он убрал с лица маску.
Питательная система адаптирована.
— Я в штаб на доклад. Кип, веди личный состав в жилой городок. Пока ждите там, — дал указание Хогас, меняя шлем на маску.
— А он тут есть? Полный бардак! — воскликнул лейтенант.
Несколько секунд мне понадобилось, чтобы оценить весь ужас и безнадёгу, царившие в этом месте. На огромной площади старого космопорта расположилось огромное число войск — грязных, немытых, израненных. Со всех сторон шли колонны солдат, облачённые в старую броню ОСФ и РКА.
— Эти костюмы тяжёлые и ненадёжные. К тому же, в них стоят механизмы пассивного экзоскелета. Командование ОСФ совершенно ребят не жалеет, — возмутился один из сержантов, шедший в колонне бойцов мимо нас.
Кип жестом приказал нам двигаться за ним. Здания вокруг использовались совсем не по предназначению — в неотапливаемых ангарах лежали раненые, в административных постройках засели снабженцы. Вдобавок к ним, на всём лётном поле разбросаны жилые и штабные модули частей и подразделений.
Ощущение хаоса не покидало меня ни на секунду. Как и моих новых коллег, которые поносят местных командиров отборными словечками. Серая жижа под ногами налипала на подошву, а проезжающие мимо бронетранспортёры только разводили её ещё больше, оставляя глубокие колеи.
Я проводила взглядом один из транспортов, перевозящий отряд солдат. Среди этого отряда много раненых, ещё больше убитых и всего несколько уцелевших бойцов с потухшими взглядами. На серо-синем корпусе транспортёра отчетливо заметны разноцветные следы крови солдат со всей галактики.
— Ты посмотри! — воскликнул Трайдор. — И этих сюда занесло.
Он махнул рукой в сторону, где двое военных-амелеев, облачённых в новенькие комплекты «Номэкса», отчитывали молодых собратьев в старой броне за нечищеные ботинки. Отличительной чертой этих заносчивых умников являлись красные шлемы, блестящие даже при такой серой погоде. Как мне подсказала Тори, среди военных «эти красные шапки» пользуются дурной славой стукачей и трусов.
Возможно только я заметила среди этого всего небольшую группу амелеев в гражданской одежде. Несколько мужчин и женщин преклонного для этой расы возраста шли нам навстречу. Наспех свёрнутые в небольшие мешки вещи были словно пропуском через блокпосты и кордоны ОСФ. На их лицах можно было прочитать страх, смешанный с чувством облегчения и благодарности за то, что просто вышли живыми из самой настоящей бойни.
— Вы что здесь делаете? — окликнули их те самые красноголовые. Наш отряд уже прошёл мимо, а из окружающих мало кто обратил внимание на грубое обращение с пожилыми беженцами.
— Нам стоит остановиться. Так нельзя со стариками, — сказала я, когда военные перешли на откровенную грубость, пока мы всё отдалялись от них.
— Это их работа, пускай и грязная. Они следят за порядком, — проговорил рядовой, шедший сзади меня.
— Искать порядок в хаосе — гиблое дело, — сказала Тори, не смогла сдержать любопытства и обернулась, воскликнув от удивления. — Ой, сейчас что-то будет!
Лейтенант Трайдор уже спешил к месту задержания беженцев. Шёл он слишком бодро для амелея, желающего поговорить мирно. Не вступая в разговор, он прикладом сбил с ног первого красношапочника, который копался в вещах невысокой старушки, сжавшейся от страха. На второго он наставил пистолет и приказал вернуть документы старикам и отпустить. С первого раза, аргумент не сработал и Трайдор сам вырвал электронные планшеты из рук своего собрата и отвесил тому мощную пощёчину.
— Свалили черти отсюда! — прокричал Трайдор и это единственное, что можно было расслышать в нараставшем гуле.
Над головой пролетели два боевых трикоптера, взявшие курс на город. Отсюда видны только самые высокие здания Авила — телецентр-ретранслятор, вершины куполов президентского дворца и нескольких высоток. Гул машин, доносящиеся звуки выстрелов артиллерийских установок и перестрелок в городе, крики и стоны со всех сторон, дым и стойкий запах гари, грязь и дождь — такова приветственная музыка Карулеуса.
Глава 16
Планета Карулеус, Голубая система, штаб объединённой группировки РКА и ОСФ.
Хогас подходил к обветшалому зданию бывшего главного терминала космопорта. Двухуровневый комплекс повидал многое за время этого затянувшегося конфликта — угол здания полностью разрушен, видны обнаженные перекрытия между уровнями, панорамные окна закрыты бронированными листами и уже испытали на себе огонь крупнокалиберных пулемётов. Удивляло во всём этом целостность помещения для руководства полётами, находящегося на верхнем уровне и имевшее форму многоугольника.
«Даже антенны не повреждены», — подумал Хогас, заметив на крыше терминала прямоугольники локаторов и сканеров, вращающиеся в разные стороны.
Оценив состояние здания штаба группировки, он вновь погрузился в раздумья. На борту «Низара» он всеми силами пытался отвести сомнения в адекватности действий командования группировки. Увиденное здесь эти сомнения подтвердило. Теперь предстояло действовать исходя из текущей обстановки, которая чертовски ему не нравилась!
«Где подготовка, расчёт, разведка? Про комплексное использование сил и средств ведения войны эти генералы совершенно позабыли» — размышлял Хогас, продолжая хлюпать по раскисшей почве Карулеуса.
Большая часть группировки была выделена командованием Земной Федерации по решению Совета землян.
Пока он шёл к штабу, успел послушать разговоры солдат и офицеров, встретил несколько заслуженных вояк из регулярной армии АЗФ и понял ужасающую реальность — личный состав гонят просто на убой, словно свиней, не жалея даже плохо подготовленных новобранцев. Это, не говоря уже о старом техническом оснащении войск.
— Они говорят, мол, а для чего ещё солдат нужен, как не умирать за интересы Федерации? — сказал ему подполковник из воинского контингента землян.
— Нас пригнали сюда раздать билеты в братскую могилу, Хогас, — вторил коллеге ещё один офицер, потерявший уже больше половины своего батальона.
— Я прилетел сюда с двумя сотнями бойцов. Подготовленных и опытных. Мне дали ещё столько же, а из боевого опыта у них — знание текста присяги Совету Земной Федерации, — сокрушался майор, которого Хогас встретил рядом со штабом. — Вот ходил к командованию просить не пускать эту молодёжь в бой, поберечь их. Не послушали! Завтра, говорят, штурмовать центральный вокзал пойдёшь!
В лицах этих опытных офицеров, Хогас видел отчаяние, которое было не присуще этому типу людей. Представителей расы, к которой он питал тёплые, практически родственные чувства, были основной ударной силой объединённой группировки войск. И, судя по последствиям, толпам раненых и искалеченных, эту силу размазали по Авилу, как грязь размазывает бронетехника.
Главный терминал охраняли сотрудники Гвардии Главного Совета. В Корпусе их считали отборными мерзавцами и старались лишний раз с ними не пересекаться. Гвардейцы всегда выделялись на фоне других военнослужащих — чёрная новенькая броня с красным
