Но шам сделал над собой усилие, отнял ладони от перепачканного кровью лица – и я увидел довольно жутковатую картину…
Теперь во лбу шама полыхал налитый кровью артефакт, внутри которого плавала крохотная золотая галактика, похожая на зрачок. И этот глаз-артефакт сейчас осторожно поворачивался в ране, прорезанной моей «Бритвой»! По невольным гримасам, искажавшим уродливое лицо, было видно, что за каждое движение нового «глаза» шам расплачивается нешуточной болью… Но, несмотря на это, он улыбался! Похоже, «крови затона» пришлась по вкусу новая функция в виде органа зрения для чужого тела.
– Я вижу… – прошептал шам. И в следующее мгновение взвыл, словно волк, настигший желанную добычу: – Я вижу!!!
Все-таки силен был этот шам! Его вопль сопроводил такой мощный выброс ментальной энергии, что все присутствующие невольно рухнули на колени, схватившись за головы от вспышки невыносимой боли – просто ноги подкосились, и у меня, и у охраны. Ощущение, будто мозг сейчас взорвется и вместе с черепом разлетится на мелкие фрагменты…
К счастью, это длилось недолго.
Шам немного успокоился, расслабился в своем кресле – и боль внутри моей головы постепенно сошла на нет. Похоже, не только у меня. Кибы и нео, тоже слегка пошатываясь, поднялись на ноги, с опаской глядя на хозяина: фиг его знает, что он еще выкинет.
Но шам вроде был настроен благодушно. Сидел, улыбался, периодически осторожно трогал пальцами новый глаз, будто не веря, что зрение вернулось после стольких лет слепоты.
Блаженствовал.
Смотрел…
В том числе и на меня. Скользнул взглядом, после провернул новый глаз во все еще кровоточащей орбите и уставился на меня в упор. Его губы, измазанные кровью, шевельнулись:
– Так вот ты какой, Снар, легенда Розы Миров, – проговорил шам. – А с виду обычный хомо, ничего особенного. Еще и несчастный. Друзей потерял по своей вине. И еще вдобавок предназначение свое тащишь в себе, как тяжкий груз, от которого не избавиться. Хотя… Знаешь, пожалуй, я окажу тебе услугу и одним махом решу все твои проблемы.
Я почувствовал, как невидимая сила, будто огромная змея, обвила меня вполне осязаемой спиралью и легко, как игрушку, приподняла над деревянным полом шатра.
– Мы вроде заключили договор, – прохрипел я, чувствуя, как невидимая змея медленно сдавливает свои кольца.
– Верно, – кивнул шам. – Но ты сам не понимаешь, чего просишь. А я точно знаю, что тебе нужно на самом деле. Для тебя жизнь – как болезнь, от которой ты не можешь вылечиться: твое предназначение не дает тебе умереть, как бы ты ни хотел этого втайне от самого себя. В большинстве своем представители вашего вида умирают не от старости или болезней, а потому что поняли – жизнь не стоит того, чтобы цепляться за столь скучное и бесполезное занятие. Но это не твой случай, Меченосец. Друзья твои сейчас в гораздо лучшем мире, чем этот, и я не хочу быть настолько жестоким, чтобы вернуть их сюда, в эту грязную вселенную, погрязшую в войнах, ненависти и алчности. Поэтому вот тебе мой подарок, хомо: отправляйся-ка ты лучше к своим друзьям.
Невидимый удав сдавил сильнее. Похоже, шаму нравилось смотреть, как я мучаюсь перед смертью. Сволочь… Хотя чего я ожидал? Честности и порядочности от твари, которая решила уничтожить всех людей в этой вселенной? Но я по крайней мере попытался…
Шам улыбнулся – хорошо так, по-доброму. Так отец улыбается выходке неразумного дитяти, прежде чем исправить то, что тот натворил по недомыслию. А потом невидимая спираль сжалась…
И тут же разжалась, недодавив меня самую малость. Вернее, внезапно полностью исчезла, будто ее и не было.
Я рухнул на пол, хрипя, как приговоренный к виселице, веса которого не выдержала веревка. Но помятое горло более-менее справлялось, пропуская воздух в легкие, и потому я, зайдясь в жутком кашле, все-таки смотрел на шама. Интересно же. Уже понятно, что мой организм, который и не такое испытывал, с проблемой справится – но надо же понять, с чего это шам передумал отправлять меня в Край вечной войны.
Впрочем, разгадка пришла быстро.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Не передумал он.
