся в Ленинград. Директор Эрмитажа М. И. Артамонов помог ему с работой, взял библиотекарем «на ставку беременных и больных». Работая здесь библиотекарем, завершил докторскую диссертацию «Древние тюрки» и защитил ее. После защиты докторской диссертации Л. Н. Гумилева приглашает ректор ЛГУ, член- корреспондент А. Д. Александров на работу в Научно-исследовательский институт географии при ЛГУ, где он проработал по 1986 год, до выхода на пенсию, — сперва научным работником, потом — старшим научным работником, перед выходом на пенсию его перевели в ведущие научные сотрудники. Кроме работы в НИИ он вел курс лекций в ЛГУ по «Народоведению». В 1974 году защитил вторую докторскую диссертацию, на этот раз по географическим наукам, которую ВАК не утвердил по причине того, что «она выше докторской, поэтому и не докторская». Эта работа, известная под названием «Этногенез и биосфера Земли», спустя 15 лет, в 1989 году вышла отдельной книгой и была раскуплена в течение одного-двух дней из склада издательства ЛГУ. Заслуги Л. Н. Гумилева как в области научных исследований, так и в педагогической деятельности упорно игнорировались. В этом одна из причин того, что он не был удостоен даже звания профессора, тем более каких-либо правительственных наград или почетных званий.
Оригинальный мир Гумилева не совпадает с официальной историографией. Татаро-монголы, обложившие Русь данью, по Гумилеву — лишь наемное войско, которое мудрый и дальновидный Александр Невский держал для охраны границ. Петр Первый не рубил окно в Европу, а являлся персоной заурядной, гармоничной личностью. Истинный энциклопедист, Лев Гумилев работал на грани различных дисциплин: истории, географии, востоковедения, философии, психологии. Последователи отмечали его интуицию и тягу к интеграции наук — новаторский подход к исследованиям. Многочисленные противники в СССР и на Западе отвергли теорию этногенеза, разработанную Гумилевым. Он выдвинул идею о биоэнергетической доминанте этногенеза и о «новом параметре этнической истории», который назвал пассионарностью. Этот термин подразумевает «двигатель» исторического прогресса, образующий в этносе группу людей с «повышенной тягой к действию — пассионариев». Основной труд Гумилева — «Этногенез и биосфера Земли» — долго не публиковался, но стал в научном мире легендарным.
Сам Гумилев считал, что к мысли о подсознательной биологической способности человека к сверхнапряжениям его подтолкнули «труды великого соотечественника академика Владимира Вернадского», открывшего «биохимическую энергию живого вещества биосферы». Ее носители устремлялись в океан вслед за Колумбом и покоряли просторы Сибири; по Гумилеву, к пассионариям принадлежали Суворов и Наполеон, а их антиподы — «человек в футляре» и прочие чеховские персонажи. Стремление к поискам отвлеченного идеала, к достижению далекой цели, пусть и жертвой многих жизней, формировало целые народы и меняло ход истории. Широта кругозора ученого позволила связать эту теорию с понятием «кормящий ландшафт», побуждая читателя осмысливать не только «дела давно минувших дней», но и будущее. Увлекательные книги Гумилева «География этноса в исторический период», «Степная трилогия», «Ритмы Евразии», «От Руси к России» приоткрывают тайны исторических воссоединений и современных противостояний, корни которых — в далеком прошлом. Умер Лев Николаевич 15 июня 1992 года. Отпевали его в церкви Вознесения Христова, в последние годы он был членом «двадцатки» этого храма. Похоронен Гумилев на Никольском кладбище Александро-Невской лавры в Петербурге.
* * *
Гумилев сформулировал пассионарную теорию этногенеза в двух своих основных книгах:
1. Древняя Русь и Великая степь. — М., 1989. — 764 с. С. 254. «Позитивные этнические системы возникают за счет ТОЛЧКА (мутации) или генетического дрейфа и существуют, черпая силы из природы своего региона.
Антисистемы этносов не образуют, богатствами природы пренебрегают и гнездятся в телах этносов, как раковые опухоли в живых организмах.
Антисистемы вытягивают пассионарность из вместившего ее этноса, как вурдалак».
