Просто очень хорошо, аж задохнуться можно. Устраиваюсь чуть удобнее, подставляя ей плечо, и сам накрываю ее своей рукой. Всё, моя. И на фиг спорить. Моя же, сама так решила.
Глава 21
Фил
Я засыпаю, и это самая короткая, но самая лучшая ночь за последнее время. Я сплю счастливым и точно знаю это.
Просыпаюсь от будильника и с нежеланием убираю чуть затекшую руку, на которой спала Таня. Мой телефон лежит на джинсах на стуле у кровати, и я выключаю противную трель очень быстро, стараясь не разбудить Алехину. В идеале бы просто собраться и уйти, чтобы она продолжала спать, но это маловероятно. Домой заезжать не буду. Футболка свежая, я только вчера вечером ее взял, а на работе все равно в форменной одежде ходил. Зубы без проблем чистятся пальцем, а пожрать чего-нибудь куплю на заправке рядом с сервисом. Жив буду.
Танька ворочается по кровати, потеряв меня. Вот так, сладкая, к хорошему быстро привыкаешь. По этому я, выключив будильник, в постель больше не возвращаюсь. Невозможно же просто так лежать рядом с ней, водить ладонью по ребрам, стискивать талию, сжимать на бедре. Делать все это и крышей не поехать. Не разбудить и не взять ее прямо сонной, потому что хочется так, что сводит все тело, как перед первым разом. Не хочу сделать хуже, не хочу разбить все одним поспешным шагом, ведь она только-только привыкла ко мне. Да и я к ней привык за эти несколько дней, словно годами знаю. Она одна такая, это я сразу понял, с первого взгляда. И у нас все еще будет, если только не сделать херню сейчас.
Умываюсь, сам себе наливаю водички на кухне, прихожу в комнату, чтобы забрать вещи и одеться в коридоре, и тут вижу, что Алехина сидит на кровати, закутавшись в простыню.
- Уже уходишь?
- А у тебя есть варианты получше? – натягиваю джинсы и ловлю на себе вполне заинтересованный взгляд Тани. По сути, ночью мы особо не разглядели друг друга, зато потрогали. Ну если можно так сказать. Хотя нет, потрогал фактически только я, но и на том спасибо.
- Который час?
- Начало девятого, – застегиваю ремень, тянусь за футболкой, но решаю притормозить. В таком виде присаживаюсь на край кровати рядом с Алехиной, наклоняюсь и облокачиваюсь на локоть, сокращая расстояние между нами.
- Мне тоже пора вставать.
- Тебе зачем? Ты же не хочешь сказать, что собираешься идти на работу?
- Нет, я буду работать из дома.
- Ну хоть что-то. Я бы не удивился, даже если бы ты поперлась в это свое Правительство.
- Оно не мое, – фыркнув, умничает и плотнее запахивает простыню у себя на груди. Клянусь, мне хочется содрать эту сраную простыню и выкинуть на фиг.
- Ты поняла, к чему я. Лечись, отсыпайся, отдыхай. А я работать пойду.
- Завтрак тебе сделать?
Так мило, что она это предлагает. Не думал, что услышу что-то подобное, хотя буквально ночью отмечал про себя, какая у нее прекрасная кухня и как она отлично следит за ней.
- Не волнуйся, я справляюсь как-нибудь. Потом поем. Ничего не нужно.
- Сегодня опять придешь?
- А ты уже ждешь?
- Даже если скажу, что не жду, тебя ведь это не остановит, – она пожимает плечами и отворачивается к окну. Почему не смотрит в глаза? Не нравится мне это. Какой-то откат назад начался, а я только обрадовался достигнутому.
- У меня сегодня опять смена. Думаю, второй раз подряд приезжать к тебе в четыре утра не очень пиздато, правда?
- Правда.
- Тань, – я приподнимаюсь и сажусь чуть ближе к ней, но ровно. От того холода, который веет сейчас от Алехиной, меня самого сковывает напряжение. – Что не так?
- Фил, – и уже меня это бесит. Когда она называет Филом, хорошего не жди. – Наверное, я ночью слишком много себе позволила. И тебе.
- Не ври теперь, тебе всего этого хотелось. Ты же сама говорила, если бы не хотела, не разрешала бы.
- Я бы не повела себя так, будь я в другом состоянии.
- Слушай, вот состоянием аффекта прикрываться не надо. Может, тебе и не очень хорошо, но к счастью, температуры и жара у тебя нет, чтобы ты бредить начала. И вчера ты сама меня целовала и улеглась со мной в обнимку. Не надо делать вид, что это глупая случайность. Я не верю.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Это просто помутнение из-за того, что ты рядом.
