сняла очки, чтобы протереть их. Мне удалось заглянуть в одно стёклышко, в котором отображалась стена с краешком подсвечника…
— Ни то, ни другое. Меня потому и удивили эти очки, Алана! Я думала, что они, ну, для чего-то же должны быть, как инструмент, а не просто для красоты?
После паузы Алана предположила, вертя в руке перо с высохшими чернилами:
— Возможно, Ингерис носит их как память о славном предке… сумевшем не сгинуть в великом и ужасном немагическом мире.
В голосе Аланы проскользнула ирония. Многие наши соплеменники всерьёз считали Землю страшным местом только потому, что там нет магии.
— Ингерис-то, допустим, да, — согласилась я. — Но предок зачем унёс с собой совершенно бесполезные очки? Алана, мне кажется, за этим кроется какая-то интересная тайна.
И я не преувеличивала: меня действительно охватывало странное волнение, когда я думала об этих очках. То же самое творилось в случае с юным Рильманом. Кто знает, быть может, у тех драконов, кому предназначено стать квизари, развивается особое чутьё? И если я сначала согласилась с Хэг-Даалем, заявив, что маленький дракончик — фантазёр, то сейчас всерьёз задумалась.
Выходит, если у меня есть чутьё, то Рильман не фантазёр. Просто ему не повезло — мальчишка так много и вдохновенно сочинял раньше, что и теперь его историю сочли за выдумку.
— Ну как, пришла к каким-нибудь ошеломляющим выводам? — спросила Алана. Я очнулась и обнаружила, что она с улыбкой наблюдала за мной.
— Пока ещё нет, — осторожно ответила я, — но кто знает…
Только я хотела попросить Библиотеку дать мне пару книжек, как за дверью послышался топот маленьких ножек и требовательный детский голосок:
— Аня! Аня! Иди сюда, давай поиграем!
Ну конечно, это была Тиана. И малышка называла меня тем же уменьшительным именем, что и её мама. Я оглянулась на Алану, и та с улыбкой развела руками:
— Ты же знаешь мою дочь, она всегда добивается своего!
Следующие полчаса я ползала по детской комнате, катая Тиану на спине. Потом мы перебрали всех кукол, игрушечные деревянные домики, я создала кучу весёлых иллюзий и растворила их в воздухе, пока близнецы где-то носились, а маленький Лиэм сидел среди бутылочек с разноцветной водой и составлял «зелье».
— Я хочу летать! — потребовала Тиана. — Давай из замка выйдем, и я к тебе на спину сяду, и мы полетим, и…
Она буквально захлёбывалась словами, пока я смотрела на хорошенькое кареглазое личико, обрамлённое чёрными кудряшками, и прикидывала, смогу ли я чем-нибудь отвлечь её. Катать Тиану одну было ещё рано — соскользнёт. Взять с собой служанку и тоже посадить ко мне на спину? Нет, всё равно было как-то боязно! Пусть уж лучше Тиану в воздухе носят родители!
— Летать! Летать, летать, летать, — затеребила меня за накидку девочка. А мне в голову тем временем пришла отличная мысль, только её надо было проверить в Живой Библиотеке!
— Тиана, может, лучше в зелья с Лиэмом поиграете? — невинно предложила я. Малышка без слов поняла, что я не хочу выполнять её желание, и отчаянно завопила, заодно толкнув все бутылочки Лиэма, так что «зелье» разлилось. Теперь они завопили уже оба.
Прибежала Райле, попыталась их успокоить — безуспешно. Тиана хотела летать, к ней присоединился Лиэм, раз уж игру ему испортили. И пока дракончики возмущались и тянули меня за платье, ещё одна служанка вытерла лужу на полу, а в детскую заглянул Каэм. При виде отца малыши немедленно замолчали и отпустили моё платье… только для того, чтобы повиснуть на нём.
— Летать! Летать! Летать! — дружно кричали они в один голос.
Так и вышло, что летали мы по иллюзорным лесам большой компанией: Лиэм и Тиана на спине Каэма, поддерживаемые с двух сторон стражниками на коврах, а я — сзади. Обуреваемая нетерпением и желанием поскорее отправиться в библиотеку.
А ведь только утром радовалась, что могу отдохнуть целую неделю!
Назад Тиана возвращалась, сидя на шее у отца, а Лиэм держал меня за руку и рассказывал, какое потрясающее «зелье молчания» он придумал.
— Вот так наливаешь его в просто воду, добавляешь обармыра…
— Чего-чего? — переспросила я.
— Обармыра, — с чувством превосходства пояснил мальчишка. — Это такой особый состав для улучшения зелья! Но ты, наверное, не знаешь, ты ещё маленькая, а я совсем взрослый, поэтому зелья у меня такие же сильные, как у папы!
Я услышала смех Каэма и улыбнулась.
— Не сомневаюсь.
В библиотеку мне удалось вырваться только вечером. Но торопилась я, как выяснилось, совершенно зря — в перечне магических артефактов так никаких очков и не нашла.
XIX
Неделя промелькнула, как приятный, расслабляющий сон, но пора уже было возвращаться на службу. Перед тем, как это сделать, я договорилась с Хааром, что пару деньков погощу у него — вот-вот вылупится из яйца маленький дракончик, и пропускать это замечательное зрелище мне не хотелось. А ещё надо было в сотый раз расспросить Шиилит о её приключениях в немагическом мире!
В отличие от Аланы, супруга Хаара прожила на Земле всего полтора месяца и сбежала, как только смогла, заявив, что магия всё равно «лучше, чем горячая вода, электричество и мобильный телефон».
— Как интересно! А нельзя в наш мир перенести все эти изобретения? — спросила я тогда у невестки, и она вздохнула:
— К сожалению, нет. Здешняя наука не справится с земными достижениями, это ещё лет семьсот должно пройти… Хоть бы порох сначала изобрели, например.
Что такое порох, Алана мне уже рассказывала. Людям, конечно, такая штука полезна, но мы, драконы, благодаря магии превосходно обходились и без неё!
Так или иначе, меня ждало путешествие. Я велела Эсимэ собрать вещи и подготовиться, сварила новое зелье для Сетара, чтобы не мёрз в пути, а самое главное — сунула в дорожный сундучок заветный пузырёк с «водичкой», которая поможет мне разоблачить Рика. В том случае, конечно, если ему действительно есть что скрывать.
Зелье и правда походило на обыкновенную воду как она есть, и об этом позаботился Каэм.
— Точно горчить не будет? — спрашивала я, обнюхивая пузырёк, а брат с неизменным спокойствием отвечал:
— Не будет. Только проследи за тем, чтобы пузырёк никто случайно не выпил!
— Кто будет копаться в моём сундучке, кроме Эсимэ, — отмахнулась я, — а она предупреждена!
Напоследок я вышла из замка прогуляться. Близнецы Саан и Каллан упражнялись на своих ещё не до конца сформировавшихся крыльях, пытаясь взлететь, а их родители наблюдали за этим зрелищем, стоя у ворот замка. Каэм приобнял Алану за плечи, и рядом с ним моя дорогая невестка казалась совсем
