Поэтому воспринимать возню либеральной оппозиции как борьбу “демократии” против остатков “абсолютизма” глубоко ошибочно. Взять, скажем, вопрос — кто мешал Столыпину при проведении его либеральных аграрных реформ? “Реакционеры”? Черносотенцы? Вот уж нет. Дума! А кто так и не дал Столыпину ввести земства в западных губерниях? Опять Дума! Только лишь из-за того, что инициатива исходила “сверху”. То есть, борьба-то шла не за демократию, а за власть — со стороны тех, кто ее не имел, но хотел иметь. Причем российская политическая борьба имела еще одну характерную особенность. В своих нападках на власть отечественные оппозиционеры постоянно апеллировали за рубеж, к западному “общественному мнению”. И всегда находили там понимание. Словом, и в этом отношении происходило то же самое, что творится сейчас.
Кроме думских методов, оппозиция практиковала и нелегальные. Ширилась закулисная возня либералов, подрывная деятельность социалистических партий. Активизировалось масонство, включавшее в себя тех же самых либералов и социалистов. Приведу выдержку из работы Б.Башилова “История русского масонства”: “В период между революцией 1905 года и военным переворотом 1917 года в России работало большое число масонских ритуалов: 1. Русские ложи тайного Новиковского мистического масонства. 2. Русские ложи розенкрейцеров. 3. Ложи реформированного Папюсом мартинистского масонства. 4. Русские ложи “Великого Востока Франции”. 5. Русские ложи “Великой ложи Франции”. 6. Русские ложи, находившиеся в повиновении Высшего совета старинного шотландского масонства. 7. “Думское масонство”, отказавшееся от всякой мистики и обрядности, носившее чисто политический характер и находившееся в повиновении “Великого Востока Франции”. 8. Русские ложи ордена “Добрых Храмовников”. 9. Русские ложи ордена Филалетов. 10. Украинские ложи розенкрейцеров. 11. Ложи “Великой ложи Украины”… 12. Польские ложи различных повиновений. 13. Ложи еврейского ордена “Бнай Брит”. 14. Немецкие ложи в прибалтийских губерниях. 15. Финские ложи в Княжестве Финляндском. 16. Ложи грузинские, эстонские и других национальностей, среди которых мировое масонство всячески стимулировало, как и среди малороссов, сепаратистские стремления”.
Итак, мы снова сталкиваемся с картиной глобального масонского заговора, разъедавшего Россию. И предопределившего ее падение? Стоп, вот здесь хотелось бы предостеречь читателя от слишком упрошенного взгляда. Действительная историческая картина была отнюдь не “двухцветной” и отнюдь не простой.
Как уже отмечалось, масонство представляет собой “сеть”, но не спаянную и монолитную когорту соратников и единомышленников. Допустим, что общего между такими масонами, как князь Львов, Керенский и Троцкий? Союз между ними (весьма условный) возможен был только до падения царя. А когда Львов возглавил Временное правительство, он стал непримиримым врагом для рвущегося к власти Керенского. Как и Керенский для Троцкого. В России возникали и “дикие ложи” в нарушение всех масонских правил. То есть не учреждаясь от других, вышестоящих лож, а создаваясь сами по себе, явочным порядком. И правила устанавливали сами, преступая традиции “вольных каменщиков”. Например, принимая в ложи женщин или широко пропагандируя свою деятельность (что в масонстве категорически не допускается).
Наконец, когда мы сталкиваемся с описаниями всеохватывающего масонского могущества, стопроцентно верить им не рекомендуется. Даже если они основаны на собственных масонских данных. Потому что одно из главных средств “вольных каменщиков” — ложь. В том числе и о себе. При этом реальные тайны, будьте уверены, чаще всего остаются тайнами. А вовне распространяется только та информация, разглашение коей нужно самим масонам.
И зачастую они сами о себе распускают преувеличенные слухи — дабы создать соответствующее впечатление. Пусть уважают и боятся. Бывает и откровенное вранье отдельных масонов ради персонального самовосхваления. Так, в эмиграции Керенский и Кускова разразились мемуарами, явно стараясь всего навсего набить себе цену. Уж такого наплели о своих тайных связях и былом всесилии, что непонятно становится — как же они очутились за бортом, на “политической свалке”?