С. 255. «Поэтому антисистемы существуют очень долго, меняя свои вместилища — ОБРЕЧЕННЫЕ ЭТНОСЫ».
С. 359. «Уровень религиозного сознания — культа — и уровень пассионарного напряжения этнической системы взаимообусловлены. Для создания оригинальной системы мировоззрения требуется не только ДОКТРИНА, но и СПОСОБНОСТЬ ВОСПРИНЯТЬ ЕЕ, а это доступно не всем членам этноса. Однако ПАССИОНАРНАЯ ЭЛИТА, восприняв то или иное учение, вводит его в стереотип поведения, тем самым вовлекая в принятый настрой массы обывателей, принимающих доктрину без критики».
С. 583. «XIV век — подъем пассионарности в России».
От автора. Это время Сергия Радонежского, великого святого и чудотворца Руси (1322–1392). Как отмечают А. И. Карпов и А. И. Юрьев в своей книге «СВЯТЫЕ И ЧУ- ДОТВОРЦЫ РОССИИ» (М., Вече, 2000, с. 178), «преподобный Сергий первым из русских святых сподобился посещения самой Пресвятой Богородицы».
С. 672. «В XV веке древнерусская этническая традиция сошла на нет, а на ее месте возникли ТРИ ЭТНОСА: ВЕЛИКОРОССЫ, БЕЛОРУСЫ и УКРАИНЦЫ, которые сами себя до XVII века называли РУССКИМИ».
С. 682. «Древнюю Русь погубила дестабилизация, явившаяся следствием снижения ПАССИОНАРНОГО НАПРЯЖЕНИЯ этнической системы или, что проще, увеличения числа субпассионариев — эгоистов, не способных к самопожертвованию ради БЕСКОРЫСТНОГО ПАТРИОТИЗМА. Уцелело только Великое княжество Московское, целое столетие втягивавшее в себя пассионариев благодаря принципам митрополита Алексея и Сергия Радонежского».
2. Этногенез и биосфера Земли. — М., 1993. — 492 с. С. 93. «Структура этнического стереотипа поведения — это строго определенная норма отношений:
а) между коллективом и индивидом;
b) индивидов между собой;
с) внутриэтнических групп между собой;
d) между этносом и внутриэтническими группами». С. 301. «В природе существует ЭТНИЧЕСКОЕ ПОЛЕ, подобное известным электромагнитным, гравитационным и другим полям, но вместе с тем отличающееся от них. Проявляется факт его существования на индивидуальных реакциях отдельных людей, в коллективной психологии, воздействующей на персоны».
С. 307. «ЭТНОГЕНЕЗ — это природный процесс биосферы, возникающий иногда и являющийся одним из компонентов этнической истории наряду с тремя постоянно действующими факторами:
1) социально-политическим фактором;
2) техническим фактором;
3) географическим фактором.
Но динамика этногенеза идет за счет четвертого фактора — ПАССИОНАРНОГО ТОЛЧКА, возникающего иногда на определенных участках земной поверхности и порождающего не один этнос, а группу этносов, именуемую СУПЕРЭТНОСОМ, то есть систему, в которой отдельные этносы являются блоками, звеньями и подсистемами».
Теория этногенеза Льва Николаевича Гумилева выглядит одной из наиболее убедительных концепций исторического процесса. Итак, вкратце: у теории Гумилева имеются несколько аспектов: пассионарность; понятие этноса; его периоды развития; системность и антисистемность. Согласно историку (и в этом он солидарен со Шпенглером и Данилевским), народ есть органическое явление, которое проходит определенные периоды жизни — «фазы»: подъем, акматическая фаза, надлом, инерционная фаза, обскурация. Причем эти фазы (как и само возникновение этноса) непосредственно связаны с состоянием пассионарности (уровнем энергетики) его членов.
В фазе подъема пассионарность растет, в фазе акматики она достигает высшего накала. Происходит «перегрев системы» — борьба честолюбий, и этнос вступает в со- стояние надлома (резкого снижения энергетики).
В инерционной фазе (если посчастливится в нее войти, минуя депопуляцию) снижение пассионарности затормаживается и этнос живет накопленными богатствами и традициями. Этот период особенно благоприятен для «собирания плодов земных» — золотая осень цивилизации. Ярким примером здесь является западный мир XVIII–XX веков.
