В пылу схватки от ярости или гнева кожа Гарри теряет температуру, становясь прохладной, но стоит ему успокоиться или оказаться рядом с Гермионой то температура тела резко подскакивает, становясь немного выше человеческой.
Боль в раненой ноге ни на миг не отвлекает Гарри и тот, пользуясь моментом, прыгает и вслепую прокалывает второй желтый зрачок, но яростный удар узкой морды сбивает полувампира с ног, он тут же откатывается и успевает выставить навстречу несущим смертельный яд клыкам скрещенные зачарованные клинки. Кровь вскипает, и магия Гарри борется с проникшим через рану в боку ядом, красное марево застилает взор. Василиск щелкает клыками в опасной близости от лица и отводит голову назад для следующего броска. Гарри пользуется моментом и взвивается в изогнутом прыжке, отталкиваясь от земли всем телом, подлетает к открытой пасти и втыкает клинки в верхнее нёбо, чувствуя, как врывается в грудь ядовитый клык. Змей конвульсивно дергается, насаживаясь на клинки еще глубже, и заваливается всей тушей на бок, увлекая за собой разрываемого болью и магией полувампира. Сильный удар о землю дезориентирует Гарри, сбивая дыхание, но он тут же отвлекается, чувствуя, как яд и борющаяся с ним магия, словно замирают и тут же вокруг возникает яркое голубое свечение, вспыхивает, закручивается спиралями и устремляется мощным потоком в тело полувампира. Магическая мощь василиска толчком врывается в Гарри, острой болью разливаясь по всему телу. Резкий поток смешивается с магией Гарри, усиливая ее, дополняя, и яд, проникающий в кровь, останавливается и устремляется прочь из ран, выступая на коже яркими светло-желтыми каплями.
Поттер с трудом отползает от раскрытой пасти змея и опускается на траву, теряясь в минутном забытьи. А вокруг звенят разноцветные струны магической мощи, успокаиваясь и подстраиваясь, сливаясь с магией полуоборотня-полувампира. Смерчем закручивается вокруг поляны ветер, пригибая деревья к земле; мельтешат разряды молний и яркие вспышки; раздается оглушительный хлопок, воздушной волной подхватывая кружащуюся пыль, и все резко успокаивается, лишь оседают на землю крутящиеся в воздухе тающие синие снежинки.
Мощь мага, усиленная вампирской магией и силой оборотня, окончательно приняла освободившуюся магическую силу волшебного существа, влив ее в себя.
Гарри очнулся через пару минут. Благодаря практически мгновенной регенерации, раны, полученные в бою, уже затянулись, и лишь розовые свежие шрамы напоминали о них. Впрочем, через несколько минут не останется и этих напоминаний. Поттер поднялся, слегка шатаясь от бурлившей внутри магической энергии, огляделся вокруг и хмыкнул. Громадные кольца грязно-серого мертвого тела застыли навечно в пугающей мрачной и завораживающей красоте. Два окровавленных провала глазниц невидяще уставились в ночное небо.
- Достойный противник, - хмыкнул Поттер уважительно и, задумавшись на мгновение, взмахнул рукой, превращая ближайший мусор в стеклянный, метр на метр, ящик и тут же, повинуясь мысленной команде, мертвая туша стала стремительно уменьшаться, съеживаясь и становясь жалкой под взглядом зеленых глаз. Поместив мертвого василиска в куб, Гарри оглядел место боя: поваленные деревья, куски слегка дымящейся змеиной плоти, кровь на раскуроченной земле.
Куб плавно плыл увлекаемый волей мага, Гарри шатаясь, опьяненный распирающей изнутри мощью, брел по еле заметным тропам к краю Запретного леса.
Глава 8
Подземелье дохнуло прохладой и еле заметным запахом готовящегося зелья. Гарри зажмурился - лицо и тело пылали, словно в огне, в голове, как надвигающийся поезд, нарастал низкий вибрирующий шум. Тело немело, а левая рука потеряла чувствительность и висела плетью вдоль бока.
