Прошла вперед по тропинке и села на лавочку. Воспоминания перенесли меня на неделю назад, когда в гости приехала Кристина. Как я рада была ее видеть! Жизнь шла своим чередом. Она устроилась на работу в столицу и вскоре ей придется уехать. Жаль было с ней прощаться, словно расставаться с частичкой себя самой. Но нужно двигаться дальше. Я могла лишь пожелать ей удачи, а свои сожаления спрятать поглубже. Рита по-прежнему игнорировала меня. Всему приходит конец, и нашей так называемой дружбе тоже. Что ж, надеюсь, она найдет свое счастье, ведь главной целью ее жизни всегда было удачно выйти замуж. Кристина рассказала мне, что, наигравшись, Алекс бросил ее. В то время как Рита уже успела настроить целую кучу совместных планов, надеясь на длительные и серьезные отношения. Интересно, признала ли она, в конце концов, мою правоту. Едва ли. Скорее считает, что Алекс оставил ее, благодаря моим козням. Печально осознавать, насколько ненависть может ослепить человека.
Алекс вел себя сдержанно, само собой, отвешивая едкие комментарии в мою сторону, но я старалась не обращать на них внимания. Он отстал от Марии и вел себя с ней сухо и отрешенно. Это к лучшему.
Я подумала о Филиппе. Больше мы не созванивались. Вспоминала его голос, его улыбку, надежные руки, заключающие меня в свои объятия. Я хотела быть с ним, ощутить его губы на своих губах. Скоро это станет возможным.
И, наконец, Карл. Он любит меня? Или добивается, чтобы потешить свое самолюбие? Он купил меня, как желанную игрушку. Неужели сможет просто отпустить, ничего не получив взамен? Его ухаживания, манеры, идеальное тело — это сводит с ума, заставляет трепетать все мое естество. Но, боюсь, что это просто маска, способ затуманить мой разум, и, когда я сдамся, он снимет ее и предстанет предо мной настоящим собой: жестоким монстром, человеком, который внушал мне страх, который душил меня на террасе родительского дома, по чьему приказу избивали до полусмерти того несчастного программиста. Страшно подумать, на что еще он способен, и чего я о нем не знаю. К счастью, в последнее время Карл с головой ушел в работу. Избегать его не составляло большого труда.
— Елена Сергеевна! — Я вздрогнула. Ко мне со всех ног несся Саша и отчаянно кричал. — Елена Сергеевна!.. Гранд!.. Елена Сергеевна!.. Со мной!.. Скорей!.. Гранд!.. Идемте!
Вскочила на ноги, на Сашином лице читался ужас. Мы со всех ног помчались на конюшни.
— Саша, что стряслось? — на бегу спрашивала я. Он молчал, но было ясно, что ничего хорошего не случилось.
Подбежав к конюшне, увидела Гранда. Он лежал на земле и безмолвно дергался. Это судороги!
— Не подходите близко, Елена Сергеевна, он вас ударит! — Саша схватил меня за руку, не давая подойти ближе к коню.
— Что же делать? — Я начала паниковать. — Что это?
— Я позвонил ветеринару.
— Откуда он будет ехать? Он не успеет! — в ужасе кричала я.
Саша опустил глаза вниз. Конечно, не успеет. Гранд затих. Подошла к нему, опустилась на колени перед его большой черной головой.
— Все будет хорошо, — тихо сказала я и ласково погладила Гранда по шее.
Он посмотрел на меня таким осмысленным, печальным взглядом и тихонько фыркнул. Из моих глаз покатились слезы. Гранд прощался со мной. Я уже не могла остановить рыдания, когда увидела, как жизнь угасла в его глазах. Не в силах подняться, обняла Гранда и залилась слезами. Сбежались люди — охрана, Мария, садовник. Ничего вокруг не видела. Только его безжизненное тело. Такое стойкое, такое мощное, такое красивое и такое бездыханное.
Кто-то поднял меня и повел прочь. Это была Мария. Она бережно обняла меня за плечи и проводила в комнату. Девушка молчала, угадав мое желание побыть в тишине. Я легла на кровать и закрыла полные слез глаза. Она принесла стакан воды, поставила его на тумбочку возле кровати.
— Мне жаль, Елена. — Мария погладила меня по руке. — Побыть с тобой?
— Нет, спасибо тебе, не нужно, — тихо сказала я.
