Глава 13. Почём нынче камни?
Глава 13. Почём нынче камни?
Моррис рассчитывал, что уедет из храма сразу после разговора с магистром, но не вышло. Когда они спускались по винтовой лестнице вниз, тот поделился проблемой.
— Заметил, что наши башенные часы стали постоянно убегать вперёд. Каждый день они бьют полночь на пять минут раньше, чем часы на городской ратуше. Приходится их подводить, — посетовал Модестайн.
Он и так преодолевал ступени не быстро, а тут и вовсе остановился.
— Не знаю, в чём причина. Старый часовой механизм даёт сбои или время в храме действительно стало течь быстрее, а значит, сбывается древнее пророчество?
— Не думаю, — успокоил Моррис.
Каких только легенд и предсказаний не ходило о древнем храме Трэ-Скавеля, но в данном случае, скорее всего, речь просто про неполадки в часовом механизме. Такое и раньше случалось. Часы то спешили, то отставали, а то и вовсе останавливались. Тогда Моррис чистил и смазывал механизм, и часы снова начинали работать исправно.
— В пророчестве говорилось, что время в храме будет всё сильнее и сильнее ускорять свой бег, и это станет первым предвестником грядущих недобрых перемен, — Модестайн продолжал хмуриться.
— Хорошо. Я посмотрю, — пообещал Моррис.
— Вот и славно, — магистр едва заметно усмехнулся, будто таких слов от Морриса и ждал. — Часы уже давно никто не смазывал. С тех пор, как ты уехал.
— В Трэ-Скавеле перевелись часовые мастера?
— Я никому не мог доверить храмовые часы, — назидательно пояснил магистр. — Только тому, кто чувствует магию времени.
Магистр, конечно, немного лукавил. Магия для починки храмовых часов была не нужна. Их устройство было чисто механическим. Но всё равно Моррис провозился с ними полдня. Работой остался доволен. Теперь часы должны отсчитывать время исправно.
— Не потерял сноровку, — похвалил магистр, пришедший принять работу. — Идём, пообедаешь со мной.
Модестайн никогда не был притязателен в еде. Вот и на этот раз его трапеза состояла из квасной похлёбки и краюхи хлеба, которой он поделился с Моррисом.
Обычно за обедом он вёл неспешную беседу о том о сём, но в этот раз удивил неожиданным вопросом, который сильно озадачил Морриса.
— Уже полгода ратуша стоит без хозяина. Почему бы тебе не стать нашим градоначальником? В городе тебя уважают и боятся — то что надо для главы.
— Но я ведь здесь ненадолго. Как только закончится брачная церемония, вернусь в столицу.
— Один, без супруги?
— Почему же, с ней.
— Думаешь, Вивьен оставит свою лавку?
Честно говоря, Моррис, вообще, об этом не думал. Ему казалось очевидным, что Вивьен быстро наскучит и сама лавка, и жизнь в провинции.
После обеда пришло время прощаться. Модестайн вышел на крыльцо проводить.
— Ты всё-таки подумай о моих словах, — сказал он напоследок и скрылся в храме.
Моррис собирался оседлать коня и вернуться в таверну, но вдруг его взгляд выхватил кое-что любопытное. Отсюда, с холма, хорошо просматривалась площадь, расположенная в паре десятков метров от храма. На пятачке возле перекрёстка стоял торговый лоток. К нему приближалась Вивьен.
Его словно бес в бок толкнул. Он не стал пока отвязывать коня, а быстрым шагом направился туда, где торговец красноречиво расхваливал товар перед своей единственной покупательницей.
— Свежайшие баранки…
Моррису всегда казалось, что он прекрасно понимает женщин. И Вивьен не была исключением. Из уважаемого аристократического рода, который разорился не по её вине, уставшая от денежных проблем, она нуждалась в ком-то, кто даст ей уверенность в завтрашнем дне. И Моррис готов был дать ей почувствовать эту уверенность.
Так сложилось, что и ему она нужна. Необходимо, чтобы именно эта девушка стала его женой. Им обоим выгоден брак, а это залог прочного союза. Взаимовыгодность — гораздо более надёжная основа для супружества, чем, к примеру, чувства, которые, увы, недолговечны. Вивьен, казалось, разделяет эти взгляды и с радостью примет помощь от Морриса.
Но вчера он её не узнал. Она всем видом показала, что ей не нужна его помощь, ровно как и он сам. Она казалась возмутительно независимой и уверенной в себе. У него до сих пор в ушах стояла её фраза: "Мне не нужен муж!"
Моррис приближался к лотку, не отрывая от Вивьен взгляда. Она купила баранки и отошла в сторону. Далее последовало нечто странное. Она заменила камень, которым торговец придавливал упаковочную бумагу, на камень, который подобрала с земли. Это была очень подозрительная и при этом интригующая выходка. Зачем ей тот камень? Ох и жёнушка у Морриса (пока, конечно, не жёнушка, но он это исправит). Зря Моррис считал, что видит её насквозь. Она оказалась куда интереснее, чем думалось.
.
.
— Добрый день, монсир Моррис, до свидания, — в одном предложении поздоровалась и попрощалась Яна.
Она обогнула его и бодренько направилась вверх по улочке, которая ведёт на центральную площадь. У неё теплилась надежда, что встреча с почти-мужем — чистая случайность, что он здесь по делам, которые побудят его двигаться в противоположную сторону.
Однако Моррис, будь он не ладен, двинулся за ней.
— Ходили за покупками? — поинтересовался, пристроившись шагать рядом.
Плечистый, мощный, даже тротуар стал казаться тесным.
— Как видите, — Яна указала взглядом на пакет с баранками.
— И почём нынче камни? — с усмешкой поинтересовался он.
Выходит, видел, как она позаимствовала у торговца камень? И что же любопытному недомужу ответить? Вопросом на вопрос?
— А вы здесь по каким делам?
— Да вот, договорился с магистром о возобновлении брачной процедуры.
Да что же ему так жениться-то неймётся? И почему именно на Вивьен? Он же привлекательный мужчина. Сейчас при свете дня и без маски Яна его хорошо разглядела. Черты лица мужественные, чётко очерченные, с налётом благородства, при этом глаза иронично-голубые. Это же смерть женщинам. Это же глянул — и влюбился. А если сюда ещё добавить его состоятельность и статусность. Ему же каждая вторая не откажет. За него же каждая первая пойдёт. Почему же ему именно Вивьен подавай? Что-то тут нечисто. Яна подозревала, что это как-то связано с его тайной, о существовании которой предупредила в письме двойник. Другого объяснения Яна не находила.
