дом великого гетмана. Он жил в блестящем Несвиже, получил прекрасное домашнее воспитание. А вот Юзеф, главный наследник, попал к дяде Иерониму Радзивиллу.
Увы — тот был немногим адекватнее безумного Мартина. В имениях Иеронима так же качались в петлях трупы не угодивших князю. Вопли заключенных в подземельях узников казались ему лучшей музыкой. Имениями подопечного Иероним пользовался как своими, особенно ординацией Клецкой, которая с 1748 года официально передавалась Юзефу.
Наверное, свободно юноша смог вздохнуть, только когда его отправили на обучение в Варшаву. Увы — время ушло... Пока ровесники, дети магнатов, участвовали в каруселях — рыцарских состязаниях,— обучались в университетах, ездили по Европе, горбатый Юзеф рос, сидя под замком.
В 1759 году он наконец получил законное наследство — стал клецким ординатом. И начал поддерживать «Фамилию» — партию магнатов, основанную Чарторыйскими, врагами Радзивиллов.
Врагом своих родственников Юзеф остался до конца. Когда Кароль Радзивилл Пане Коханку, проиграв битву против королевских и российских войск, уехал в эмиграцию, Юзеф стал одним из опекунов его конфискованных имений. Минским воеводой его назначили сразу после первого раздела Речи Посполитой. Юзеф исполнял все указы властей. Были повышены налоги для богатых горожан. Иезуитский коллегиум превратился в светскую школу. Начали восстанавливаться православные церкви.
Разумеется, сколь бы экзотичной ни была внешность восьмого клецкого ордината, без пары он не остался. Юзеф был женат дважды: на Антонине Менчинской и на Виктории Остророг. Имел пять дочерей и сына Антония, ставшего каноником виленским.
Существует любопытный миф, связанный с еще одним подопечным Михала Казимира Рыбоньки — пасынком Матеем Радзивиллом. Якобы в 1779 году он сделал предложение дочери минского воеводы Юзефа Радзивилла Анне. Ответа пришлось ждать два года. Можно предположить, что Юзеф, чье детство и юность были отданы на растерзание двум маньякам, не мог преодолеть неприязни к тем, кто не спас его. Опять же Матей был близким другом Пане Коханку, чьими отобранными имениями несколько лет распоряжался Юзеф.
Спустя два года Матей получил категорический отказ. Анна стала Любанской. Так вот, есть гипотеза, что эта душевная травма Матея послужила импульсом к появлению первой белорусской оперы — «Агатка, или Приезд пана Ария Валенты», либретто которой написал Матей Радзивилл. Оперу представили в Несвиже в 1784 году, когда Кароль Радзивилл принимал в гостях короля Станислава Понятовского. Сюжет: сироту Агатку разлучает с возлюбленным Антеком злой староста Пиашка, который хочет выдать ее за другого. Якобы в образе Агаты Матей вывел любимую воеводянку Анну, а злой староста — это и есть Юзеф Радзивилл, ее отец. Правда, в родословной Радзивиллов значится, что Анна Любанская, дочь Юзефа Николая Радзивилла, родилась в 1786 году... Нестыковочка!
Юзеф Радзивилл дожил до исчезновения Речи Посполитой. Вошел в историю как предпоследний воевода минский и последний воевода трокский. Раздал имущество родным и остаток дней провел в Радзивилимонтах возле Клецка, ныне — деревня Красная Звезда. Похоронен в Несвиже, куда Юзефа в детстве не взяли на воспитание.
Спустя годы его племянник Антоний, сын выросшего в Несвиже Михала, напишет либретто на поэму Гете «Фауст». В образе Фауста Михал представлял своего деда, Мартина Радзивилла. Что ж, злодеяния, ужасавшие современников, для потомков иногда приобретают романтический окрас... Увы.
ПО ОБЕ СТОРОНЫ БАРРИКАДЫ.