Мария вышла и закрыла за собой дверь. Оставшись, наконец, в одиночестве, разрыдалась. Сколько времени прошло? Не знаю. Выплакав все слезы, встала с кровати и взглянула в зеркало. Оттуда на меня смотрела совершенно незнакомая девушка с отекшим лицом и растрепанными волосами. Мне все равно. Села на диван, взяла стакан воды и принялась напряженно размышлять. Еще вчера Гранд был совершенно здоров. Он не болел, периодически к нам наведывался ветеринар, а значит, это самое настоящее убийство. Кто-то убил моего Гранда, мою радость, моего друга. Только один человек способен на такую страшную подлость — Алекс. Сердце стучало в висках, внутри меня закипала злость. Он ответит! Если это он — непременно ответит. Но как же это доказать? Карл не станет слушать пустые обвинения. Постаралась успокоиться. Нужно подойти к этому вопросу с холодной головой. Снова легла на кровать, закрыла глаза. Они были тяжелые и так болели, что открыть их я уже не смогла. Усталость окутала меня с головой, горе сдавило грудь, и я провалилась в чуткий, беспокойный сон.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Глава 24
Мне снились конюшни. Я искала Гранда, слышала его ржание, но не могла никак найти. Звала, бегала из одного загона в другой. И вот, наконец, увидела его, раненного, лежащего на полу и истекающего кровью. Над ним стоял Алекс. Он злорадно улыбался и стрелял в Гранда из моего пистолета снова и снова, и снова. Я пыталась кричать, но ни единого звука не вылетало из моего рта. Хотела заплакать, но слезы застыли в глазах. Подняла свои руки, они были в крови. Густая, красная, еще теплая, она стекала на пол. Могла чувствовать ее металлический запах. Ледяной ужас сковал меня, и я, вздрогнув, проснулась.
Села на кровати, уставившись на руки, пытаясь отыскать на них следы крови. Ничего. Это просто сон. Глубоко вздохнула, взяла телефон. На экране три пропущенных вызова. Карл звонил. Он, конечно, уже знает. Пошла в ванную комнату. Умывшись и причесавшись, почувствовала себя немного лучше. Снова легла на кровать, отрешенно уставившись в потолок.
Неожиданно распахнулась дверь. Я вздрогнула и резко встала. Карл. Он быстро подошел ко мне и взял за руку.
— Идем, — решительно произнес муж.
— Карл, пожалуйста, я хочу побыть здесь. — Одернула руку и снова легла.
— Елена, идем! — Таким тоном, не принимающим возражений, раньше, тысячу лет назад, со мной говорил отец.
От безысходности, поднялась и нехотя последовала за ним. Мы спустились вниз, прошли по пустой гостиной и вышли из дома. У порога стоял его черный джип. Карл открыл дверь, бережно усадил меня, а сам сел за руль.
— Куда мы едем? — устало спросила я.
— Туда, где тебе станет легче, — уверенно ответил и улыбнулся.
Джип покинул пределы поместья и устремился к морю. Карл привез меня на пустынный дикий пляж. Да, он определенно угадал мои желания. Море успокаивает и лечит душу.
— Знаю, ты любишь это место. — Подал мне руку, помогая выйти из машины, а я залилась краской. Грудь сдавило. Здесь мы встречались с Филиппом.
Карл достал из машины бутылку виски и небольшой уютный плед. Он расстелил его ближе к морю, снял пиджак, обувь и уселся на него.
— Елена, посиди со мной. — Карл улыбнулся и махнул мне рукой.
Он что, решил утопить мое горе в бутылке виски? Села рядом и обняла свои колени. Карл открыл бутылку и сделал глоток.
— Хочешь? — Он вопросительно посмотрел на меня.
— Нет, я в состоянии справиться со своим горем без этого, — недовольно ответила я.
— Просто снять напряжение, — ответил Карл, пожимая плечами. — Справиться с горем алкоголь не поможет.
Я смотрела на бесконечный синий простор, глубокий и манящий, слушала успокаивающий шум прибоя. Волны неспешно подступали к берегу, расстилаясь белой, густой пеной. Карл молчал. Он хотел послушать меня? Совершенно напрасно. Мне собеседники не нужны. Мне нужен покой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Это — жизнь, Елена. Никто не застрахован от болезни. — Муж попытался меня успокоить.
— Это — не жизнь, это — смерть, и не думаю, что случайная, — тихо сказала я.