Заставили…
Самый мощный артефакт, который я вынес из Зоны, похоже, нашел то, что искал. Идеального носителя. Достаточно могущественного, чтобы обеспечить «крови затона» все, чего хотелось арту. И при этом недостаточно сильного, чтобы противостоять его воле. Шам всю жизнь учился бороться с внешними врагами, но перед паразитом, внедрившимся в его тело, оказался бессилен.
Сейчас от нового «глаза» шама во все стороны по его лицу под кожей стремительно расползались щупальца толщиной с мой мизинец. Ветвились, словно набухшие вены, и ползли по лбу, щекам, шее и дальше вниз… Артефакт захватывал своего носителя, становясь частью его, врастая в плоть все глубже, чтобы эффективней управлять телом, о котором он так давно мечтал.
Охранники дернулись было к хозяину – выдрать из его лица жуткую штуковину, но тут же замерли, повинуясь мысленному приказу слепого шама.
Хотя нет, уже зрячего, и при этом не потерявшего ни капли своей былой силы.
Но мне было наплевать на демонстрацию мощи симбионта – я растирал помятое горло. Спасибо моему артефакту, вовремя вмешался…
«Не благодари», – прозвучало у меня в голове.
Я мысленно усмехнулся, так как губами не получилось – кашлял я. Зато ответить смог, тоже мысленно:
«А я и не собирался. Ты получил от меня тело и, похоже, доволен. Я же с этого тела так и не получил того, что оно мне обещало за услугу».
На несколько секунд повисла пауза. Ну и хорошо, я хоть за это время горло немного размял и наконец перестал грохотать легкими, как туберкулезник.
А потом я вновь услышал голос «крови затона» у себя в голове:
«Слепой шам был прав, ты сам не понимаешь, чего желаешь. Но если ты настаиваешь, я выполню то, что обещало тебе мое тело. Получается, я его преемник и должен исполнять обещания, данные им».
«Интересно, как ты это сделаешь?» – мысленно усмехнулся я.
Теперь моя затея казалась мне глупой. Ну, вот шам, пусть даже самый могущественный из всех мутантов этого вида. И чем он мне поможет? Залезет ко мне в голову и слепит копии моих погибших друзей, основываясь на моих воспоминаниях? Или же вернет меня в прошлое, чтобы я мог исправить свои ошибки?
И тут я невольно вздрогнул, так как вздрогнула реальность вокруг меня, словно по ней снаружи ударили огромным молотом. Словно шам, его охрана, шатер и все остальное, что меня окружало, было декорацией – отлично нарисованной, но ненастоящей, будто картинка в замечательно детализированной компьютерной игре.
«Ты даже не представляешь, насколько ты прав», – прозвучал в голове голос – уже знакомый, но слишком громкий, словно мне к ушам приложили звуковые колонки и выкрутили все регуляторы на максимум.
От этого звукового удара я невольно зажмурился, настолько сильно долбанул он по слуховым перепонкам изнутри черепа. А когда звон в ушах прошел, я открыл глаза…
И замер, не веря тому, что увидел.
* * *
Метрах в двухстах от меня колыхалась стена плотного белесого тумана, над которой угадывались верхушки кремлевских башен. Я стоял среди развалин какого-то здания. А между мной и развалинами раскинулось открытое пространство – мостовая, густо поросшая грязно-зеленой травой, местами вытолкнувшей наружу не особо аккуратно обтесанные камни.
Руки ощутили приятную тяжесть. Я глянул вниз.
«Вал». Люблю это оружие с дефицитными патронами, наличие которых в магазине надо бы проверить…
И тут меня накрыло.
Воспоминаниями.
Слишком яркими для того, чтобы ошибиться.
Я уже бывал здесь! Именно здесь, в этих самых развалинах. Стоял в этой точке пространства с «Валом» в руках, смотрел на стену неестественно плотного тумана и размышлял, что мне делать дальше.
Однако сейчас, в отличие от того момента моего прошлого, который так хорошо мне запомнился, я точно знал, что вот-вот произойдет. Сомневался, конечно, очень надеясь, что ошибся, потому что если не ошибся, это ж рехнуться можно, коль начать размышлять и анализировать происходящее! Но внутреннее убеждение, чуйка моя сталкерская, приученная делать выводы на основании мельчайших деталей, прям вопила в голос: «Ну вот, свершилось, сталкер, то, чего ты желал так сильно! Теперь все зависит только от тебя!»
