class="p1">Бывают ли в продаже плащи женские? Но это на будущее.
Постарайтесь прислать Наташе поскорее. А в отношении моих просьб подробно ответе поскорее.
Ирочка! Может, Вам что нужно. Пишите. Если у нас здесь есть то, что Вам нужно, то пришлю. Просите.
Как Олежка? О нём, Ирочка, ты ничего не писала.
Привет твоим: маме, папе, Миле, Вове. Целуем Вас всех крепко.
ВАШИ НАТАША, КОЛЯ, Я.
Ты, Ирочка, пишешь, что, говорят – на даче будет всё. Но у нас трудно с этим сейчас. А будет ли у нас, то тогда так неизвестно. Пиши скорее.
Ирочка, пальто Наташе не покупайте, купили мы ей, не очень важное, но хотя руки закрывают и спинку от холода. Ждём скорого ответа.
РИТА.
Письмо в Дзержинку из Каменец-Подольского.
9.10.1967 г.
ЗДРАВСТВУЙТЕ, ДОРОГИЕ МОИ ВИТЯ, ИРА, ЭЛЛОЧКА И ОЛЕЖЕК!
Очень хорошо, что Вы позвонили мне, и я слышала Ваши голоса, Витя и Ира. Причина моего молчания в том, что я болела 4 месяца: всё время была повышенная температура, слабость, головокружение.
В сентябре пошла на работу, имею лишь 15 часов в неделю, три выходных (среда, суббота и пятница). Надо сказать, что без Ив. Ал. во время моей болезни было бы очень плохо. В сентябре я стала чувствовать себя лучше и надо было приниматься за подготовку к зиме. Ив. Ал. завёз уголь, дрова, которые переколол, выкопал картошку, побелил квартиру, так как в ней даже временно нельзя было жить, трещина, паутина и т. д. Вставили и заклеили окна и до сентября он уехал снова в Воронеж.
Вот уже неделя, как я одна, и всё пошло кувырком. Стало шуметь в голове и т. д. Пошла к врачам. Поставили диагноз: гипертония 1-ой степени, а в лёгких, говорят, уже хрипов нет. Назначили лечение и советуют включиться в группу здоровья, где проходить физзарядку под наблюдением врача. Завтра пойду.
Теперь о Вашем предложении приехать к Вам. Спасибо за приглашение. Очень-очень хотелось бы пожить у Вас и посмотреть за детишками (представляю, как Вам трудно сейчас), но мне ещё надо окрепнуть, и главное, сбить давление. Кроме того, ходят слухи о том, что в декабре нас будут переселять, так что пока надо быть на месте. В общем, до января буду работать (если не будет хуже).
Живу одна, квартирантов нет… Вот такие мои дела, как становится плохо – всё бросаю и ложусь. Чувствую, что Вы на меня сердитесь. Не надо.
Что у Вити с глазами? Как занимается Эллочка? Как развивается Олег? Пишите и звоните. Напишите, когда Вам можно звонить, чтобы было удобно для Вас. Мне хочется иногда позвонить Вам, и не решаюсь. Лучше вечером или утром. И в какие, приблизительно, часы и дни?
Теперь у нас прямой поезд в Москву, и я мечтаю побывать у Вас на зимние каникулы, если доживу, и всё будет относительно благополучно. Наташа говорила, что Витя хорошо водит машину, но ехать из Москвы до Каменца будет тяжело.
Зоя поедет в санаторий 5 ноября, а мне врач советует летом поехать к морю. Маргарита Николаевна лежит больше месяца в больнице. Она на работе упала и сломала ногу, а потом она захватила в палате плеврит и теперь температурит. Я сегодня опять была у неё в больнице. Слабая она стала. Наташа очень переживает, вся извелась. Я её успокаиваю, как могу. Я сама два дня была на кислороде, но потом стало лучше. Конечно, в таком возрасте выздоровление идёт медленно.
Тамара Николаевна поправилась, а Надя лежит с сыном в больнице, у него воспаление лёгких. По пути заезжала к ним сестра из Горького, Вы знаете это, так как виделись с ней. Наверное, она Вам подробно расскажет обо всём. Вот такие новости. Пишите мне.
Да, Ира, напиши или позвони о том, можно ли у Вас купить на меня плащ болонья, пальто демисезонное. Я проболела и теперь буквально не в чем ходить. И есть ли у Вас обувь осенняя на меня? Вы так заняты, что я не решаюсь Вас беспокоить. Напиши. Кроме того, мне надо краску для волос – гамму № 6 и № 7. (Больная, а всё же надо привести себя в порядок).
Бываете ли Вы в Москве?
Пока всё. Крепко Вас всех целую. К празднику пришлю орехи. А что ещё Вам прислать? Всего доброго!
ВАША МАМА И БАБУШКА.
Пишите.
Письмо в Дзержинку из Полонного.
15.10.1967 г.
ДОРОГИЕ МОИ МОСКВИЧИ!
Уже второй раз начинаю вам писать письмо, но никак не могу дописать до конца. Спасибо, родные, за Ваше внимание. Особенно Наташе понравились сапоги, к тому же они так хорошо сверкают лаком, ботинки будут на носок, тёплые, это хорошо. Пальто хорошее, мы как раз думали о таком (правда, цвет другой хотели). Но, Ирочка и Витенька, Вы не обижайтесь, конечно, но первый рост короткий ей, так как длину 120, а Наташа летом уже имела 124,5 см. А сейчас для меня главное, чтобы она была здорова.
Ей было очень и очень плохо. Что мы пережили с Колей, только хотели, чтобы она поправилась. С ней было плохо – первое, что сказали врачи – непроходимость кишок. Другие – воздерживались от точного диагноза. Ей было так плохо, что меня взяли ухаживать за ней. Всю ночь я не спала, Коля тоже, но был дальше от неё. Не давали пить (есть не могла, рвало), думали делать операцию, если не пройдут боли. Коля так сильно переживал, что я впервые видела его таким.
Как она просила, чтобы ей не делали больно. Я еле-еле сдерживалась от того, чтобы не закричать. Но кто счастлив: она или мы – не знаю, но на другой день ей стало немного легче. Анализ крови не показал, что у неё воспалился аппендицит. Целую ночь ходил к ней дежурный врач и сестра. А хирург звонил несколько раз, справлялся о ней. Теперь мы дома, на диете строгой, не бегаем, а ходим.
Наташенька похудела очень-очень сильно, похудел даже её курносый носик. Теперь пойдёт на поправку. Сидим дома. Ходить в садик нельзя, так как нужно следить за ней в питании и за её стулом.
А тут что-то мне тоже не важно, сказалось переживание, и к тому же я где-то простудилась. От боли в костях, голове