ШИМОН КОССАКОВСКИЙ
(1741—1794)
Помните фильм «Аватар»? Солдат-наемник переходит на сторону хороших синих инопланетян, помогая им истреблять плохих землян-соотечественников. Лента даже породила в сети споры о том, что «рождается новое поколение сюжетов с героем-перебежчиком». И правда: герои-люди помогают то разумным обезьянам, то упырям, то мигрантам из других миров в ущерб своему же виду.
История знает немало примеров, когда герой, прославившись подвигами на одной стороне, продолжал геройствовать на другой, как блудный сын Тараса Бульбы Андрий. Спартанский царь Агесилай согласился помочь египетскому царю Тахосу в войне против персов. Поссорившись с работодателем, перешел с войском на сторону персидского правителя Нектанеба II, которого и возвел на египетский трон. Даже Сид Кампеадор, герой испанского эпоса, воевавший с маврами, иногда был наемником тех самых мавров. А полистать страницы нашей истории... Князь Андрей Курбский сбегает от своего сюзерена, Ивана Грозного, к польскому королю Сигизмунду Августу. Князь Михаил Глинский, военачальник Великого Княжества Литовского, прославившийся в битве с татарами под Клецком, перебегает к русскому царю и уже с его войском осаждает Менский замок. Богуслав Радзивилл добивается протектората Швеции над Великим Княжеством Литовским, возглавляет бранденбургскую армию на территории Пруссии, затем примиряется с польским королем и воюет против Швеции в Курляндии...
Вспоминается и еще один весьма неоднозначный персонаж. На его родовом гербе «Слеповрон» черный ворон держит в клюве кольцо. По одной легенде, это ворон, который помог в битве римскому трибуну Валериусу, по другой — наглая птица пыталась украсть перстень венгерского короля Матиаса. Обладатель герба, последний гетман литовский Шимон Коссаковский, родился в знатной семье. Настольной его книгой стал учебник итальянского полководца Раймунда Монтекуолли. Воинскую карьеру начал в свите курляндского герцога. Амбициозный юноша мечтает стать генералом, гетманом... Он присутствует при избрании последнего короля Речи Посполитой Станислава Понятовского. Но отношения с новым королем не сложились. Тот даже не отдал староство, обещанное Коссаковскому. Литовский исследователь Видас Далинскас считает, что именно эта обида подтолкнула Коссаковского перейти к врагам короля, поддержать Барскую конфедерацию. Шимон в качестве официального представителя оппозиционной королю Генеральности конфедерации ВКЛ едет в Санкт-Петербург. А по возвращении начинает собирать войско, чтобы свергнуть Станислава Августа.
То, что Шимон обладал воинским талантом, сомнению не подлежит. Но с королевскими и поддерживавшими Понятовского российскими войсками справиться не смог и вынужден был после очередного поражения отступить в Пруссию. Но не успокоился. Из Берлина отправился искать союзников в Османскую империю, объявившую войну России. Вот только шляхта Речи Посполитой искоса посматривала на молодого Шимона, вдруг ставшего такой заметной политической фигурой. Он присвоил себе титул «генерального региментора и коменданта», а также «сборного маршалка», по-свойски распоряжался всеми добытыми на войну средствами... И вскоре Генеральность конфедерации объявила его узурпатором и расхитителем финансов.
Поздно! «Сборный маршалок» проигнорировал Генеральность и единолично возглавил военные действия. Его тысячекилометровый поход через все Княжество Литовское с заходом на русскую территорию стал легендой.
Коссаковского должен был поддержать со своим войском великий гетман Михал Казимир Огинский. Однако Огинский, человек амбициозный, но мягкий, долго колебавшийся, поддерживать ли Барскую конфедерацию или хранить присягу королю, предпочитал игру на арфе воинскому искусству. Удержать начавшиеся было удачные завоевания он не смог. Под Столовичами, где князь расслаблялся после одержанных побед, на его лагерь обрушился не знавший отдыха Суворов. Говорят, Михал Казимир удирал