Отметим и еще один метод. Точно так же, как КГБ иногда очернял своих врагов и подрывал их позиции, запуская утки о их работе… на КГБ, так и масоны нередко практиковали этот метод. Подобным образом они, например, залили грязью генерала Михаила Васильевича Алексеева. Который на самом-то деле крепко насолил масонству, как международному, так и внутрироссийскому. Его конфликт с международным масонством касался связей Франции и Румынии. В обеих странах правительства состояли из “вольных каменщиков” родственных лож, именно этим объяснялась горячая “любовь” двух государств. И когда Франция, несмотря на противодействие Алексеева, втянула Румынию в войну, наобещав ей немыслимые выгоды, на Россию пошло колоссальное давление, требования снимать войска с других фронтов и перебрасывать на помощь румынам. Михаил Васильевич на давление не поддался. И царя убедил не поддаваться. Но катастрофу Румынии ему не забыли.
А внутренним масонам он прижал хвост в 1916 г., выдвинув проект диктатуры тыла, наведения порядка и жесткой борьбы с дезорганизаторами России. Дожать до введения диктатуры ему не удалось, царь на это не согласился, но Алексеев создал особую следственную комиссию генерала Батюшина, в короткий срок пересажавшую ряд вредителей-олигархов: банкира и медиамагната Рубинштейна (что вызвало скандал на уровне Гусинского) промышленников Шапиро, Раухенберга, Шполянского, сахарозаводчиков Бабушкина, Гепнера и Доброго. Когда же на комиссию покатили бочки купленные либеральные юристы, Алексеев прикрыл ее своим именем, направив министру земледелия и опубликовав в “Правительственном вестнике” официальное уведомление: “Моим распоряжением были арестованы сахарозаводчики Израиль Бабушкин, Иоволь Гепнер и Абрам Добрый за противодействие снабжения армии сахаром, умышленное сокращение выпуска сахара и злонамеренный вывоз сахара за границу…” Достаточно сказать, что после Февральской революции все арестованные очутились на свободе, а члены комиссии Батюшина — за решеткой. А вот Алексеева за такие его действия исподтишка произвели в “масоны” и даже в руководители “военного заговора”, обгадив его имя, а потом и память.
Если же разбирать реальные факты, то общее разъедание государства — было. Но представлять дело так, будто кругом, во всех государственных и политических структурах внедрились одни масоны, заняли все ключевые посты и вредительствовали, глубоко неверно. В Думе среди депутатов было 30 масонов. Меньше 10 %. Но оппозиционным было подавляющее большинство Думы! Поэтому неча на одних масонов пенять. Ох как у многих деятелей, никогда в жизни не имевших отношения ни к каким ложам, тоже оказалась “рожа крива”. Поскольку гораздо более опасным и губительным оказывалось не прямое, а косвенное воздействие масонства. А именно — пропаганда. Она во все времена являлась мощнейшим оружием “вольных каменщиков”, обрабатывая и формируя так называемое “общественное мнение”. А на Россию она шла уже два столетия подряд. Под флагами “просвещения”, “цивилизованности”, “свободомыслия”, “прогрессивных” учений и теорий.
И добивалась куда большего, чем вовлечение в ложи десятка-другого неофитов. Она заражала сотни тысяч людей. Ослабляла национальные устои всего народа. Особенно верхушки. Не сразу, постепенно, исподволь, год за годом, десятилетие за десятилетием. И добивалась своего. Дворянство, интеллигенция, буржуазия по-преженему оставались православными, но многие начали смотреть на посещение храма просто как на красивую традицию. Зачитывались бестселлерами масона Ренана, “объяснявшего” Евангелия и Деяния Апостолов с рациональной позиции. Запоем глотали книжки Ницше, Папюса и прочих антихристианских авторов. Увлекались спиритизмом, оккультизмом, астрологией, хиромантией. А как согласовать с Православием возникшую среди молодежи моду на самоубийства?
У рабочих вера была покрепче, но и они начинали смотреть сквозь пальцы на то, что их дети обходят стороной церкви, а вместо этого тянутся в социалистические “рабочие школы” — что ж, дело молодое, пусть “просвещаются”, авось в люди выйдут.
Конечно же, все россияне искренне считали себя патриотами. Но при этом интеллигенция и студенты переписывали друг у друга стихи Веневитинова:
“Грязь, вонь, клопы и тараканы,И надо всем хозяйский кнут,И это русские болваныСвятым отечеством зовут…”
И восторгалась ими, это было “модно”. Как и сочувствие “революции”. Это вошло на уровень “общепризнанного”, делить все явления на “реакционное” и “прогрекссивное”. Причем отождествить “прогрессивное” с либерализмом и западничеством. Как ни крути, снова напрашивается сравнение с сегоднящним днем, когда народ под влиянием пропаганды признает некие “демократические ценности”, хотя никто их в глаза не видел, кроме кучки воров. И хотя львиная доля россиян не получила от демократии ничегошеньки, кроме бед и несчастий.
