Оказывается, два часа назад в департамент позвонила некая миссис Куински и сообщила, что одна из ее квартиросъемщиц куда-то исчезла. Хозяйка не видела постоялицу пять дней, но не придала этому особого значения — иные жильцы пропадают и на более долгий срок…
Когда же позвонили с работы этой самой квартиросъемщицы (зовут ее, кстати, мисс Тревор) и поинтересовались, не заболела ли их сотрудница, миссис Куински поднялась на второй этаж, долго стучала в дверь, но никто не открыл. Тогда она решила воспользоваться запасным ключом, но тщетно. Дверь была заперта изнутри, и ключ находился в замочной скважине.
Домовладелица вызвала полицию. Дверь вскрыли. Мисс Тревор в комнате не оказалось. Проверили окна. Они были заперты опять же изнутри…
Лейтенант выдержал многозначительную паузу, и я удачно успел в нее влезть.
— Исчезновение из закрытой комнаты. Интересно. Читал о чем-то подобном. Но при чем тут я?
— Вот сейчас мы подошли к самому главному, — как-то странно, мне показалось, даже с некоторой долей злорадства, улыбнулся лейтенант. — В комнате Маргарет Тревор находилась одна вещица из полипластика метров двух длиной.
— Ты имеешь в виду «саркофаг»? — спросил я.
— Он самый, — кивнул Хэлтроп.
— Ну и что?
— А то, что он был включен… и внутри — никого!
Я оторопело уставился на лейтенанта.
— Этого не может быть!
— Оказывается, может, — хмыкнул Хэлтроп. — Или ты не доверяешь ребятам из патрульной службы?
— Доверяю, — пожал я плечами. — И все равно тут что-то не так.
— Ничего, скоро приедем на место, сам увидишь. Ты же специалист, — не удержался от шпильки лейтенант.
Занятый своими мыслями, я воздержался от ответа.
…Терминал виртуальных проекций, или «саркофаг», как его окрестили, — это сложная система, включающая в себя мощный компьютер и имеющая выход через модем в местную, а при желании, и в глобальную сеть. Сотни ее биосенсорных датчиков, а также телесистема напрямую связаны с мозгом человека. Все это в совокупности позволяет из обычной реальности перейти в «виртал» — так сократили пользователи неудобное и длинное «виртуальная реальность».
Стоили «саркофаги» недорого, так что купить такое устройство, в принципе, было возможно. Проблема заключалась в другом: человек,
однажды побывавший в виртале, редко потом интересовался какими-лцбо другими развлечениями.
1Еще бы! Путешествовать по галактикам, сражаться с морскими пиратами или пришельцами из космоса, стать суперагентом или рыцарем без страха и упрека — кто откажется от такого?! Компьютерные программы наперебой предлагали приключения, которые в настоящей жизни вряд ли кому удалось бы пережить. Эффект присутствия был полным. Это затягивало, это будоражило, это стало своего рода наркотиком, без которого многие уже и не представляли жизни, уходили в виртуальные миры и, порой, не возвращались.
Поэтому фирмы-производители «саркофагов» были вынуждены создавать всевозможные системы контроля за прохождением объекта по виртуальным мирам, часовые таймеры, отключающие терминалы после пятичасового их использования и блокирующие повторное включение в течение суток, защитные файлы для устранения случайных ошибок и множество других программ вкупе с компьютерным оборудованием.
Но не всегда эти меры могли остановить жаждущих вечных развлечений, так как хакерство процветало повсеместно. Программы взламывались, системы защиты перекодировались или убирались вовсе. Хакеры-профессионалы зарабатывали на этом деньги, хакеры-дилетанты одержимо боролись с защитой в одиночку. Казалось бы, выход из создавшегося положения оставался один — запретить использование машин перехода в виртал. Но разве когда-нибудь «сухой закон» уменьшал количество пьяниц? Да и корпорации, производящие «саркофаги», всеми силами сопротивлялись запретам. В итоге появились такие люди, как я.
Мне и тысячам других спецов по компьютерам приходится вытаскивать на свет Божий людишек, решивших покинуть этот мир, окунувшись в мир иллюзорный. Нет, не всегда это были самоубийцы, просто некоторых «засасывало» так, что, погрузившись в виртал, они напрочь забывали о бренном своем теле, оставшемся угасать от истощения в «саркофаге». Быть может, потому терминалы и получили такое название?
На этот раз произошло что-то иное. Судя по рассказу лейтенанта, «саркофаг» находится в рабочем состоянии, но внутри никого нет. Это практически невозможно. Терминалы сделаны так, что включаются только в том случае, если в нем находится человек. И отключаются они либо по сигналу таймера, либо усилиями самого пользователя, когда тот открывает защелки. Это — первое.
Второе. Мисс Тревор не видели несколько суток. Интересно, воспользовалась она «саркофагом» недавно или попросту взломала систему защиты? Впрочем, это не столь важно. Главное — куда и как она исчезла? Действительно, загадка. Только вот смогу ли я ее разгадать?
Миссис Куински оказалась маленькой сухощавой дамочкой неопределенных лет с крючковатым носом и тонкими, плотно сжатыми губами. Она выбежала нам навстречу, едва мы с Хэлтропом вошли в подъезд.
— Вы к кому? — уперев руки в бока, спросила домовладелица, с подозрением разглядывая нас.
Но тут в дверях показался сержант Стоуни, замешкавшийся с машиной. При виде формы глаза у дамы вспыхнули радостным блеском.
— Так вы из полиции! — воскликнула она торжествующе и тут же принялась прикидывать, кто из нас больше подходит на роль начальника. Выбор пал на меня. Шоколадная физиономия Хэлтропа и сержантские погоны Стоуни были отметены без колебаний.
— Я вам сейчас покажу ее комнату, — щебетала Куински, уже обращаясь лично ко мне. — Это на втором этаже. Но лестница у меня не крутая, так что восхождение вас не обременит.
Я утвердительно кивнул и начал подниматься вслед за хозяйкой.
Тяжело вздохнув, Хэлтроп двинулся за нами. Спиной я чувствовал его ехидный взгляд, но покорно перебирал ногами, слушая бесконечный треп миссис Куински, похоже, не признающей интонационных пауз.
— Прекрасная девушка спокойная тихая она приходила с работы домой и беззвучно как мышка сидела у себя наверху а утром опять уходила на работу и никаких у меня с ней не было проблем никаких мужчин никаких эксцессов правда она была некрасивенькой но зато Бог дал ей золотой характер она ни разу не поспорила со мной, — миссис Куински повернула голову, скосив на меня глаза. — Вы ведь знаете как это бывает квартиросъемщики вечно имеют какие-то претензии к домовладельцам так вот она никогда не высказывала мне своих замечаний да и плату за квартиру вносила в срок побольше бы таких жильцов…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
