С нее я и начала и не заметила как уснула.
Глава 18.
Утром меня снова разбудила Риллианна. Мне, наконец, разрешили поесть, и мы вдвоем позавтракали, причем я съела раза в три больше, чем она.
Риллианна, по обыкновению, щебетала обо всем подряд. Между делом она упрекнула меня в том, что я уснула, забыв выпить укрепляющий отвар, а потом снова с восторгом принялась перечислять, чему успела научиться у жриц. Глаза ее сияли. Кажется, обретение целительской магии не просто сделало ее счастливой, это дало ей смысл жизни. Меня так и подмывало спросить, как она сможет от нее отказаться, но не решалась. Возможно, они что-то придумали с настоятельницей. Про непроведенный ритуал я тоже спросить не решилась. Во-первых, я с самого начала не горела желанием его проводить. А, во-вторых, раз сама Риллианна об этом не заговаривает, я не буду портить ей радость.
Так прошло еще три дня. Я уже совсем хорошо себя чувствовала, даже лучше чем раньше. Оказывается, жрицы не просто ввели меня в состояние стазиса, чтобы не мешалась под ногами, как я сначала подумала. Они провели процедуру полного исцеления тела, откат после нее, конечно,тяжелый, но зато сейчас я чувствовала себя пятнадцатилетней девчонкой.
От Роберта за все это время пришло еще одно послание, снова с указанием обязательно его дождаться. На этот раз он обещал приехать через неделю. По идее, я должна была с ума сходить в закрытом помещении, не имея возможности узнать, что с сыном, но чувствовала я себя спокойно. Даже отстраненно как-то. Подозревала, что это воздействие жриц, но даже на этот факт не могла возмутиться. Читала книги, общалась с Риллианной, много спала и хорошо питалась. В-общем, жила как в санатории строгого режима.
Из храма меня не выпускали, хотя другие жрицы отлучались довольно часто. Храм стоял посреди озера, и хотя небольшой садик около храма был, но он нес чисто декоративную функцию и явно не использовался как источник овощей и фруктов. Жрицы ежедневно закупались свежими продуктами в соседней деревне, заодно помогая местным с их нехитрыми проблемами.
Впрочем, Риллианну тоже никуда не пускали, но она совершенно не расстраивалась по этому поводу, проводя большую часть времени с обожаемой наставницей.
Я приготовилась провести еще одну скучнейшую неделю в этой святой обители, но тут случилось чудо. На пороге моей комнаты появилась великолепная Эвелина Рэдлоу!
- Принимайте гостей! - воскликнула она, как всегда прекрасная и дерзкая в облегающем красном платье.
- Эвелина! - бросилась я к ней, чувствуя, как разбивается стеклянными осколками наведенное спокойствие, - как ты тут оказалась?
- Решила проведать узниц, - хмыкнула она, но тут же стала серьезной, - Роберт мне рассказал про Людвига, это ужасно. Но меня особенно возмутило, что этот чурбан оставил тебя здесь, даже не удосужившись вернуть домой. Представляю, как ты себя чувствуешь. Я бы сбежала несмотря ни на что!
Я пожала плечами. Не рассказывать же про две мои позорные попытки, закончившиеся оба раза сонным заклинанием. Эвелине не понять, как тяжело жить обычному человеку в магическом мире.
- Только не говори, что несколько дней среди жриц Яроса сделали из тебя трусливую клушу, - возмутилась она, - так и собираешься тут сидеть и ждать Роберта?
- А что ты предлагаешь? - мрачно спросила я .
- Вот! - подняла палец вверх Эвелина, - это правильный вопрос. Я предлагаю сбежать!
- Сбежать? - растерялась я, - я даже не знаю, Роберт разозлится.
- Слушай, ты мать или кто? - возмутилась Эвелина, - с Робертом потом разберемся, экипаж у меня быстрый, возница надежный, артефактов защитных под завязку, да и я сама, если что, рога пообломаю, если кто полезет. Домчу тебя домой к вечеру, а там, глядишь, и ребенок уже дома.
- А выйдем как? - спорила я уже из принципа, потому что в душе была согласна сразу.