- Помутнение? Блин, ты это помутнением считаешь? Послушай, Тань, – тянусь рукой к ее щеке и медленно, осторожно глажу. Таня не убирает мою ладонь, не пытается, но и не реагирует никак. Холодна как снежная королева. Раздражает. – Если ты сейчас прогонишь меня, будет обидно, наверное, я даже немного расстроюсь. Но масштабно это ничего не изменит. Ты не поняла еще? Я хочу тебя. Не только на этой кровати, хотя и на ней тоже. А всю тебя по-серьезному.
- О чем ты говоришь? – хватается за мое запястье и все-таки отводит руку от своего лица. Фак. Как только я теряю возможность касаться ее, мне сразу становится плохо. – Мы знакомы с пятницы, да и то ты знаешь обо мне только самое общее. Откуда такие выводы?
- В любовь с первого взгляда веришь? А я верю. Я никуда не денусь, смирись уже. И прекрати называть помутнением то, что хочешь меня так же, как и я тебя.
Вот пусть только попробует сказать «я тебя не хочу». Я не поверю даже на секунду.
- Ты очень спешишь.
- Так и обстоятельства быстро меняются. В пятницу у тебя еще был твой дурацкий дед, и ты дала мне пощечину за поцелуй. Ночью ты меня сама целовала так, что у меня стоял колом.
- Давай без подробностей?
- Ну Тань, ты же большая девочка, ты же не боишься называть член членом?
- Не боюсь, – наши руки так и лежат сцепленными на матрасе, и я каждые две секунды смотрю вниз на это чудо, пусть и напоминает оно больше захват, чем нежность.
- Я не отступлюсь, я же сказал.
- Я сама не понимаю, что делаю, – шепотом выдыхает Таня.
- И я тебе охотно верю. Пойми, это я еще не давлю, а так, очень осторожничаю. Не хочу перегнуть, потому сейчас это очень легко сделать.
- Наверное, ты просто не самое удачное время выбрал, чтобы появиться в моей жизни.
- Бред. Наоборот, это время – самое лучшее. Любое было бы самым лучшим, и ты это поймешь.
- Не разговаривай со мной так, как будто мне пять лет, и еще надо вырасти, чтобы все понять.
- Вот когда ты огрызаешься, уже лучше, – осторожно улыбаюсь и накрываю ее ладонь своей сверху. Как собственник херов.
- Тебе пора идти.
- Выгоняешь?
- Фил…
- Называй Лешей. Пожалуйста.
- Но ведь тебе не нравится это имя?
- Когда ты так называешь, мне нравится. Сразу кажется, что я для тебя особенный.
Она молчит. Ну пофиг, если это не так, я ведь имею право так думать. Тянусь к ней, чтобы оставить на щеке максимально невинный легкий поцелуй, потом поднимаюсь, быстро натягиваю футболку и ухожу в прихожую. Таня, сбросив ненавистную мне простыню, идет следом, чтобы проводить.
- Точно ночью не приедешь?
- Соскучишься – звони. Прилечу.
- Мне нужно отлежаться и прийти в норму. Давай все потом.
- Не обещаю, что буду ждать так долго, но я тебя понял.
- Спасибо… Леша.
Да, отпад. Именно так и надо. Хочу быть Лешей только для нее, только ей доверять секреты и разрешать копаться в своих демонах.
- Выздоравливай, – подмигиваю напоследок, борюсь с желанием развернуться, подойти и засосать по самые гланды, но в итоге выхожу, хлопнув дверью от нервов.
Нервным стал пипец. Так скоро и в санаторий отправят на оздоровление. А все из-за нее! Ведьма настоящая, приворожила одним взглядом, а теперь отнекивается.
Нет, Таня, и еще сто раз нет. Никуда не денусь. Не исчезну. Не сдамся. Даже не надейся! Все равно будешь моей, как сегодня ночью.
Глава 22
Таня
Когда за Филипповым закрывается дверь, я сползаю по стеночке прямо на пол.
Что это было? Мы с ним спали в одной кровати! Пусть всего три часа, но это было! И мне это понравилось, что самое жуткое во всей ситуации. Я даже простила ему, что он бесцеремонно приперся ко мне почти в четыре часа и напрашивался на то, чтоб остаться. Я его целовала, как справедливо отмечено, до его стояка (а то я не почувствовала) и до своего дикого желания. А потом машинально потянулась к нему почти уже во сне, да так и проспала на его руке все время до утра.