Судя по тихим, еле слышным даже для вампирского уха, шагам, Снейп не спал. Гарри тихо постучался. Шаги за дверью замерли, затем раздался еле слышные шелест и шорох, а затем осторожное движение в сторону к выходу. Дверь отворилась резко, как и ожидал Поттер, и в нос ему тут же уткнулась светящаяся палочка.
- Поттер, какого...! - Снейп замер на полуслове и чуть отодвинул странно молчаливого, в разорванной грязной и окровавленной одежде, мальчишку, и пристальнее вгляделся в поблескивающий в свете факелов стеклянный куб. Рот непроизвольно открылся, затем закрылся. Мысли роились, словно потревоженный улей.
- Входите, Поттер. Диван в гостиной ваш, - хриплота в голосе выдала волнение, но Поттер даже не заметил. Шатаясь, словно пьяный, он медленно и неуверенно добрел до дивана и свалился бесчувственным кулем на темно-зеленый бархат, успев пробормотать:
- Никаких зелий и заклинаний, профессор, - Снейп кивнул, стараясь не выдать волнение и, взмахнув палочкой, призвал стеклянный куб ближе к камину. Зрелище, которое вначале показалось ему галлюцинацией, заставило вечно невозмутимого профессора судорожно стиснуть зубы и хрипло втянуть воздух. На поверку змея, заключенная в стеклянный, чуть светящийся ящик оказалась уменьшенным дохлым василиском. Где чертов гриффиндорец откопал змея? Как он вообще смог его победить? И что все это значит? Вопросы оставались без ответов. Снейп подошел к лежавшему в беспамятстве мальчишке и наклонился поближе, пытаясь сквозь рваную грязную одежду осмотреть парня на предмет ранений и обомлел. Ран не было, лишь небольшие, исчезающие на глазах тонкие полоски белого цвета. Мерлин!!! Что это значит? Кто этот мальчишка? Скользнувшую было мысль о легилименции профессор отмел сразу же. Поттер по любому почувствует, что в его памяти побывал незваный гость и тогда конец доверию с его стороны. А иметь такого противника как этот загадочный мальчишка профессор не хотел. Наоборот, слова Поттера о возможном сотрудничестве в противостоянии двум гигантам открывали невиданные перспективы. Рассматривая грязно-серое, сморщенное тело змея, Снейп уже не удивился бы и тому, что в один прекрасный день в подобном кубе Поттер притащил ему и Темного Лорда. Или Дамблдора, на крайний случай.
Стон, раздавшийся с дивана, мгновенно выдернул Северуса из мыслей, резко взметнулась черная мантия и профессор замер, приоткрыв рот - тело гриффиндорца светилось. Нет, оно сияло, белым, потусторонним светом и профессору стало очень не по себе. Парня словно окутал ореол из ослепительных белоснежных вихрей, по спирали охвативших сильное стройное тело, словно кокон. Мальчишка слабо застонал, но Северус, чье внутреннее чутье вопило о том, что надо убираться отсюда, даже не пошевелился. Он переживал. Чтобы такого не творилось с загадочным мальчишкой, но Северус не хотел оставлять парня в одиночестве, хоть и очень хотелось сбежать. Белые вихри сгустились, накрывая тело парня плотным, не прозрачным саваном и замерли на несколько мгновений, остановив свое вращение. Снейпу казалось, что его сердце стучит так оглушительно, что этот дробный, неравномерный звук слышен даже на Астрономической башне. Саван полыхнул ярко, переливаясь радужными цветами и стал непроницаемо черным, словно смола. Снейп почувствовал необычайно мощную волну незнакомой чужеродной магии, исходящей от укутанного тела юноши, в голове нарастал вибрирующий шум и профессор сделал несколько напряженных шагов в сторону своей спальни, ожидая взрыва или чего-то в том же роде, но ничего не произошло. Черный кокон всколыхнулся, выдав протяжный всхлип и всосался в шевельнувшегося мальчишку, сверкнув напоследок темным глянцем.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