- Все продумано! - явно гордясь собой, ответила Эвелина, - одеваешь мое платье, вешаю на тебя артефакт личины, он, правда, кратковременный, максимум на десять минут, зато сильный, даже жрицам не по зубам. Спокойно выходишь, идешь по мосту до экипажа, а я тут в комнате закроюсь, буду изображать больную. Потом порталом перемещусь прямо отсюда в ближайший трактир по дороге и буду ждать вас там.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Ох, ну ничего себе операция, - восхитилась я, - может Риллианну все-таки предупредить, а то будет волноваться.
- Да ну, - поморщилась магичка, - эта испуганная курица сразу же Роберту вестника отправит, и все, никто тебя уже не выпустит.
- Зря ты так, - нахмурилась я, нормальная она девушка, просто …
- Просто леди, - презрительно фыркнула Эвелина, - не нашего с тобой поля ягода. Неужто вы уже подружиться успели?
- Она будущий член семьи, было бы странно, если бы мы не общались, - дипломатично ответила я.
- Ну, ну, - усмехнулась Эвелина, и уже серьезно продолжила, - в-общем, давай решайся, едешь со мной, или ждешь тут, пока про тебя вспомнят.
- Еду, - решительно ответила я и принялась снимать платье.
Мы быстро переоделись. Мне пришлось надеть не только провокационное алое платье, но и туфли с высоченной шпилькой. К стыду своему, в прошлой жизни я вообще предпочитала кроссовки, одевая туфли лишь на самые торжественные мероприятия, здесь же тоже привыкла пользоваться удобными башмачками, так как любила много гулять. А теперь надо было быстро и уверенно продефилировать на этих спицах по мосту. Эх, надеюсь, за мной никто из жриц наблюдать не будет. Хотя кого я обманываю? На это платье и захочешь не смотреть, да не получится.
Надев артефакт, я сосредоточилась, вдохнула воздух и, резко открыв дверь, пошла по коридору, не оборачиваясь. Как ни странно, по пути мне никто не встретился. Я спокойно дошла до выхода, где стояла одинокая старушка в одеянии жрицы и кланялась изображению Отца изначального , выложенному мозаикой на стене храма.
Я кивнула на всякий случай старушке, но та не обратила на меня никакого внимания. На секунду меня даже посетило иррациональное чувство обиды. Вот так тут тщательно за всеми следят? Заходи кто хошь, бери что хошь, безопасное место называется.
Но потом опомнилась, даже по примеру старушки поклонилась, благодаря за удачу, и, стараясь шагать как можно увереннее, двинулась по мосту. В этот раз мне было не до любования окрестностями, я выглядывала впереди экипаж Эвелины. Он действительно оказался неподалеку, за рулем сидел возница, который, увидев меня, тут же выскочил и открыл дверь салона.
Поблагодарив, я села в полутемный салон - окна были зашторены - дверь захлопнулась, погружая салон еще в больший полумрак, и тут я заметила темный силуэт мужской фигуры, сидевшей напротив меня.
- Ну здравствуй, Аделина, - раздался знакомый голос, и я поняла, что попала, так как голос принадлежал барону Сириусу Шарроузу.
Я смотрела молча. Не было сил ни на ехидство, ни на вежливость. В голове успела промелькнуть мысль : “Все-таки это Сириус! Но почему Эвелина с ним заодно?” Рука непроизвольно коснулась ручки двери, но экипаж уже тронулся с места, да и вряд ли барон позволил бы мне выпрыгнуть на ходу.
- Где мой сын? - наконец смогла произнести я, не отрывая горящего взгляда от довольного лица своего спутника.
- Хм, даже не поздороваешься? Дорогая, где твои манеры? Мальчишка в безопасном месте, не переживай. Слушайся меня, и с ним все будет хорошо.
- Что тебе нужно? Деньги, драгоценности? Я добуду,сколько смогу, только верни Людвига.
Шарроуз брезгливо поморщился.
- Дорогая, я же не бандит. Надеюсь, ты не думаешь, что я зарабатываю себе на жизнь вульгарными похищениями, да еще собственными руками. Уж поверь, я смог бы заплатить наемникам. Но мне нравится, что ты обращаешься ко мне на ты. Можешь еще добавлять “любимый” или “дорогой”, все-таки я твой будущий муж.
- О, так это из-за наследства? Но почему нельзя было просто сделать предложение? Зачем шантажировать ребенком?
